— твой самый близкий человек, ей ты можешь довериться и рассказать обо всём, она тебе поможет, она ведь взрослый человек, твоя тётя, что-нибудь точно придумает. Она точно не оставит тебя одну и не оставит в опасности, веришь?
— Конечно, в это я верю, — согласилась я, зарывшись лицом в подушку. — Но я не смогу рассказать о том… не смогу.
— Нужно, Лаура, нужно. Или Юджин не отстанет. Он не отстанет и не остановится, пока не добьётся своего, ты же его знаешь.
— Господи, почему я постоянно тону в дерьме?.. — простонав спросила я нисколько подругу, сколько себя. Отчаянно попрощавшись с Эрикой, я упала на подушку, плача в неё, а она впитывала все мои слёзы и сдавленные крики. Я не знаю, как я справлюсь со всеми этими проблемами, чёрт возьми…
9 глава. Оставьте меня все в покое
Воскресенье. Сегодня заключительный день моего спокойствия. Завтра мне снова придётся вернуться в школу. За эти недели полного уединения я почти смирилась, что, как только выйду, все взгляды будут на мне. Почти смирилась. Этим вечером мне захотелось поговорить с родителями.
Каждый раз, когда мне было плохо до жути, когда не хватало сил, я всегда приходила на кладбище, потому что именно здесь у меня была возможность с ними поговорить, могла им выговориться. В ответ я, конечно, ничего не получу, но мне становится легче просто оттого, что я поговорила с ними, как когда-то в детстве.
Положив в сумку телефон, наушники и ключи, я вышла с квартиры, предупредив бабушку, что ушла гулять. У Лили сегодня ночная смена, так что её дома не будет, — так бы я поговорила с ней.
Дорога от дома до кладбища занимала минут двадцать, так что в это время я слушала музыку и морально настраивалась на завтрашний день, о котором, честно говоря, думать не хотелось.
Медленно шагая по улице, я всё время чувствовала тревогу, которая была вполне объяснима. Я знала, что так будет. Юджин осведомлён обо всём, как мне кажется. Кажется, что он правда знает меня с головы до пят. Но сейчас я лишь пытаюсь понять, зачем он вернулся и почему ему так хочется со мной встретиться? Он думает, что наши желания совпадают? Юджин — последний человек на этой планете, которого я хотела бы встретить снова в своей жизни. Желать ему чего-то плохого не хочу, потому что я никогда не была плохим человеком, коим меня почти все всегда считали, но я знала, что закон бумеранга никто не отменял. Ему всё вернётся в этой жизни. Всё дерьмо, что он делал мне и другим людям, вернётся ему в десятикратном размере. Я всё ещё наивно верю в справедливость этого мира.
Песня стала играть тише на несколько секунд, когда пришло очередное уведомление от Элизы, и я не знала, как поступать. Может, уже стоило просмотреть её сообщения, чтобы хотя бы узнать, что она писала? В любом случае уже завтра мы пересечёмся, как ни крути. Мне придётся снова с ней видеться. Про общение мне страшно заикаться. Не могу представить, что она сейчас обо мне думает. Хочется, чтобы это воскресенье длилось дольше, а не заканчивалось через пять часов.
Вход на кладбище был абсолютно свободным, так что мне пришлось просто перейти дорогу, несколько шагов по тропинке, которая ведёт к нему, — и я была на месте. Надгробья моих родителей находились рядом с друг другом, так что я всегда садилась между ними. Так я чувствовала, что они рядом со мной. Я закрывала глаза и представляла, что мы втроём сидим на диване, как в детстве, на том же пошарпанном диване, в старой убогой квартире, зато с ними. Такие вечера случались очень редко, и я каждый раз радовалась, когда мне удавалось с ними посидеть на диванчике и рассказать что-то незначительное, что случилось со мной в садике, в школе.
Сейчас я снова закрыла глаза, снова представила картинку, которую представляла всегда, и стала рассказывать обо всём. Рассказывала о случившейся ситуации в школе, о моих страхах, о том, что я не знаю, что мне делать дальше и как двигаться. Из моих уст даже почему-то вырвались слова о Аароне. О том, как я обижена на него до глубины души, ведь он мог помочь мне, мог заткнуть, но просто промолчал.
Договорив, высказавшись, я открыла глаза и удивилась, как быстро стемнело. Глянув на время на часах, я удивилась ещё больше! Была уже половина девятого. Я просидела тут полтора часа. Три пропущенных от бабушки и пять от Лили… блин… вот я дура. Они наверняка уже с ума сошли от переживаний.
Быстро поднявшись на ноги, я стала звонить первым делом Лили, потому что знала, что, если позвоню бабушке — получу порцию криков и слов о том, какая я негодяйка безответственная.
— Алло! Лаура, милая, где ты? Бабушка извелась уже вся, и меня начала изводить, — ответила на звонок тётя, сразу задав вопрос.
— Извини, Лили, я гуляла… Эм… телефон на беззвучке стоял.
— Хорошо, я сейчас позвоню бабушке, успокою её. Собирайся уже домой, ладно? Поздно, я волнуюсь. Напиши мне, как будешь дома.
Услышав от меня «хорошо», тётя почти сразу сбросила трубку, видимо потому, что было очень много работы. Я хотела помчаться на выход из кладбища, как можно быстрее, но внезапно увидела вдалеке знакомый силуэт парня.
Аарон Родригес молча стоял напротив надгробья, плотно сжав глаза. Я наблюдала за ним издалека, пока он меня не видел. Я хотела подойти… но затем резко вспомнила про свою ненависть к этому человеку. Вспомнила его поступок. Подходить перехотелось. Однако я всё равно сочувствовала ему и соболезновала, так как на своем опыте знаю, каково это — терять людей. Я накинула капюшон своей чёрной толстовки после того, как он меня уже увидел…
Теперь мне надо было бежать домой по двум причинам: волнующаяся за меня бабушка и приближающийся ко мне Аарон Родригес. Он кричал мне в спину подождать, остановиться, но я шла так быстро и надеялась на то, что он не сможет меня догнать.
Ага, парень, который вдвое выше меня, футболист, не сможет меня догнать. Пошутила сама над собой.
И Аарон опроверг мои надежды, перегородив мне путь собой. Томный взгляд его серо-голубых глаз подкашивал ноги. Сердце билось интенсивнее из-за того, что я долго шла быстрым шагом или из-за того, что я снова увидела его?
— Хватит убегать! — крикнул он, когда я просто обошла его.
— Мне надо домой, и
