о том, что нас ждали. Мой внешний вид никак не подходил для встречи с матерью, с которой я не виделась уже больше пяти лет. Волосы взъерошены, одежда не по размеру, глаза заплаканные.
Мелани бросилась в мою сторону, а потом сделала два шага назад, осознав, что мы давно с ней больше не были родными людьми, хоть и были одной крови. Она изменилась. Постарела и на ее голове появилось немного седых волос.
— Привет, Мелани, — сухо поприветствовала её я, неуклюже переступив с ноги на ногу на пороге родительского дома.
Даже представить себе не могла, что когда-то этот дом станет для меня чужим. Но жизнь непредсказуема!
— Привет, Мия… Я рада тебя видеть.
— Угу.
Мелани жестом пригласила нас пройти в квартиру и мы молча проследовали за ней на кухню. Всё было таким же, как и в тот день, когда я ушла из дома. Даже тот же запах — любимый зеленый чай моей матери, но это не вызвало никаких эмоций у меня. Видимо, в моем сердце, на месте, где всегда был возведен алтарь моей семье осталась большая дыра.
Я всегда хотела полноценную семью, нуждалась в родительской любви, а теперь было поздно. Я выросла и научилась жить без нее.
Мы молча сели за небольшой кухонный стол и я ощутила как мое лицо вспыхнуло от взгляда моей матери — она смотрела на меня с печалью и… любовью.
— Ты прекрасно танцуешь… Я видела! Вот смотри, мне Люк принес! — восторженно воскликнула Мелани и перед моим носом появилась стопка с вырезками из журналов. — Это твой первый сольный концерт. Тебе так идет такой образ. А это… Люк сказал, что ты танцевала в одном из самых больших залов Парижа! Я горжусь тобой, Мия! — Теплая ладонь Мелани накрыла мою руку и от неожиданности я вздрогнула. — И я хочу попросить у тебя прощение. Я была дерьмовой матерью и мне так жаль, что меня не было рядом с тобой всё это время.
— Не прям уж дерьмовой, Мелани.
— Тогда бы ты не звала меня по имени, — с особой грустью в голосе ответила женщина и я увидела как намокли края ее глаз. Вот почему? Почему ей понадобилось аж двадцать четыре года на то, чтобы осознать это? — Ах, чай! Ты ведь так и пьёшь только зеленый?
Я кивнула в ответ.
— Ты немного бледновата, это все твои диеты! У меня есть наивкуснейшее овсяное печенье! Я уверена, что тебе оно понравится!
Женские пальцы еле ощутимо коснулись моей щеки и Мелани быстро отдернула свою руку от моего лица, заметив как все мое тело напряглось. Да, было время, когда я нуждалась в ее прикосновениях, но оно прошло…
Маленький телевизор издал характерный звук — начало экстренных новостей и две пары глаз уставились на экран, а я стала рассматривать пальцы своих рук. Несмотря на все старания Мелани, все что мне хотелось — поскорее покинуть стены её дома.
Кайл Эндрю Стивенс был найден мертвым в своем загородном доме, а рядом с ним тела еще двух мужчин.
Что? Я не ослышалась? Кайл? Мертвый? От знакомого имени по моей спине пробежал холодок, а тем временем женский голос продолжил…
Питер Уолтер Палмер и Элдер Джереми Холланд. Мужчины скончались от глубоких ножевых ранений.
Я рискнула поднять глаза на экран телевизора и увидела лица тех самых мужчин, которые находились вместе с братьями Алека в доме, в котором удерживали меня.
Мы переглянулись с Люком и снова уставились в телевизор.
Напомним, что несколько дней назад было найдено тело ещё одного сына Джеймса Эрлинга Стивенса, Дэйва Майкла Стивенса.
От услышанного мое тело задрожало и я случайно пролила чай из чашки на стол, но никто на это даже внимания не обратил, все с открытыми ртами продолжили слушать ведущую новостей.
Джеймс Эрлинг Стивенс был бизнесменом, имеющим большое влияние на рынке элитной недвижимости. Джеймс Стивенс ушёл из жизни пять лет назад и по заранее составленному завещанию все его активы и управление компаниями перешли в руки старшего сына Александра Питера Стивенса.
— Александр? — воскликнула я, обернувшись на своего брата.
— А ты не знала? — не менее удивленным голосом ответил мне Люк.
Отрицательно помотала головой в ответ.
— Даа, вот тебе и новости! — произнесла наша мать, поставить на стол фарфоровые кружки со свежезаваренного чаем. — Вечно эти богатенькие детки не могут никак поделить своё наследство.
Возбуждено уголовное дело по статье убийство.
— Твою мать! — выругался Люк, за что сразу получил строгий выговор от нашей матери.
Телефон Люка завибрировал и мы одновременно перевели взгляд на экран смартфона, который лежал на столе прямо перед моим носом.
Бастиан. И это плохо. Очень плохо.
Люк быстро спрятал свой смартфон во внутренний карман пиджака и нервно откинул свои светлые волосы назад.
— Мия, ты ведь сможешь уехать в аэропорт на такси? — на удивление спокойным голосом спросил он меня.
Я не долго думая, отрицательно покачала головой в ответ. И я отрицала не нежелание ехать на такси, я больше не собиралась вообще никуда уезжать!
— Мия, я прошу тебя возьми такси и не делай глупости. Просто сядь в самолет и никогда больше сюда не возвращайся. Ты поняла меня?
— Нет! — запротестовала я. — Я никуда не поеду!
— Мия, ты ведь умная девочка, да?
— Не умная и ты это знаешь!
— Почему вы оба говорите загадками? — вмешалась в наш разговор Мелани. — Что происходит?
Этот нахмуренный взгляд и руки так крепко сложенные нагруди не предвещали ничего хорошего. Ей нужны были объяснения.
— Все хорошо, просто мне нужно срочно отъехать по рабочим делам, — быстро ответил Люк, чмокнув мать в щеку. И его смартфон снова завибрировал. — Прошу тебя, мама, проследи, чтобы Мия доехала до аэропорта и села в самолет.
— Нет! Я еду с тобой! — выкрикнула я, встав у него на пути.
— Мия, — прорычал в ответ мне Люк. — а этот раз ты будешь умной девочкой и через два часа покинешь эту страну. И это не обсуждается!
— Почему ты заставляешь ее делать то, что она не хочет? — возмутилась Мелани, наградив Люка хмурым взглядом.
— Потому что Мии пора домой, у нее там работа ждет, правда Мия? — прошипел в ответ Люк, медленно убив меня своими серыми глазами.
— Нет. Я не еду домой. Я еду с тобой! — Я так крепко сжала локоть Люка, что пальцы заныли от боли. — У него проблемы! Мне нужно его увидеть и ты возьмешь меня с собой!
— Конечно, возьмет! — нежно погладила меня по голове Мелани, заметя как намокли мои глаза. — Либо рассказывай
