по привычке сначала дошел до кофемашины, достал чашку и запустил аппарат, после чего уже с кофе сел за стол и принялся изучать бумаги. Я даже неосознанно поправила на себе блузку и разгладила юбку, будто готовая защищать перед ним свой личный проект. Мне пришлось объяснить ему информацию практически на каждой распечатке, теша самолюбие, что все-таки этот мужчина знает не абсолютно все.
— На самом деле впервые в жизни пришлось пробираться на завод считай незаконно. Правда Геннадий Юрьевич все-таки нас раскрыл. Кстати он передавал тебе привет! — мой моральный настрой был невероятно высоким и слишком хорошим, поэтому в конце говорила я совсем расслабленно.
— Я понял, что удаленно систему проверить пока не могут, но ведь у тебя тоже не предусмотрен доступ к таким вещам. Как ты смогла это посмотреть, а главное согласовать договор за Павла? — Даниил поднял лист с завершенным маршрутом согласования договора.
— Так я же говорила, что, если мне понадобится, смогу обойти и вашу систему. — для усиления эффекта моих слов, с победной улыбкой забрала его чашку с кофе и допила оставшийся напиток.
— Ты хоть понимаешь, что снова пошла на риск? Павел и так откуда-то знает, что ты делала на заводе, в данном случае подозрение сразу может пасть на тебя. — он начал собирать все документы обратно в папку, а я решила не поддаваться панике и направилась помыть чашку.
— Даже если знает, ведь до сих пор никому не рассказал. А мой риск снова оправдался, ведь я докопалась до истины! — я уже домыла предмет посуды и хотела поставить его на сушилку, как вдруг Даниил задал слишком неожиданный вопрос далекий от темы нашего разговора.
— Марго, скажи, ты меня любишь?
Безусловно мне хотелось сказать, что так оно и есть, вот только его вопрос подразумевал что-то другое, более того так просто признаваться ему в любви я не собиралась. Мы хоть и поговорили, но до конца пока не разъяснили, что между нами происходит конкретно сейчас. Так или иначе, от его слов я на мгновение замерла, успокаивая свое сильное сердцебиение, после чего все-таки поставила чашку на место и, натянув беспечную улыбку, повернулась обратно к нему.
— С чего такие вопросы? — я смело подошла к столу и присела на край аккурат рядом с Даниилом.
— Пытаюсь понять, зачем ты на это пошла. — он внимательно на меня смотрел и выглядел действительно задумчивым.
— Почему бы не предположить мое логичное желание помочь проекту? Ты сам ведь обещал мне в нем работу. — я продолжала изображать безмятежность от разговора, только Завьялов оказался настроен куда серьезнее. Он внезапно встал и оказался слишком близко ко мне.
— Потому что мне кажется, что дело не в проекте и даже не в заводе. — он медленно сокращал оставшиеся между нами сантиметры, словно пытаясь этим заставить меня говорить правду.
— Мало ли, что тебе кажется. — мне было сложно себя контролировать в такой близости от него, особенно учитывая, что он в самом деле фактически давил на меня своим напором. Из-за этого я аккуратно ткнула его в грудь ногтем, якобы остановив, и медленно зашагала пальцами вверх. — Кстати, если я и признаюсь тебе в любви, то только после тебя. Насколько я помню, ты это понятие отрицаешь, значит и признаюсь тебе я скорее всего… никогда! — теперь была моя очередь дразнить его, потому что, дойдя ногтями до узла галстука, без стеснения приблизилась к нему своими губами, но по-прежнему оставила между нами небольшое расстояние.
— Если что, то сюда ты приехала по собственному желанию и сейчас именно ты была инициатором. Так что потом не пытайся меня в чем-то обвинить.
Он тихо проговорил это, чтобы в следующее мгновение стереть любые расстояния и границы, прижав меня к себе в безумном страстном поцелуе, который словно отключил весь мир вокруг. Я полностью отдалась этому порыву, потому что хотела этого не меньше, чем он. Внутри словно ураган все закручивало в жуткое желание, которое он еще сильнее распалял требовательными и грубыми прикосновениями. Я практически сгорала в этих объятиях, прижимая его в ответ как можно сильнее. Мне не хватало воздуха от переполняющих меня эмоций, которые заставляли сердце бешено биться от каждого поцелуя. Только когда он начал расстегивать пуговицы моей блузки, я попыталась его остановить, уперевшись ладонями в твердую грудь.
— Даниил, остановись. — мои слова не возымели на него никакого действия, потому что он продолжал изводить меня горячими поцелуями в шею, которые упрямо переходили все ниже к груди. — Пожалуйста! — я почти выкрикнула это, потому что дышать ровно у меня никак не получалось, однако мой возглас сработал, ведь он, жутко заведенный, все-таки оторвался от моего тела и посмотрел в мои глаза. — Даниил, прошу пойми, я не твоя вещь, которую можно использовать, когда захочется. — я говорила серьезно, только он лишь сдержанно улыбнулся, аккуратно завел ладонь за мою шею и ощутимо схватился за копну волос, чтобы я не могла никуда деться.
— Все правильно, ты не вещь и не игрушка, Марго. — создавалось впечатление, что Даниил с трудом контролирует себя, обжигая мое ухо своими словами. Я же продолжала глубоко дышать, ведь все, что он делал, безнадежно сводило с ума. — Но пойми наконец, что ты моя.
Наверное, сейчас я бы не задумываясь подтвердила его слова, потому что в самом деле уже давно принадлежала только ему, однако он не дал мне говорить, снова прижав меня к своим губам. Даниил грубо держал меня, настойчиво пробираясь через одежду и доводя меня практически до пика удовольствия только лишь одними прикосновениями. Когда он все-таки раскрыл на мне блузку, оголив плечи, чтобы коснуться поцелуями ключицы, я словно взорвалась и не сдержала стон. Видимо это дало свой эффект, ведь Завьялов резко задрал на мне юбку и усадил на стол, обнаружив чулки, которые я никак не могла сменить на что-то потеплее. Явно возбужденный увиденным он сильно сжал мои бедра, словно специально вырвав из меня очередной иступленный вздох. Я была как оголенный нерв, остро ощущая каждое его действие, поэтому оказавшись на столе нетерпеливо сорвала с него галстук и также взялась расстегивать пуговицы на рубашке. Мне не хватило выдержки дойти до конца, поэтому нагло перебралась к поясу его брюк. Мой настрой он явно решил подержать, поэтому быстрым и легким движением я осталась без нижнего белья, которое отлетело в неизвестном мне направлении. Даниил не задумываясь взял меня прямо на столе, грубо пронзая собой и словно убеждая в абсолютной принадлежности ему. Мне было невыносимо хорошо, что я совершенно не контролировала свои
