выходные?
Я подношу руку к её подбородку и заставляю поднять лицо. Когда наши взгляды встречаются, я шепчу:
— Ты же знаешь, если бы это зависело от меня, ты бы уже давно сюда переехала.
— Скоро, — шепчет она с дразнящей ухмылкой.
— Насколько скоро? — спрашиваю я.
Её взгляд любяще блуждает по моему лицу.
— Я буду жить здесь во время зимних и летних каникул. А как только закончу учебу, перееду насовсем. Ладно?
У моего нетерпеливого «я» нет другого выбора, кроме как принять это.
— Значит, ты будешь моей на все зимние и летние каникулы?
Она кивает и нежно целует меня в губы. У меня будет десять недель только для нас двоих. Плюс-минус пара дней. Эта мысль наполняет меня спокойствием, которое может подарить мне только Хана.
ГЛАВА 20
ХАНА
Родители Тристана пригласили нас на спонтанное барбекю, поэтому я готовлюсь к выходу с особым тщанием. Хотя я и раньше общалась с ними, сегодня всё иначе. Теперь я — девушка их младшего сына.
Я выбрала скромное белое летнее платье и сандалии. Я как раз рассматриваю свое отражение, когда Тристан подходит сзади. Он обхватывает мою шею ладонью и, заставляя меня откинуть голову, слегка прикусывает кожу там, где бьется пульс, а затем успокаивает легкое жжение поцелуем.
— Ты выглядишь сногсшибательно.
Повернувшись в его объятиях, я спрашиваю:
— Твои родители ведь знают, что мы встречаемся?
— Встречаемся? — Он качает головой, и его взгляд становится пронзительным. — То, что между нами, — это не просто «встречаемся». Это нечто гораздо большее.
От его слов внутри разливается тепло.
— Это — всё, — шепчу я. Я целую его в челюсть, а затем повторяю вопрос: — Ты им сказал?
Он кивает. — Сказал маме, а она, скорее всего, уже разнесла весть остальным.
— Знаешь, кто еще будет на барбекю?
— Дэнни, Кристофер и, вероятно, Дэш. — Тристан отстраняется и, взяв меня за руку, крепко переплетает наши пальцы. — Нам пора ехать.
Мне нравится, что ему всегда нужно чувствовать физический контакт со мной.
Когда мы выходим из пентхауса и заходим в лифт, я скольжу взглядом по Тристану. В черных брюках чинос и темно-серой рубашке он выглядит просто умопомрачительно. Свободной рукой я провожу пальцем по венам на его предплечье.
— Обожаю тебя в черном.
Он усмехается, когда мы выходим из лифта. Сев в машину, я пристегиваю ремень, и как только Тристан выезжает с подземной парковки, я кладу руку ему на бедро.
— Я возьму двухнедельный отпуск, когда у тебя начнутся летние каникулы, — говорит он, не отрывая глаз от дороги. — Есть идеи, чем займемся?
Волна восторга накрывает меня, и я широко улыбаюсь.
— Хоть до лета еще далеко, это лучшая новость на свете. Мы можем делать что угодно, лишь бы вместе. — Вспомнив его слова на нашем первом свидании, я предлагаю: — Может, в Исландию? Я там никогда не была.
— Я всё организую. Тебе там понравится. — Он бросает на меня сексуальную ухмылку. — Но в твои зимние каникулы мне придется поработать.
— Я понимаю, — бормочу я. Теперь, когда я знаю о нашей совместной поездке, я буду ждать лета с удвоенной силой. — Не могу дождаться нашего первого общего отпуска.
— Первого из многих, — добавляет Тристан. По его лицу пробегает собственническая тень, а во взгляде вспыхивает жар, от которого по моему телу разлетаются искры.
Когда он заезжает на дорожку к особняку родителей, мой желудок мгновенно скручивается в узел. Тристан обходит машину, чтобы открыть мне дверь, и я вкладываю свою ладонь в его руку. Сцепив пальцы, мы идем к парадному входу.
Дверь распахивается раньше, чем мы успеваем до неё дойти, и миссис Хейз встречает нас приветливой улыбкой.
— Должно быть, Хана хорошо на тебя влияет, раз уж ты впервые в жизни приехал вовремя, — поддразнивает она сына, прежде чем поцеловать его в щеку.
— Я просто торопился похвастаться ею перед всеми вами, — парирует он.
— Рада снова вас видеть, — говорю я, когда миссис Хейз наклоняется, чтобы поцеловать меня. Почувствовав тонкий шлейф её парфюма, я добавляю: — У вас чудесные духи.
— Подарок мужа, — шепчет она с теплотой в глазах.
Мы следуем за ней в дом и выходим на задний двор, где Дэнни уже сидит вместе с мистером Хейзом. Поприветствовав их, я сажусь рядом с Тристаном. Он тут же находит мою руку и начинает поглаживать пальцами тыльную сторону ладони, отчего по моей руке бегут мурашки.
— И как Тристану удалось тебя заполучить, Хана? — игриво спрашивает Дэнни.
— С помощью упорства и адского труда, — бурчит Тристан, вызывая смех у семьи.
— Вы такая красивая пара, — воркует миссис Хейз.
Телефон мистера Хейза вибрирует.
— Кристофер приехал, — объявляет он. Миссис Хейз встает, чтобы впустить его.
— Как бизнес? — спрашивает мистер Хейз у Тристана.
— Хорошо, — отвечает тот, закидывая ногу на колено. Он перекладывает мою руку себе на бедро и продолжает невесомо касаться моей кожи. — Мы с Алексеем начали поставки через «Инглин».
Мистер Хейз кивает, явно впечатленный достижениями сына.
— Как поживает Алексей? — Взгляд отца Тристана становится более цепким.
— У него всё в порядке. Дела идут в гору.
Я наблюдаю за мистером Хейзом, гадая, как много он знает об истинных делах Алексея.
— В какой бы индустрии ты ни крутился, деньги можно делать везде, — бормочет мистер Хейз. Затем его взгляд переключается на меня. И хотя мне следовало бы нервничать, я спокойна. Должно быть, я привыкла к тяжелому взгляду Тристана, да и, честно говоря, ничто не сравнится с бездонной тьмой глаз Алексея. — Как учеба, Хана?
Мои губы трогает улыбка. — Хорошо. Но я уже жду не дождусь зимних каникул.
Мой ответ вызывает у него смешок.
— Наслаждайся этими перерывами, пока можешь. Как только начнешь работать, всем отпускам придет конец.
Миссис Хейз возвращается вместе с Кристофером и Дэшем. Мы снова обмениваемся приветствиями, и когда все рассаживаются, мистер Хейз переключает внимание на них.
Я поворачиваю ладонь и переплетаю пальцы с пальцами Тристана, с удовольствием наблюдая за тем, как общается его семья.
ТРИСТАН
Пока женщины беседуют на улице, отец, Кристофер и я выпиваем в баре. Отец делает глоток бурбона и, кивнув в сторону окна, спрашивает:
— Насколько
