был наполнен лишь ненавистью и зашла во внутрь. Слава Богу, Юджин остался снаружи. Я видела его последний взгляд, который был точно таким же, как четыре года назад. В глазах блестели искры, а улыбка была настолько широкой, что можно было сосчитать все зубы. Быстро поднявшись по лестнице, от страха, что он может зайти, я оглянулась в последний раз, после чего быстро отворила входную дверь.
У порога почти сразу оказалась бабушка, демонстративно хватающаяся за сердце.
— Лаура, ты почему трубку не брала?! Что за поведение, а?!
— Ба… — простонала я, запрокинув голову назад, не желая сейчас слушать двухчасовые концерты…
— Что ба, что ба?! Тебе совсем плевать на моё больное сердце?
— Ну извини, телефон просто стоял на беззвучном режиме. Со мной всё хорошо.
— Еще раз будет такое — запру под замок!
Я не винила её в такой агрессии, всё понимаю. Она просто переживает.
Стоило мне зайти в комнату, как в голову сразу вернулись мысли о Юджине. Хочется побыстрее поделиться этим с Эрикой. Сняв с себя толстовку и оставшись лишь в одном спортивном топике, я подошла к окну, чтобы убрать его с проветривания и закрыть в целом, как вдруг увидела, как внизу кто-то машет рукой прямо мне в окно. И я знала кто. Юджин улыбнулся в последний раз, заметив моё лицо в окне и, отсалютовав, стал отдаляться.
Приняв душ и завалившись в постель, я написала Эрике. Конечно, она не ответит, потому что сейчас уже поздно, но мне всё равно было необходимо рассказать ей всё прямо сейчас, пока я под эмоциями. И записав ей пару-тройку голосовых сообщений, я поставила телефон на зарядку и легла спать, надеясь, что этой ночью меня не будут мучить кошмары, в которых будет фигурировать Юджин Грей.
10 глава. Новая страница из новой жизни
Мне ещё никогда в жизни не было так трудно встать в понедельник. Но Лили, вернувшаяся с ночной смены, проследила за тем, чтобы я всё же таки встала. Тётя старалась вселить в меня надежду, что все уже и забыли, и что им уже не интересна эта тема. Она до последнего думала, что подростки в старших классах не такие жестокие и глупые, чтобы обсуждать эту тему, чтобы осуждать и смеяться над тем, что я лечилась в психбольнице.
Меня так часто высмеивали за это, что я почти привыкла, но тоска всегда шла со мной рука об руку. А вообще, как они могут высмеивать эту ситуацию, если даже не знают, через что мне пришлось пройти?! Или неужели они и впрямь настолько глупые, что думают, что меня просто так в психушку положили? Они все смеются надо мной, даже не представляя, какая у меня насыщенная жизнь.
Пока я собиралась в школу, я все время была на телефоне с Эрикой. Сначала мы переписывались, а затем решили созвониться, потому что нам обеим было неудобно клацать по клавиатуре.
— Я не верю, Лаура! Не верю, что он может быть таким полным идиотом!
— Знаешь, вчера у меня сложилось впечатление, словно он приехал сюда снова только из-за меня… — делюсь своими переживаниями.
— Я вообще-то сейчас об Аароне говорила, — со смешком выдаёт подруга, а я закатываю глаза.
— А я тебе о Юджине! Не хочу вообще говорить об Аароне.
— Вот и правильно, не говори о нём, а то твой Аарон меня уже раздражает. Блин, поверить не могу, что он не остановил эту конченую! Эх, — театрально вздыхает подруга, — а я на него такие ставки сделала…
— Хватит о нём. Лучше скажи, что мне с Юджином делать… Ты слышала, что я тебе говорила?
— Слышала. Я не знаю, Лаура, честно… Была бы я сейчас с тобой, я бы ему таких пистонов вставила, он бы летел и спотыкался.
Я громко рассмеялась.
— Жаль только, что ты не здесь…
— Ничего, пусть подождёт меня до декабря, я приеду. С родителями уже договорилась, кстати. На Новый год я точно буду уже у тебя. Мы вместе разберёмся.
От её слов и голоса мне становится спокойнее.
— Ладно, Эрика. Мне уже пора выходить, — опомнилась я, глядя на время.
— Чмоки-чмоки!
На этом наш разговор закончился и моё угнетающее настроение вновь вернулось ко мне, как в свою обитель. Сегодня я шла так медленно к школе, как только могла, желая оттянуть тот момент, когда моя нога переступит её порог. В голове уже эхом отдаются смешки, которые я вскоре услышу.
Несмотря на всё моё желание добраться как можно позже, я всё равно пришла в самое пекло. Когда все приходили. Жаль, что в графе «школьная форма» было написано, что носить толстовки с капюшонами запрещено, так бы я сейчас накинула его на голову, чтобы не видеть их всех.
— Лаура! — чей-то голос доносится издалека, кажется, из толпы у ворот. Повернувшись, я увидела Элизу, проталкивающуюся сквозь столпотворение детей.
Избегать я её больше не могла. Остановившись у школьных дверей, я стала ждать её. Она так широко улыбалась, когда подбегала ко мне. А потом обняла меня так крепко, что я даже шатнулась, не ожидая такого от неё.
— Я так скучала, блин, Лаура! Ты не представляешь!
— Элиза… — с сожалением начала я. Вина так грызла моё сердце, тем более после вчерашних слов Аарона о том, что мое игнорирование её очень убивало.
— Ничего не говори. Я всё понимаю, — со светлой улыбкой отвечает она, беря меня за руку, заводя в вестибюль школы. — Если ты не отвечала, значит так нужно было. Всё хорошо.
— Нет, — быстро замотала головой я, — не хорошо. Элиза, мне очень жаль…
— Забей, — сказала подруга, махнув рукой. — Я просто надеюсь, что сейчас тебе лучше.
Почему всё случается наперекор моим желаниям? Я не хотела сейчас встречать Аарона, но он, словно чувствовал меня, шёл прямо в нашем направлении вместе со своим дорогим другом. Лицо Элизы не просто было с улыбкой при виде Элая, оно светилось в буквальном смысле!
— Потом встретимся, — шепчу ей на ухо, удаляясь от них.
Я уже выучила наше расписание, так что ходить теперь перед каждым уроком к стенду с расписанием нет надобности. Какой изверг ставит на первый урок математику? У меня и так голова кипит, а тут ещё это в придачу!
Поднимаясь по лестнице на третий этаж, я замечала множество взглядов. Чувствовала себя паршиво. Но удивляло то, что не было насмешек и перешёптываний — лишь взгляды. Я даже не наблюдала улыбок на лице всех этих людей.
У дверей класса я стояла ещё несколько
