class="p">- Все, миссис Миронова, - скомандовал он, подхватывая меня под локоть. - нам пора покидать
бал. Пока карета не превратилась в тыкву, а невеста не уснула стоя.
Мы поднялись в номер для новобрачных, который находился в самой усадьбе.
Стоило тяжелой двери закрыться за нами, отрезая шум праздника, как наступила звенящая
тишина. В комнате горели только свечи, пахло воском и цветами.
Я выдохнула и прислонилась спиной к двери.
Матвей подошел, снял пиджак, бросил его на кресло и начал медленно развязывать бабочку.
Его глаза не отрывались от меня.
· Устала?
· Немного. У меня такое красивое платье... я его обожаю, но корсет меня убивает.
Он улыбнулся, подошел и развернул меня спиной к себе.
- Позвольте мне, мадам.
Его теплые пальцы коснулись моей кожи. Шнуровка ослабла. Я сделала глубокий вдох,
чувствуя невероятное облегчение.
Платье с шелестом скользнуло вниз, оставшись белым облаком у моих ног. Я осталась в кружевном белье.
Матвей медленно провел ладонями по моим плечам, вниз по рукам, вызывая мурашки. Он поцеловал меня в шею, обжигая дыханием
- Ты самая красивая женщина на свете, - прошептал он. - Особенно сейчас.
Он развернул меня к себе и опустился на колени.
Я замерла, запустив пальцы в его волосы.
Матвей прижался щекой к моему округлившемуся животу. Он поцеловал его - бережно, с каким-
то священным трепетом.
- Привет, - тихо сказал он малышу. - Теперь мы семья официально.
Он поднялся, подхватил меня на руки и отнес на огромную кровать, усыпанную лепестками.
Эта ночь была не похожа на наши предыдущие. В ней не было той бешеной, животной страсти,
с которой все начиналось. Было что-то другое. Глубже. Сильнее.
Он медленно снимал мое белье, целуя каждый сантиметр тела, задерживаясь на изменениях, которые принесла беременность, словно боготворя их. Его руки были везде - гладили, ласкали, успокаивали.
· Я люблю тебя, - шептала я, растворяясь в его прикосновениях.
· А я живу тобой, - отвечал он.
Когда он вошел в меня, мир сузился до размеров этой комнаты, до стука наших сердец. Мы двигались медленно, наслаждаясь каждым мгновением, каждой секундой близости.
Позже, когда мы лежали в обнимку, укрытые пледом, Матвей гладил меня по голове, пока я
проваливалась в сон.
- Спи, моя жена, - услышала я сквозь дрему. - Я рядом.
И это было все, что мне нужно было знать.
Эпилог.
2 года спустя.
Я смотрела на тонкую пластиковую полоску в своих руках и не могла сдержать улыбку.
Две полоски. Снова.
Дежавю накрыло меня с головой, только теперь не было ни страха, ни паники. Было только
тихое, теплое счастье, разливающееся внутри.
Я спрятала тест в карман халата и вышла из ванной.
В гостиной царил «организованный хаос». Наш сын, двухгодовалый Максим, сидел на ковре и с
пугающей для его возраста сосредоточенностью собирал сложный конструктор.
- Весь в деда, - хмыкнула я, наблюдая, как он стыкует детали.
С моим отцом произошло настоящее чудо. После потери власти в холдинге он изменился
Теперь Дмитрий Сергеевич не акула бизнеса, а самый одержимый дед на свете. Он приезжает к нам каждые выходные, возится с внуком, учит его строить города из кубиков и, кажется, любит его больше, чем меня и Максима-старшего вместе взятых. Наши отношения наладились. Мы не вспоминаем прошлое, мы просто живем настоящим.
Я прошла к стеллажу, где теперь, рядом с моими наградами за дизайн, стояла еще одна гордость - диплом юридического университета. Правда, не красный, но он был. Теперь дипломированный юрист, который шьет платья в Москве.
Звонок в дверь заставил сына бросить конструктор.
- Дядя! - радостно завопил он.
Матвей, который читал новости на планшете, пошел открывать.
Сегодня у нас намечался семейный ужин. Максим обещал заехать
Брат вошел в квартиру, за эти два года он заматерел. Его строительная империя разрослась до невероятных масштабов, он поглотил конкурентов и стал даже жестче отца в молодости. Он выглядел уставшим, но довольным
· Привет, семья! - он пожал руку Матвею, подхватил на руки подбежавшего племянника
· А я не один. - вдруг сказал Максим, оборачиваясь к двери.
Я выглянула в коридор и замерла.
За спиной моего брата стояла девушка. Совсем юная - на вид не больше восемнадцати.
Хрупкая, как фарфоровая кукла, с огромными серыми глазами и тонкой папкой документов которую она прижимала к груди. Светлые волосы заплетены в аккуратную косу, на щеках лёгкий румянец. Она выглядела так, будто её только что вытащили из сказки про Золушку и ещё не объяснили правила новой жизни.
- Знакомьтесь, это Рита, - представил ее Максим. - Моя новая личная помощница. У нас еще
куча дел на вечер, пришлось взять работу с собой. Рита, проходи, не стой в дверях.
Девушка сделала неуверенный шаг вперед.
- Здравствуйте, - тихо пролепетала она.
Я заметила, как она косится на Максима. В ее взгляде был страх. Настоящий, животный трепет
кролика перед удавом.
· Проходи, Рита, - я улыбнулась ей как можно мягче. - У нас не офис, расслабься. Ты голодная?
· Нет, спасибо, я... - начала она, но Максим бросил на нее короткий взгляд.
· Она будет ужинать, Лера. Садись, Рита.
Девушка тут же послушно села за стол, сложив руки на коленях.
Весь ужин прошел под разговоры мужчин о бизнесе. Максим рассказывал о своих планах,
Матвей давал советы по юридическим рискам.
Я наблюдала за Ритой. Она почти не ела, вздрагивала каждый раз, когда Максим обращался к ней, и смотрела на него с какой-то обреченной покорностью.
Позже, когда мы с братом вышли на кухню за десертом, я не выдержала.
- Ей же всего восемнадцать, Макс, - тихо сказала я брату, когда мы вышли на кухню за
десертом. - Где ты ее нашел?
- В детдоме, - коротко бросил брат, наливая себе воды. - Она там выросла. Я дал ей работу,
жилье и образование. Я ее опекун... в каком-то смысле.
· Она тебя боится.
· Дисциплина, Лера. В моем бизнесе без нее никак. Не лезь в это.
Он отрезал так жестко, что я поняла, тему лучше закрыть.
Когда гости уехали, а маленький Максим уснул, мы с Матвеем лежали в нашей спальне.
Было тихо и уютно. Матвей читал книгу, я положила голову ему на плечо, рисуя пальцем узоры
на его груди.
- Твой брат становится тираном,
