подобрать молодые деревца. А топора у меня нет, только нож. Так что процесс может затянуться. Не теряй меня.
– Ты точно меня не бросишь? – Кирилл перестал бурчать, лицо его сделалось виноватым и испуганным.
– Кирилл, – Даша присела рядом на корточки. – Я же пообещала, помнишь?
– А ещё ты обещала, что мы увидим медведя, а я что-то не вижу никаких медведей, – пробубнил он, и, судя по этому недовольному тону, ей удалось его успокоить.
– Во-первых, я не обещала, а сказала «может быть». – Даша вдохнула и медленно выдохнула. Терпение у неё начинало заканчиваться. – А во-вторых, ты серьёзно? Нам сейчас вот только медведя не хватало! Давай надеяться, что мы его так и не встретим!
И, бормоча себе под нос, что она думает про медведей и походы, Даша полезла наверх.
– Даша! – окликнул её Кирилл, когда она почти выбралась из оврага. – Ты можешь… говорить со мной? Или петь. Чтобы я знал, что ты рядом.
Даша, которой в голову пришла только строчка «Выходила на берег Катюша» – с учётом того, что от берега они отдалились так, что совсем заблудились, – петь не хотела.
– Хорошо, – ответила она после небольшой паузы. – Что тебе рассказать?
– Про… про еду что-нибудь, – тихо попросил Кирилл.
Даша заскрипела зубами. Она тоже была голодная, но что она могла поделать? Запасов осталось совсем немного, а все эти растения, которые можно было есть… ими не накормить досыта взрослого парня, да к тому же Даша всё время боялась ошибиться и ненароком отравить своего попутчика.
Вокруг попискивали, пощёлкивали и пересвистывались птицы, скакали по ветвям белки и какие-то другие животные, но Даша могла только беспомощно за ними наблюдать. Она не умела и не хотела их ловить и уж тем более не готова была их ощипывать, потрошить и готовить на огне.
– Когда я приеду в Пермь, я куплю себе огромное ведёрко мороженого, – начала она несмело. – Дорогое такое. С ванилью и шоколадом.
– Мороженое? – Кирилла из оврага было плохо слышно, но зато голос казался оживлённым, а не тоскливым. – А я думал про фастфуд. Большой такой бургер. Огромный просто.
– Бургер тоже можно, – согласилась Даша. Она нашла довольно длинную и тонкую осинку и начала пилить её ножом. Нож скользил по упругой коре, говорить Даше не хотелось, но ещё меньше ей хотелось бросать начатое дело и спускаться в овраг, чтобы успокаивать Кирилла. Поэтому она снова заговорила: – А лучше маминых котлет. С пюре. Или рисом. Мама очень вкусные котлеты жарит. И съесть сразу штук пять.
– У меня мама не жарит котлеты, – признался Кирилл. – Но зато она такой плов вкусный делает… Вот точно, я его хочу. Но до Москвы долго добираться. Поделишься котлетами?
– Обязательно, – согласилась Даша. Легко быть щедрой, когда не знаешь, будет ли у тебя самого то, чем ты делишься! – И бутербродами с колбасой. И газировкой. Ты любишь газировку?
– Не очень, – откликнулся Кирилл, а Даша шумно выдохнула – деревце наконец поддалось, но она едва не отрезала полпальца. Чудом успела отдёрнуть руку. Теперь нужно было добывать второе.
– Чай, кофе, компот? – спросила она, обрывая с деревца ветки с листьями.
– О, компот! – обрадовался Кирилл. – И жареную картошку. И яичницу.
Казалось, он совсем забыл, где находится, и делал в кафе какой-то невероятный заказ, которого могло хватить на всю их туристическую группу, а то и не на одну.
– Я бы и каши с тушёнкой поела, – наконец ответила Даша, дуя на пальцы, которым досталось при вырезании жерди.
– Даша! – заорал Кирилл так громко, что она выронила нож и сама едва не упала. В голове сразу мелькнула мысль, что Кирилл таки накаркал и к ним вышел медведь.
– Что? – обмирая от страха, спросила она, выуживая нож из травы.
– Я дурак, – ответил Кирилл. – У меня же есть две банки тушёнки и банка сгущёнки! Я брал на случай, если захочется совсем по-походному.
Даша почувствовала, как от голода сводит желудок.
– А крупа? – срывающимся голосом крикнула она. – Крупа какая-нибудь есть?
– Не-а, – ответил Кирилл. – Но есть два пакета с быстрорастворимой лапшой. Я их в карман рюкзака положил и забыл.
Даша принялась ломать наполовину отпиленную ножом жердь, чтобы побыстрее с ней закончить.
– Даша! – встревоженно окликнул её Кирилл. – Почему ты молчишь?
– Занята, – крикнула она в ответ, очищая вторую жердь. – Думаю, как удержаться и не прибить тебя!
– Эй, лежачих не бьют! – Кирилл, кажется, понял, что она, пусть и злится, но шутит. Правда, сама Даша совсем не была в этом уверена.
– Только это меня и останавливает, – буркнула она и наконец поволокла жерди вниз. Теперь все её мысли витали вокруг рюкзака. Кирилл упал в воду вместе с рюкзаком. Рюкзак намок. Что, если лапша испортилась? Превратилась в труху? Упаковка порвалась?
Надо было поскорее вытащить Кирилла из оврага, найти полянку без пней и валежника и разжечь костёр. И приготовить. Полбанки. Или целую, чтобы не привлекать всяческую живность на запах открытой тушёнки? Сварить суп с этой лапшой и всё-таки попробовать добавить подпечённые корни лопуха. И щавель, у неё же оставался ещё и щавель!
Даша не могла больше думать ни о чём другом, и поэтому носилки у неё никак не получались.
– Прости, что вмешиваюсь, – наконец произнёс Кирилл. – Но зачем ты суёшь эти палки в рукава куртки?
– Это будут носилки, – пыхтя от натуги и раздражения, пояснила Даша. – Чтобы тебя поднять, понимаешь?
– Понимаю, – уверил её Кирилл. – А ты понимаешь, что носилки рассчитаны на то, что их два человека понесут? Или поволокут по ровной местности. Без оврагов и бурелома. Я тяжелее тебя. Ты просто надорвёшься.
Даша посмотрела на носилки, потом на Кирилла и поняла, что он прав.
Она бросила жерди, запутавшиеся в куртке, на землю, плюхнулась рядом и разревелась. Кирилл неловко переполз поближе, стараясь не двигать травмированной ногой.
– Даша, не реви. – Он похлопал её по плечу. – А то я тоже разревусь, а мне никак нельзя. Мужчины не плачут.
– Реви, – размазывая слёзы по лицу, прохныкала Даша. – Я никому не скажу.
– Н-нет… – Голос Кирилла стал каким-то чужим, словно он и впрямь держался изо всех сил. – Я не должен.
Даша думала с этим согласиться, но не смогла. От мысли, что они застряли тут навсегда, слёзы полились с новой силой. И через минуту они ревели оба.
Глава 10
Вверх
– Не надо было реветь, – пыхтела Даша, с трудом переставляя ноги. – Столько сил потеряли.
– Ты сейчас теряешь силы на болтовню, – заметил Кирилл и крепче вцепился ей в плечо, как будто от злости она могла толкнуть его обратно в
