вами.
— Но ведь страховка больше не будет покрывать расходы на номер в отеле...
— Не будет. Но у меня, поверьте, достаточно денег, чтобы оплатить его самостоятельно.
Я начинаю краснеть:
— Нет, так нельзя. Я не могу жить здесь бесплатно... Назовите мне сумму, и я заплачу. Не обещаю, что сразу, но заплачу. Либо найду за пару дней место попроще, подешевле.
— Не надо, — мужчина качает головой. — Вашему сыну нужен покой. Он должен жить в комфорте, полезно питаться, много спать. Здесь прекрасные условия... и больница рядом, если что.
— Но... — начинаю, но он перебивает, говоря так убедительно, что я начинаю верить:
— Пожалуйста, считайте мою помощь благодарностью за то, что спасли моего сына от репутационно опасной сделки. Потому что ваш муж — не тот человек, с которым можно иметь дела. Человек, который поступает так жестоко с самыми близкими людьми, с женой и ребенком, не будет беспокоиться о своих подчиненных, коллегах и партнерах, если вдруг возникнет угроза его бизнесу... Он и бросит, и сдаст. Моему сыну такой человек не нужен... как и мне... как и вам, Александра.
— Пожалуй, вы правы, — лепечу я, чувствуя, что у меня просто нет больше сил спорить и бороться.
— Артур уснул? — Станислав переводит тему.
— Да, поел и уснул.
— Отлично, пускай спит, ему нужно восстанавливать силы. Когда проснется — могу посмотреть его, если вы не против. Неврология и оториноларингология связаны довольно тесно. Проблемы в одной сфере могут провоцировать проблемы в другой... Было бы отлично убедиться, что с Артуром все в порядке.
— Я буду благодарна, — киваю.
— Значит, договорились. А пока и вы отдохните. Всю ночь нормально не спали, ютились на краю постели...
— Да, вы правы. Спасибо... за все.
Я засыпаю крепким безмятежным сном... впервые с того дня, как пропал Артур.
Даже не верится... но да, я наконец-то чувствую, что мы в безопасности: не только я, но и мой сын.
А рядом — хороший и надежный человек.
Просыпаюсь я, когда меня будит Артур.
— Мам, хочу есть...
— Да, сынок, конечно, — киваю и протираю глаза.
Смотрю на экран мобильного: уже три часа дня!
Долго же мы спали!
— Одевайся, спустимся вниз и покушаем, — говорю я сыну.
— Я уже готов! — заявляет он, хватаясь мне джинсовой курточкой. — И дядя Стас готов!
— Вы что, общались, пока я спала?!
— Ага! Он даже сок мне в номер заказывал! Яблочный! Но потом я решил, что устал сидеть здесь, а еще — что нам всем надо поесть, и пришел тебя будить!
— Вот оно что, — я улыбаюсь.
Выхожу из комнаты и, увидев Станислава, начинаю просить прощения за своего активного сына, который его наверняка успел утомить...
— Ну что вы, о чем речь, Александра, — говорит Станислав. — Я только рад помочь. Мы даже в шашки успели поиграть.
— Я его научил! — гордо заявляет сын.
— Да, точно, — Станислав подмигивает мне, а я только успеваю удивляться, что они так быстро нашли общий язык...
54 глава МИХАИЛ
Пришло время признать: все пошло по одному месту.
Все мои планы на этот отпуск совместно с Леной и сыном, все мои мечты, все-все-все.
Саша подала на развод и нашла адвоката.
Саша приперлась в Турцию.
Саша нарычала на Лену.
Саша обвинила меня в болезни Артура и забрала моего сына.
Саша подружилась со Стасом Короленко, отцом моего ценного сотрудника, и сделала так, что сотрудника этого я теперь потеряю.
Саша, Саша, Саша...
А ведь я, честное слово, не собирался с ней разводиться!
Несмотря на наличие в моей жизни Каролины и Лены, именно Саше, своей жене, своей соратнице — так я думал, наивный! — я отдавал предпочтение.
Думал, мы со всем справимся.
Помиримся.
Будем жить дальше... может, и не душа в душу, но уважая друг друга и все то, что было между нами за столько лет, уважая нашу семью, наших детей...
Но, видимо, не судьба.
Она выставляет меня за дверь палаты, и я, злой, как собака, возвращаюсь в отель, где меня ждет Лена.
Она, как обычно, полна жизни. Раннее утро, а у нее уже завиты локоны, на лице — боевой раскрас, стройная загорелая фигурка затянута в лимонно-желтый брендовый купальник, на запястьях и щиколотках позвякивают золотые браслеты, пальцы изящно держат ножку бокала, в котором искрятся пузырьки какого-то напитка... она готова идти в бич-клаб.
— Не сегодня, — говорю я ей мрачно, и она, обиженная, гордо уходит без меня.
Боже, что за женщины в моей жизни?!
Что одна, что другая, что третья...
Одна — после двадцати пяти лет брака, троих детей и миллиона прекрасных совместных воспоминаний не способна простить мужскую слабость.
Другая — несколько лет скрывала, что наш сын — вовсе не наш.
Третья... здесь вообще не о чем говорить. Лена, конечно, красотка, да и мозги при ней, иначе не смогла бы меня так легко и ловко окрутить, но что дальше?! Буду ли я ей нужен без денег, со старческой лысиной, с пузом?! Нет. Она выжмет из меня все до копейки — и полетит блестящей ночной бабочкой соблазнять другого, помоложе и побогаче...
Ну и зачем она тогда мне?!
Зачем они мне все?!
Не умеющие прощать.
Предательницы.
Меркантильные стервы.
У меня есть две дочери — они уже выросли, и я вряд ли смогу как-то на них повлиять. Они обе на стороне своей матери.
Но еще у меня есть два сына, и они пока достаточно маленькие, чтобы я повлиял. Я должен сделать все, чтобы они не выросли в наивных мужчин. Я должен сделать все, чтобы они знали себе цену и умели ставить на место баб. Не хочу, чтобы потом с ними поступали так же, как поступали со мной.
Ну а я... я уж как-нибудь справлюсь.
Выбора-то нет.
Настроение испорчено — и я понятия не имею, что может его поднять.
Но мне определенно нужна встряска.
Тем более что впервые за долгое время я наконец оказался в гордом одиночестве и могу позаботиться о себе, не отвлекаясь на болезнь сына и нытье любовницы...
Я решаю, что это знак.
Одеваюсь, собираюсь и выбираюсь из номера.
В бич-клаб — нет, в уже знакомые рестораны, кафе и бары — нет.
Я шагаю за пределы отельной территории.
Местность мне не знакома, но тем лучше: ярче впечатления.
Петляя по улицам, я забредаю в какой-то клуб, сияющий огнями софитов и разноцветным дымом... судя по всему, здесь веселятся еще с ночи. Красивые юные полуголые тела пульсируют в едином ритме на танцполе.
