оформлении и мне необходима его помощь в общении с Ритой.
Он усмехнулся:
– Клара, просто скажи всем, что я помогаю тебе. И все пойдет как надо.
Этот мужчина даже не поленился написать для нее электронное письмо. Я испытала искреннее облегчение, увидев, что он уверенно взял ситуацию под контроль.
Спустя час Валентино вошел с лучезарной улыбкой, а следом за ним вносили массивные цветочные вазоны.
– Они для пекарни? – спросила я и невольно улыбнулась ему в ответ.
Валентино выбрал изумительные яркие пионы для входной зоны, а белоснежный камень удачно сочетался с отделкой лобби, что я почти не сомневалась: Доминик не станет выражать недовольство.
Тем не менее спустя всего несколько часов мне пришло сообщение от Доминика.
Доминик:
Почему Валентино заявляет, что он твой помощник?
Я:
Извини. Я обязательно все тебе объясню, но он только начал.
Доминик:
Начал что?
Я:
Помогать мне с оформлением пекарни.
Доминик:
Рита – профессиональный дизайнер. И я тоже.
Я:
Я помню, но он знает мои вкусы и хорошо ладит с Ритой.
Доминик:
Неужели?
Я:
Откровенно говоря, он недавно принес в пекарню цветы. И они прекрасны.
Ответа не последовало. Я принялась замешивать тесто для кексов, а Валентино расспрашивал меня о будущем десерте. Спустя пять минут работы я обернулась и заметила, что Доминик решительно двигался в сторону пекарни.
И явно был не в духе.
Глава 28. Дом
ТАК ОНА НЕ ШУТИЛА. Я до последнего отказывался верить. Зачем он ей понадобился?
Она забыла, что я здесь чертов дизайнер? Архитектор-инженер, окончивший Корнеллский университет и получивший не одну Притцкеровскую премию[5].
После ее сообщения о том, что он принес ей цветы, я даже не стал отвечать. Вместо этого резко оттолкнулся от рабочего стола и поднялся.
– Давайте перенесем это совещание.
Никто из присутствующих не стал допытываться о причинах, все прекрасно понимали, что они не получат объяснений.
– Хорошо, – защебетала Рита, поднимаясь вслед за мной. – Попрошу всех остальных задержаться. Пока мистер Харди занят неотложными делами, я помогу вам согласовать новую дату встречи.
Я покинул помещение прежде, чем кто-либо успел сказать «до свидания». Ни при каких обстоятельствах я не раскрыл бы, в чем именно заключалось это неотложное дело. Признаться в том, что мое сердце учащенно заколотилось из-за темпераментной рыжеволосой девушки, с которой у нас лишь фальшивые отношения и которая находилась сейчас на противоположной стороне курорта, – такое я не мог себе разрешить.
Еще на подходе я ощутил ее аромат и запах пекарни. Ваниль, сахар и нотки пряностей. Во рту мгновенно скопилась слюна, член дернулся, а сердце совершило неожиданный кульбит. Завернув за угол, я увидел, как она размещала розовые и фиолетовые пионы в массивных цветочных вазонах у входа.
– Клара.
Она оглянулась, по-прежнему склонившись над пионами. Темно-рыжие локоны свободно струились по плечам, касаясь пышной груди. Ее естественный облик ясно давал понять, что она не собиралась следовать деловому стилю. Сарафан с глубоким вырезом не позволял мне сосредоточиться на чем-либо другом, но ее улыбка оставалась невинной, а в глазах искрился свет.
– Взгляни на пионы, Доминик. Разве они не прекрасны? Валентино сказал, что знает наверняка, какие идеально впишутся в это место. И он отыскал их в считаные минуты. Мне кажется, белые вазоны отлично дополняют композицию, и пахнут они восхитительно, согласись? – Она хлопнула в ладоши и с нежностью посмотрела на цветы, принесенные другим мужчиной.
Ее ответ никак не желал укладываться в голове. В этот миг Валентино приблизился к ней и положил руку на плечо. Я почувствовал, как непроизвольно пальцы сжимаются в кулаки. Хоть он и пытался вести себя как друг, но это явно выходило за рамки. Я не давал ему разрешения помогать кому-либо с дизайном.
Валентино, однако, держался с подчеркнутой прямотой в белой рубашке с воротником и бордовых брюках, укороченных чуть выше щиколоток. Все это красноречиво говорило о том, что мужчина готовился к встрече тщательнее, чем к открытию собственного ресторана.
– Мистер Харди! Рад тебя видеть. Надеюсь, ты не возражаешь. Клара хотела оживить атмосферу, а цветочный аромат всегда помогает мне в этом. Маленький, но гениальный дизайнерский прием, не правда ли? Рита его одобрила.
Разумеется, она одобрила. Вероятно, в тот самый момент, когда он спал с ней. А что я думаю о цветах? Они отправятся в мусорку, как только я сумею убедить в этом Клару.
– Валентино, цветы в этом проходе неуместны. Они нарушают целостность визуального восприятия пространства от одного конца курорта до другого, где панорамные окна открывают вид на океан.
Валентино на секунду замешкался, беспокойно переводя взор, затем резко щелкнул пальцами.
– Тогда перенесем их в пекарню.
– В пекарню? – переспросил я, скрещивая руки на груди. – Пекарня Клары и без того будет загружена. Мы целенаправленно увеличиваем количество посадочных мест. Разумнее будет подвесить цветы к потолку, чтобы не занимать пространство, и насколько я знаю, Клара уже прорабатывала этот вариант.
– Но наверху цветы никак не удастся сохранить живыми. – Он приподнял подбородок Клары, заставляя встретиться с ним взглядом, и я с трудом подавил порыв схватить его руку и переломать каждый палец. – Эти вазоны идеально подходят для твоей пекарни, Клара. Может, оставим их пока, а?
Клара нахмурилась, она явно не могла определиться с решением.
– Клара, ты действительно хочешь принять это изменение в дизайне? – спросил я, ожидая, что она проявит твердость, понимая, что такой шаг не пойдет на пользу ни ей, ни ее пекарне.
Она отступила, явно стремясь дистанцироваться от сложившейся ситуации. Отлично, до нее наконец дошло, что помощь другого мужчины в моем присутствии – плохая идея.
– Наверное, с цветами стоит повременить, – тихо сказала она, нахмурившись, глядя на Валентино. – Прости.
– Нет. Тебе не за что извиняться. Валентино, мы никогда не оправдываемся, защищая то, что создали сами, – поправил я ее. – А сейчас нам с Кларой необходимо обсудить один личный вопрос. Мы ненадолго отлучимся.
– Хорошо. Я подожду здесь. – Он выглядел слегка озадаченным, однако я не счел нужным вдаваться в пояснения.
Я повел девушку через лобби в коридор к лифтам. Заметив, что издалека нам машет Палома, я торопливо нажал кнопку вызова и приложил пропуск, не дав ей приблизиться. Меньше всего мне хотелось ехать в лифте с кем-то
