и не ожидается, — ответила я, наслаждаясь этим моментом, но с горечью осознавая, что у нашей истории не будет продолжения.
— А что если я скажу тебе, что изменился?
Я посмотрела на него как на идиота.
— Ты же изменилась, почему я не мог? — спросил он серьёзно.
— У меня есть интернет, Тём, — покивала головой я. — Ещё полгода назад ты был одним, а теперь стал другим?
Артём нахмурился.
— О чём это ты?
Я отшатнулась. Не скажу же я ему, что у нас вообще-то пятилетний сын, а папочка не хочет становится папочкой в обозримом будущем!
— О том, что ты не готов к семейной жизни, а…
— А этот твой хлыщ готов? — закончил он за меня с издёвкой.
— Да, — бескомпромиссно ответила я.
Он сделал шаг ближе ко мне и схватил меня за плечи.
— Я сказал именно то, что имел в виду. Я всё ещё люблю тебя, Аня. Нравится нам с тобой это или нет.
Он отпустил меня, и я сразу же отошла назад.
— А я — нет.
Сказала и тут же поняла, что вру. Вру нагло, самонадеянно, убеждая саму себя, только вот врать себе — последнее дело…
— Правда? — спросил он, нагло улыбаясь. — Может тебе этот дзюдоист недоделанный нравится?
Я вздохнула и посмотрела на Артёма с отвращением.
Но это хорошо, что он поменял тему.
Сам того не зная, он почти заставил меня совершить признание, о котором я бы жалела.
— Серёжа был рядом, когда тебя не было. Помогал мне, когда ты занимался своей карьерой. Выручал, когда я о том просила. И не тебе, хоккеист отбитый, называть его недоделанным спортсменом. Нормальные люди имеют баланс между спортом, карьерой и семейной жизнью.
— Так почему же ты до сих пор не замужем? — спросил он зло. — Раз он такой положительный герой!
— Потому что однажды моё сердце было разбито в дребезги, — сказала я с болью. — И мне понадобилось очень много времени, чтобы научиться подпускать к себе людей.
Что-то изменилось в его взгляде.
— А теперь ты приехал в город по делам, — я взяла свою сумку с пледа. — И пытаешься убить меня снова.
— Я не…
— Ты ничерта не понимаешь, Артём! — громко сказала я. — Приехал, решил поиграть, и тебе плевать на тот баланс, который я так долго восстанавливала!
— Это ты называешь балансом?!
Артём обхватил мою руку за бицепс.
— Это? — он начал тыкать в мои рёбра пальцем. — Ты себя в зеркало видела, девочка моя? Ещё немного и ты рассыпешься, потому что никакого баланса здесь и в помине нет!
Я в шоке выхватила руку.
А говорил, что красивая.
Вот так быстро и меняется мнение этого мужчины.
— Мне пора, — сказала я обиженно.
— Я не про то, что ты плохо выглядишь, — начал оправдываться Артём, но только забил гвоздь в крышку гроба.
— Хорошо, что это тебя не касается, — ответила я. Ты, кажется, приехал с какой-то девушкой, она красивая, и с балансом у неё наверняка всё отлично.
Как мне было стыдно за собственную бесхребетность. За то, что его слова задели. За то, что не смогла сдержать этих дурацких слёз.
— Да я люблю тебя, Аня! — громко сказал Артём и снова взял за плечи, не обращая внимание на моё сопротивление.
Он заглянул в мои глаза.
— Люблю. Люблю тебя, слышишь? — всё повторял он, пока я отбивалась.
— Ты не знаешь, что говоришь. Для тебя это игра, а для меня — нет.
— Я не исчезну, Ань! — он обнял меня. — Не исчезну больше!
Боже, как мне хотелось довериться. Как хотелось поддаться. Хотелось сказать, что я тоже. Тоже тебя люблю, дурацкий ты человек. Хотелось растечься по его сильной мускулистой груди, хотелось расслабиться. Окунуться в его нежность.
Но мне больше не девятнадцать лет.
— Плевать, — сказала я, хоть это и звучало глупо. — Исчезай, живи здесь, женись, будь одиноким, перетрахай весь город, завали меня подарками, уедь. Мне плевать! Ты разбил мне сердце, Тём. Такое нельзя просто забыть.
Я выпуталась из его объятий.
— Ты тоже разбила мне сердце, Ань, — рассмеялся он. — Что мы только о тебе да о тебе? — выражение его лица изменилось, оно продолжало быть насмешливым, но теперь в нём появилась жёсткость. — Я был там один, не понимал, чего хочет тренер, как сработаться с командой, почему они меня не принимают! У меня не было языка, любое бытовое дело в новой стране вызывало недоумение и страх! Я на зубах вырвал себе эту карьеру, над которой ты так смеёшься!
Я стояла молча.
— Это был твой выбор, — сквозь слёзы улыбнулась я. — Хоккей — это твой выбор.
Сказала и поняла, что у меня тоже был выбор. Тогда, за кулисами на чемпионате мира. Могла бы выступить. Могла бы, наверное, сделать аборт. Выбрать спортивную карьеру, а не сына. Другое дело, что это не было для меня вариантом вообще.
Как и я для него не была вариантом в тот момент.
Ему предложили контракт.
Будущее, о котором можно только мечтать.
— Мне пора. Пожалуйста, оставь меня в покое.
Я развернулась и пошла в сторону офиса, изо всех сил стараясь не хромать.
Он не пошёл за мной.
Глава 19 Давай в воскресенье?
На работе мне было сложно сосредоточиться на клиентах.
Вечером Артём не приехал, хотя я мысленно приготовилась к сцене на парковке, которая могла закончиться полным крахом.
Серёжа подарил мне цветы. Снова.
Мы съездили за Вадюшей.
Он наперебой рассказывал про свой день, что любимая нянечка в садике снова принесла новые игрушки. Что они сегодня рисовали красками.
А потом Серёжа положил руку на моё колено, пока вёл машину.
И я не стала этому противиться.
Когда мы приехали, Вадим убежал поиграть на детской площадке во дворе нашего дома, потому что увидел знакомых ребят.
Я осталась в салоне машины наедине с Серёжей.
— Ну как, ты же не сильно волновалась? — спросил он.
Я растерянно посмотрела на него.
— Нет, меня так отвлекли, что я совсем не волновалась. Спасибо тебе огромное, — улыбнулась с благодарностью.
— Мы хорошо проводим время вместе, Вадя — классный мальчуган.
— Вадим, — поправила я. — Спасибо ещё раз! Оказалось, что ты отлично справляешься с детьми.
— С женщинами тоже, они же как дети, — улыбнулся мне Серёжа.
Это звучало двусмысленно.
— Завтра мы уже сами, нога почти не болит, — соврала я.
— Ты обещала мне обед, забыла?
— Ах, обед, точно, в воскресенье…
А я и правда уже всё на свете с этим Пономарёвым забыла.
Серёжа считал растерянность с моего лица.
— Не хочешь?
Детский день рождения…
Это же
