в способностях Артема к идиотским перформансам Орлова не сомневалась.
— Спасибо! — парень благодарно схватил девичью ладонь, прижимая к губам в продолжительном поцелуе. — Ты не пожалеешь, любимка! Обещаю! Я все исправлю!
Митрофанов был счастлив, на красивое лицо вернулся румянец беспечности. Как всегда, когда кто-то другой решал за него вопросы. Артем верил, что семь дней смогут что-то изменить, а выигранная отсрочка гарантирует его победу. Он не понимал причину согласия Алены и даже не мог предположить, что его невеста просто слишком устала, чтобы рушить все здесь и сейчас. А еще жениху и в голову не приходило, с какой скоростью крутятся шестеренки в мозгу дипломированного юриста. Сидя напротив сияющего парня, Елена Владимировна Орлова выстраивала стратегию отхода, разыгрывая в уме шахматную партию, при которой ее ферзь не просто оставался на доске, но ставил противникам шах и мат. Она больше не хотела в мужья неуравновешенного капризного ребенка. Теперь Алена искала способ обрести свободу, сохранив при этом достижения карьеры и преимущества привычного образа жизни. А что касается полученной недельной отсрочки — весьма кстати, чтобы окончательно понять, чего она хочет на самом деле.
Они допили кофе. Разговор перешел на нейтральные темы: как уладить с родителями, что сказать гостям. Артем собрался, изображая делового дельца, только что героически спасшего «проект 'Свадьба» от кризиса. Прощаясь, он снова попытался ее обнять. На этот раз Алена не отстранилась, улыбнулась почти ласково, позволяя прикоснуться губам жениха к своей щеке. Обычный прощальный поцелуй, годящийся для друзей, а не любовников. Пустой, мимолетный, ничего не значащий жест, от которого душе ни тепло, ни холодно.
— Я исправлюсь, Лен, стану таким, как ты хочешь, — прошептал он ей в шею, не торопясь размыкать объятия. Девушка только кивнула, как учитель, который многократно слышал заверения в стараниях, но ни разу не видел их подтверждения на деле.
Митрофанов ушел, оставив на столе огромный, нелепый букет. Алена сидела, крутила на безымянном пальце кольцо с бриллиантом и смотрела на белые, идеальные розы без единого изъяна. Как ее жизнь, которую она только что продлила еще на семь дней.
Она не отменила свадьбу, не бросила жениха и не хлопнула дверью. Орлова поступила так, как привыкла за много лет — заключила сделку, выигрыш или проигрыш в которой был в ее руках.
Девушка откинулась на стуле, чувствуя усталость, как после сложных переговоров. Она мысленно выстраивала ходы, рассчитывала риски, пытаясь подчинить хаос эмоций холодной логике. Телефон зазвонил — «Фаркас» высветилось на экране. Алена тихо выругалась. Сколько ни просчитывай варианты, от судьбы, явившейся в образе харизматичного байкера, не спрятаться за таблицами и юридическими параграфами.
9 дней до свадьбы. Дмитрий
Тупая боль в сбитых костяшках правой руки навязчиво напоминала о вчерашнем. Но сильнее боли была злость на собственную беспомощность и чувство загнанной в ловушку дичи, не видящей охотника. Дмитрий стоял на балконе, вдыхая хмурую утреннюю морось, и крутил в пальцах телефон. Единственное разумное решение не нравилось категорически, потому что превращало в слабого зависимого просителя и грозило потерей того, чем он дорожил больше всего — свободы. Орлова оказалась права — все нити тянулись к Татляну и единственная, кто могла ввести его в мир больших денег и связей на высшем уровне — это Алена.
Мысли о принцессе внезапно оказались не теплыми и светлыми, а мрачными, под стать по-осеннему промозглому питерскому дню. Она была частью системы, которая грозилась его раздавить и имела значительно больше общего с богатыми ублюдками на спорткарах, чем с парнями из задрипанной автомастерской.
Алена ответила не сразу — голос в динамике звучал устало. Похоже, прошедшая ночь никого не пощадила.
— Доброго утра, ваше высочество. Позвольте сразу к делу, — издевка сама прорвалась в едкий тон. Раздражение на происходящее выплеснулось бесконтрольно. Двое суток почти без сна сказывались на выдержке.
— Позволяю, — с не меньшим ядом ответила трубка, миновав вежливость приветствия.
Сам виноват. Можно было зайти помягче, Аленка ни в чем не виновата, а с потенциальными союзниками так беседу не строят. Но слов обратно в глотку не затолкаешь, придется и дальше нестись по прямой.
— Организуй мне встречу с Татляном. Чем скорее, тем лучше. — Вот так в ультимативной форме, без хождений вокруг да около. Фаркас прикрыл глаза, мысленно ставя себе неуд за межполовую коммуникацию. Словно не было десяти лет опыта и тысяч собеседований. Будто он звонил не девушке, на которую его тело реагировало весьма однозначно, а давал команду бесчувственному роботу. «Нда, Дмитрий Юрьевич, теряете квалификацию не по дням, а по часам!»
На том конце повисло короткое, изумленное молчание. Не исключено, что сейчас Орлова психанет и пошлет куда подальше, и будет права, между прочим!
— Что⁈ С какой стати я должна это делать? — прозвучало не столько раздраженно, сколь удивленно и задумчиво.
— Мне нужно посмотреть ему в глаза и понять кто он: враг, союзник или вконец охреневший мудень, пытающийся прижать собственника, чтобы сбить цену. — С вежливостью сегодня тоже было так себе. Речь искрила оголенными нервами и отдавала болью разбитой ладони. Но мужчина понимал — Орлова заслуживала деталей, в конце концов, она не была ему ничем обязана. Ну кроме проблем с женихом.
— Вчера меня на трассе чуть не убили на машине из его коллекции. Я хочу спросить об этом лично.
— Машина из его… Дмитрий, ты в своем уме? Это же безумие! — трубка замолчала, и он почти физически ощутил сомнение и недоверие девушки. — У нас с тобой нет контракта. Я не твой юрист.
— Ты была на «Станции», видела, за что я борюсь. И, думаю, все поняла. — Хотелось материться и кричать, но Фаркас попытался усмирить эмоции, наоборот, снижая громкость и замедляя темп речи. — Помоги организовать цивилизованную встречу, потому что иначе я поеду к нему сам. Посмотрим, во что выльется беседа без свидетелей.
Мужчина давил. Это было жестко и нечестно по отношению к Алене, но он не видел другого выхода. Орлова — его единственный ключ к более-менее легитимному разговору, а не разборкам из девяностых. Динамик передал тяжелый вздох.
— Хорошо. Я назначу встречу юристам Татляна, представлю тебя как клиента бюро. Скажу, что появилась возможность закрепиться в Приморском кластере в обход Смольного. Но, Дмитрий, я не могу ничего гарантировать…
— Договорись о встрече. Чем скорее, тем лучше. Остальное — моя забота, — он прервал разговор. Рука, сжимавшая телефон, мелко
