одобрил бы мои действия. — Он цокает языком. — Вы реально его заебали, вмешавшись в его дела.
— Вмешались? — Вин фыркает. — Если под «делами» ты имеешь в виду торговлю людьми, то да, мы будем вмешиваться.
— Ах, но видите ли, это не только его бизнес. — Его ухмылка становится шире.
— О чём ты, чёрт возьми? — Брови Вина сдвигаются, челюсть напрягается.
Алекс наклоняет голову, изучая его, замечая то, что ускользает от нас.
— Проверь его карманы.
— С удовольствием, — соглашается Вин. Его уже обыскали на предмет оружия, но Вин снова шарит в его карманах, вытаскивая мусор и прочую мелочь, пока не достаёт знакомую чёрную карточку.
«Голубые бархатные грёзы».
— Какого чёрта она у тебя? — Вин сжимает карту, костяшки белеют.
— Мой работодатель дал, — пожимает плечами Федя, слишком расслабленно для человека, у которого вот-вот наступит последний момент на земле. — Он владелец этого престижного клуба.
— Игорь? — переспрашивает Вин, с силой потирая переносицу. Он выглядит так, будто вот-вот взорвётся.
Федя качает головой.
— Нет. Он инвестор, да, конечно. Очень выгодное вложение. Но не владелец.
— Тогда кто? — спрашиваю я, теряя последние остатки терпения.
На его лице мелькает удовольствие, когда он произносит:
— Призрак.
Вин хватает его за воротник, сталкиваясь лицом к лицу.
— Мы не играем в твои игры. Говори, кто владеет этим клубом?
Федя спокойно повторяет:
— Призрак.
Вин отталкивает его и отходит, упирая руки в бёдра.
— Может, просто прикончим его?
— Нет, — я качаю головой, твёрдо намеренный выжать из этого ублюдка хоть что-то полезное. — Если не хочешь говорить, кто владелец, тогда отвечай на следующий вопрос — и от этого будет зависеть, насколько быстро мы тебя убьём. Но в любом случае, живым ты отсюда не выйдешь.
Вин потирает виски.
— Ты ничего от него не добьёшься, если он кайфует, играя с нами.
— Тогда сыграем по-моему. — Я достаю нож и приставляю лезвие к горлу Феди, вонзая в кожу. — Кто такой Дьявол?
Он робко озирается, и в его взгляде появляется что-то новое. Страх.
— Он…
— Отвечай на мой вопрос. — Я вдавливаю остриё глубже, и капли крови стекают по его шее.
— О-он убьёт меня, если я скажу.
— А я убью тебя в любом случае, так что можешь облегчить душу.
Его глаза бегают по комнате, нерешительность сковывает его.
— Почему ты ведёшь себя так, будто он здесь? — спрашивает Алекс, настороженно оглядываясь. Его рука сжимает пистолет.
— Потому что он везде, — шепчет Федя, будто боится, что его услышат, хотя мы здесь одни. — Н-ночь Хэллоуина.
Я сужаю глаза.
— Что насчёт ночи Хэллоуина?
— Тогда прибудет новая партия девушек, и… тогда вы его найдёте. Он отвечает за сбор и доставку девушек на аукционы.
— Где мы его найдём? — требую я, нож уже покрыт тонким слоем крови.
Его взгляд теряется.
— Он одержим жаждой крови. То, что он творил… — Его пробирает дрожь. Снаружи слышится шум подъезжающей машины. Федя широко раскрывает глаза. Шаги хрустят по гравию.
— Где? — рычу я.
— Я сказал слишком много. — Его взгляд встречается с моим, в нём мелькает предупреждение. — Никому не верь.
Прежде чем я успеваю остановить его, он резко бьётся горлом о нож. Кровь хлещет на мои руки и одежду. Федя захлёбывается, булькающие звуки наполняют комнату на пару секунд, прежде чем его тело обмякнет.
— Чёрт! — Я вытираю нож об пол.
— Мы ему верим? — Вин достаёт телефон, скорее всего, пишет уборщикам.
— Нет смысла врать насчёт Хэллоуина, — размышляет Алекс, протягивая мне полотенце. — Особенно если он собирался убить себя.
Я киваю. До Хэллоуина остались недели. Надеюсь, этого хватит, чтобы найти это место и остановить их.
Мауро протягивает мне телефон. Что теперь?
— Не знаю, — бросаю полотенце на пол.
Алекс расхаживает по комнате.
— По крайней мере, у нас есть дата. Это уже что-то. Я могу настроить систему на отслеживание активности в этот период.
Вин хмурится.
— Этого мало. Нам нужно место. Как только найдём его, Le Diable будет в наших руках. Заодно разнесём этот клуб к чертям. Убьём двух зайцев.
— Когда ты был там с отцом, помнишь, как клуб выглядел снаружи? — спрашиваю я.
Он качает головой.
— Я был в шоке. Я… — Его голос обрывается.
— Что?
— Помню, когда мы подъехали, это выглядело как обычный склад. Ничего особенного — уж точно не клуб. Скорее, как развалины, готовые рухнуть в любой момент. Думаю, они специально выбрали такое место. Прятаться в тени, не привлекать внимания.
Я киваю.
— Это уже что-то.
Стальная дверь открывается, появляются Ашер и Долион. Долион подходит ближе, осматривает тело. Потирает глаза и качает головой.
— Закончилось быстрее, чем я ожидал.
Я оглядываюсь на безжизненное тело.
— Он сам решил свою судьбу.
Ашер засовывает руки в карманы.
— Судя по вашим лицам, он мало что рассказал?
Я встаю, застёгивая кожаную куртку. — Ничего ценного. — Выхожу наружу. Осенний ветерок обволакивает меня, и три слова звучат в моей голове:
Никому не верь.
Глава семнадцатая
Скарлетт
Передняя дверь открывается, и мое тело напрягается, пока я не слышу знакомый низкий голос Лео.
— Я дома.
Я вскакиваю с качелей и забегаю внутрь, замечая в его руках несколько пакетов с едой на вынос. Брут бросается к пакетам, обнюхивая сегодняшний ужин. Он явно надеется что-нибудь выпросить, и, зная, как легко я сдаюсь перед его большими карими глазами, он, скорее всего, прав.
— Взял итальянское на ужин, — говорит Лео. — Надеюсь, ты не против.
Я улыбаюсь.
— Чего же еще можно было ожидать?
Его губы растягиваются в улыбке, когда он проходит в гостиную, направляясь прямо ко мне. Оставив между нами считанные сантиметры и все еще держа пакеты, он наклоняется и целует меня — сладостный поцелуй, от которого у меня подкашиваются ноги и хочется большего.
— Хорошо провела день? — спрашивает он, прижимаясь лбом к моему.
— Утром была с Мэдди, а днем ходила в центр для женщин и детей читать малышам. — Я мягко касаюсь его губ своими. — Но вот этот момент мой самый любимый за весь день.
— Мой тоже. — Он проводит губами по моему виску, а затем ставит пакеты с едой на журнальный столик перед угловым диваном.
Доставая большую косточку, он перебрасывает ее на другой конец комнаты, где Брут устраивается поудобнее.
— Сегодня ужинаем в гостиной? — осматриваю безупречно чистую комнату. Мы редко здесь бываем; даже Брут старается не пускать слюни рядом.
Лео пожимает плечом, снимая кожаную куртку и вешая ее на спинку стула.
— Подумал, можем поужинать и посмотреть кино, если ты не против.
По мне разливается приятное тепло.
Ужин и кино.
То,
