постель, если он поманит. И он не узнает о моих чувствах. Я еще не совсем с ума сошла. И на нашу с тобой дружбу они бы тоже никогда не повлияли, до этой поездки. Пока вы были с ним вместе, я не делала ничего, что могло бы вам помешать.
Выходит корявенько. Зря мы выпили. Лучше было на трезвую голову обсудить. Может Данка специально?
Присматриваюсь к ней, но никаких следов злого умысла не замечаю.
Сидит крутит бокал в руках. Разглядывает жидкость. Я тоже засматриваюсь на ее красивый цвет.
Он напоминает мне глаза Макса, какими они бывают на солнце. Чистые, блестящие, цвета виски или бренди...
Опять я везде вижу напоминания о нем, даже там где не должна...
— Значит, серенькая бабочка Ася все-таки тоже попалась на этот огонь? — произносит задумчиво. Но не злится, что уже прогресс. — А я ведь предупреждала. Будь осторожнее.
— Вы расстались. Какая теперь разница?
— Да я не за себя переживаю. Ты, Аська, мне не соперница. Даже если он клюнет на тебя, то это не надолго. Я за тебя волнуюсь. Ты же такая глупенькая, доверчивая. Отдашь ему всю себя, а он твоё сердечко растопчет и не заметит. Понимаешь, о чем я?
Я знаю. Поэтому сопротивляюсь ему из последних сил.
— Дан, только из-за того, что я и правда кое-что к нему испытываю, я все еще здесь, а не уехала в первый же день. Я немного виновата. Но не настолько, чтобы позволять меня изнасиловать троим невменяемым парням.
Она стонет.
— Ну прости, прости. Это все мой дурацкий характер.
Как у нее все просто.
— Я простила, но... Я не знаю, сможем ли мы в таких условиях дружить.
Она выплескивает в себя виски.
— Почему бы и нет, в общем-то? Ты влюблена в него, но вместе вы не будете, это безнадёжно. Даже если он уболтает тебя. А я хочу за него замуж. Но, похоже, это тоже нереально. Будем страдать вместе.
Может я потом пожалею об этом, но сейчас мне ужасно хочется поплакать с кем-то таким же несчастным как я. Хоть Данка и отрицает любовь, но он ее крепко зацепил.
— Как грустно, что он достанется какой-то другой, — вздыхаю.
— Да. И ведь наверняка выберет какую-нибудь стерву, которая над ним издеваться будет.
— Угу...
В итоге наше перемирие закончилось пьянкой и слезами.
Утром Данка категорично заявила, что мне искать квартиру нет никакой необходимости. Теперь мы сестры по несчастью. А значит, этот эпизод сблизил нас еще сильнее.
Я же поставила ее перед фактом, что по-прежнему буду давать ему уроки. Пока не сдаст экзамен. Она отреагировала на удивление спокойно. Мол, плевать. Это же просто репетиторство.
Я впервые со спокойной совестью ответила на сообщение Макса о встрече для занятий в нашем кафе. А Данка сказала, что мы можем и дома заниматься, если нужно.
— Он мне ключ до сих пор не вернул, так что пусть будет у него пока. Вдруг пригодится.
Но мне почему-то не хочется возвращаться к тому формату учебы, какой у нас был до их расставания.
В нашем кафе тихо и уютно, ничто не отвлекает от учебы, и над душой никто не стоит. А я могу спокойно смотреть то на его руки, то на профиль, пока он выполняет задания. И никто меня не палит за данным процессом.
Поэтому я просто промолчала и не сказала ничего Максу. Кроме того, что мы с Даной помирились, чему он совершенно не обрадовался.
Высказал мне свое непонимание. Попросил еще раз подумать.
Я пока не была уверена. Но тут еще стоял финансовый вопрос. Снять квартиру в Москве недалеко от моего вуза не так просто. Родители точно не потянут.
Мне нужно придумать, как начать подрабатывать самой. Вот посмотрю, как Макс сдаст экзамен, и тогда решу, стоит ли репетиторством заняться или все зря было.
Январь пролетает со скоростью света. Сразу две сессии, и у меня, и у моего ученика, не оставляют времени ни на что. Даже думать о любви некогда.
Мне начинает казаться, что меня немного попускает. Учёба — отличное лекарство от непрощенных чувств.
Но когда все экзамены сданы, оно возвращается вдвойне, нет — втройне.
Узнаю об этом в день экзамена по экономике. Он последний из всех наших с ним на двоих. Я даже за курсовую так не волновалась, которую он сдал еще вначале месяца и защитил с блеском.
Но экзамен — это совсем другое. Курсовая по одной теме, а тут их уйма.
Другие экзамены он тоже в этот раз сдал нормально. Не все на отлично, как у меня, но и не все с трояками. Свою специальность Макс знает неплохо.
Я нервничаю. Вчера вечером мы повторили все темы вкратце. На некоторых он все же косячил. И мы оба надеялись, что эти вопросы ему не попадутся.
Мы договорились, что Макс позвонит, как все закончится, но я не вытерпела и приехала в универ. Буду ждать здесь. Дома не могу.
Около получаса хожу как неприкаянная по холлу, пока меня не окликают.
— Анастасия!
— Владислав Дмитриевич?
Астахов во всей красе. Кажется, у него стала лучше получаться улыбка. Или он просто искренне рад встрече.
— У вас экзамен?
— Я да... Нет. Не у меня. Я просто жду кое-кого.
Не называю имя, он ведь как-то высказывался против Макса.
Поглядываю в телефон в ожидании звонка, и он уходит. Видимо, куда-то в деканат.
А Макс все не звонит. Я таки нервничаю, что все губы искусала. Я очень хочу, чтобы у него получилось! Чтобы все мои усилия не прошли зря. И просто за него лично переживаю. Он так старался.
Астахов возвращается, а я все еще тут.
— Может быть пойдем чашечку кофе выпьем? — предлагает по дружески.
Я бы не отказалась немного отвлечься. Макс позвонит, и я сразу прибегу.
Здесь недалеко есть кафе. Он, как обычно, придерживает меня за локоть, и мы идем туда.
Проходит еще полчаса. Даже вкусный кофе и булочка с корицей не могут отвлечь меня от частого поглядывания на экран.
Астахов как всегда деликатен. Рассказывает мне о возможности летом подработать в их компании.
А вот это хорошая новость! Если я смогу сделать какие-то накопления, то можно будет подумать о переезде.
Вдруг Данка снова устроит какой-нибудь скандал. Мало ли что ей стукнет в голову.
Вовлекаюсь в разговор, узнавая подробности и беря с него обещание иметь в виду мою кандидатуру.
Он с кривой улыбкой заверяет, что обязательно сообщит мне, когда точно будет известно.
