жить? Он признает ребёнка? Женится на тебе?
— Что?! Лариса, ты сама хоть поняла, что сказала? Я и замуж за этого урода? — в эмоциях я схватила её за руку и развернула на себя. Это ж надо такое сказать!
— А что? — подруга серьёзно посмотрела на меня и указала пальцем на живот. — Это ведь его ребёнок, пусть теперь отвечает за последствия. Кстати, Руслан говорил, что довольно часто насильники женятся на своих жертвах, чтобы избежать тюрьмы.
— Вот уж спасибо! — не выдержала я, с трудом сдерживая себя, а потому получилось с обидой. — Я видеть его не могу, слышать о нём не хочу, а ты такое предположила. «Добрая» душа.
— Ладно, успокойся. Тьфу на него — главное чтобы вы здоровыми были. Правда, маленький? — Лариса наклонилась к моему животу.
Больше нам поговорить не удалось — работу Ларисы никто не отменял, но мы теперь чаще виделись. Девушки в моей палате, хоть и находились в стационаре, уходили после обеда, закончив с процедурами.
Моё состояние намного улучшилось, и я могла бы также поступать, вот только желания возвращаться пока не было. Здесь, в чужой больничной обстановке я меньше думала о Кирилле Ветроградове. Дед Андрей каждый день навещал меня, а когда не мог, то приходили Михаил или Вика. Так что я не скучала.
Впрочем, лежать в больнице на сохранении бывает иногда полезно, как в прямом, так и в переносном смысле. Девчонки со мной в палате были в основном такие же молодые, как и я, с первой беременностью.
Одна женщина лежала уже с пятым ребёнком. Вот с виду и не подумала бы: спокойная, рассудительная. А сколько случаев из жизни рассказывала — не передать. Вот совсем недавно её супруг приходил с младшими мальчиками (одному пять, а другому три года) — эх и «деловые» парни, а вот старшие дочки (почти невесты) заглядывали по одной. Вот со стороны смотришь на всех них и радуешься: от их семьи за версту пахнет любовью, причём такой естественной и искренней, что по-доброму завидуешь. Младшие мальчики порой хулиганили, так родители просто брали их за руку и ставили возле себя. Вот это выдержка, я бы так, наверное, не смогла.
Была ещё другая. Тоже молодая, но она сделала аборт, причём не первый раз. А в соседней палате молодая женщина всю беременность проводила в больнице — у неё слабая матка, и от малейшей нагрузки случался выкидыш. Вроде бы неделю назад выписали, а сегодня вновь положили — просто после продолжительной прогулки началось кровотечение.
Вот как в жизни бывает! И таких историй не счесть. Так что после выписки я была «просвящённой» во всех смыслах.
Но пока лежала, от нечего делать увлеклась дизайном будущей детской — дед Андрей настаивал на переделке той самой комнаты (интернет предлагал великое множество идей, впрочем, как всегда). Приехав же домой, я увидела, что её полностью освободили, и теперь в моём распоряжении «чистый холст».
На моё предложение изменить подоконник дед Андрей высказался положительно. Вопрос с деньгами не стоял. Когда с Викой, а когда и с Ларисой я ходила по разным магазинам, выбирая материал для отделки, краски, люстры и другие светильники. В общем, потратила на это не один день.
Дело оказалось далеко не простым, но я более-менее разбиралась в ремонте — магазинчик свой сама красила, но всё равно, опытного совета не хватало. Пришлось изучать особенности и тонкости ремонта.
И тут на помощь пришёл Михаил. Дед Андрей на время «выделил» мне своего водителя. Разумеется, за меня он ничего не решал, но кое-что подсказывал, а также помогал покупать материал.
Для ремонта я наняла бригаду для внутренних работ. Они полностью очистили стены и потолок, выровняли их и поклеили обои. С цветовой гаммой я долго сомневалась: типичную розовую или голубую обстановку не хотелось, поэтому решила пока остановиться на нейтральном молочном тоне — почти как у меня в детстве. А там уже можно будет менять обстановку за счёт аксессуаров. С мебелью же я не торопилась — срок ещё позволял подумать, да и, наслушавшись в женском отделении всяких советов, немного стала суеверной.
А пока я «набиралась» витаминов — пошли первые ягоды. У деда Андрея на огороде росли несколько кустов жимолости. Я как-то раньше и не знала об этих ягодах, а тут. Мы с Анюткой на пару кормились прямо с куста, словно птички. Ну и собирали, конечно, в кузовок.
Дед Андрей сказал, что в этот год особо много урожая. Я наготовила много банок жимолости перемешанной с сахаром без варки и заставила ими холодильник.
Следующей значилась виктория. Вот тут сложно было удержаться, ведь клубнику я любила. Наварив достаточно много варенья, мы с Викой пекли каждый день пироги. А там и другие ягоды постепенно подходили. В общем, лето прошло плодотворно. Я научилась закатывать не только варенье, но и компоты — оказалось не так всё сложно.
В связи с этой суетой мне некогда было скучать по Ларисе. Они вместе с Русланом уезжали в отпуск на фестиваль гитарной музыки под открытым небом. Больше недели они жили в одной палатке и вернулись в прекрасном расположении духа.
Ну, а после, как давно обещала, Лариса пригласила меня на дачу к своим родителям. То был старенький, но уютный дом с открытой верандой, возле которой, как и говорила подруга, было разбито множество клумб.
Мне было очень приятно наблюдать за тёплой атмосферой, что витала в этой семье. Было видно, что родители Ларисы души не чаяли в дочкином женихе, заранее называя его своим зятем. Да и сам молодой человек тоже, похоже, вжился в эту роль.
— Лариса, — тихо сказала я, когда мы вечером пили чай после шашлыка, — а я и не знала, что твой Руслан умеет петь.
— Я тоже не знала, пока Руслан не записался участником, — призналась подруга, с восхищением глядя на своего возлюбленного. — А ведь я гитару даже не видела среди его вещей — прятал, решил сюрприз сделать. Папа, кстати, в молодости тоже играл маме. Она его, можно сказать, за это и полюбила. У них вообще всё романтично получилось: вместе со своим курсом ходили в поход в горы, а там цветочки-ягодки, ну и всё в этом духе.
— А вы продолжаете их традицию, — улыбнулась я и подмигнула подруге.
Да, природа сближает людей, и Руслан с Ларисой похоже не исключение.
Глава 25
С той злополучной встречи с Кириллом Ветроградовым прошёл не один день. Он больше не появлялся
