перед отъездом.
Вновь переведя внимание от ноутбука, хмурюсь немного, прокручивая в мыслях важное, как мне кажется, воспоминание касаемо утренних событий, произошедших за завтраком.
Войдя в ресторан при отеле, куда мы, конечно же, пришли с Дмитрием по отдельности, я оказалась сражена наповал, когда не поймала на себе ни одного уничтожительного взгляда со стороны Горшкова. А этого я более чем ожидала после того, как он застал в моем номере глубокой ночью Жданова. Он даже ответил на мое приветствие ответной фразой "Доброе утро", а не промолчал, как делал это чаще всего! И в целом вел себя вполне сносно, что меня поражало все больше и больше. Я бы даже не удивилась, если бы он решил вдруг за мной поухаживать и угостить завтраком, нет. Я бы прямо там свалилась с обмороком.
Михаил был очень спокойным, моё настроение прекрасным как никогда и повышалось до нереальной высоты, стоило словить на себе очередной многозначительный взгляд Димы и его чудесную улыбку, но... Всё это как-то слегка поднапрягло меня с утра пораньше.
С чего вдруг возникли такие перемены в единственном человеке из нашей команды, который с самого начала меня не мог терпеть? Почему он так кардинально поменял свой настрой, ведь ночью явно хотел меня растерзать? В чем причина этому всему?
Взглянув на время, отсчитывая часы до отправки в Люберцы, куда мы отбудем вечером для очередного концерта, я напомнила себе и про ужин с Нестеровым — другом Дмитрия. На съемках ток-шоу им не удалось как следует пообщаться, поэтому они решили встретиться в спокойной обстановке. На ужин этот мы должны попасть как раз перед отъездом. Деловая встреча, насколько я поняла, иначе присутствие посторонних там бы навряд ли потребовалось, ведь Дима с ним общается довольно давно и более чем тесно.
Так и промелькнуло незаметно пару часов, после чего моя работа за компьютером, наконец-то, оказалась закончена.
Хорошенько размявшись и потянувшись, я заварила себе чай, оставшийся у меня с ночи. Замечательный облепиховый чай, благодаря которому я могу чувствовать заботу Дмитрия даже на расстоянии.
Подойдя к окну, открыла его и стала любоваться на плывущие по небу белые облака. Прикрыла глаза, крепче обхватив горячую кружку ладонями, и ощутила в себе похожую безмятежность, лёгкость и уверенность.
Как же замечательно, когда есть такие минуты и часы в жизни, когда можно столь остро чувствовать, что ты действительно живёшь. Пребывать здесь и сейчас, получая удовольствие от каждой секунды.
Боже, пусть этот миг никогда не заканчивается.
Наслаждаясь сладостью чая, в конечном итоге я все-таки его допила, ощутив в последнем глотке тончайший намек на поцелуй Димы.
Замерев от подобного сравнения, возникшего так спонтанно, я коснулась пальцами собственных губ и тяжело сглотнула, но всю волшебность вмиг развеял неожиданный стук в дверь.
Мысленно полюбопытствовав, кто бы это мог быть, я отставила пустую кружку и направилась открывать. Когда же выглянула в коридор, увидела перед собой отчего-то особенно жизнерадостного помощника Горшкова.
— Александра, хватит сидеть в четырех стенах. Я пришел, чтобы вытащить тебя на прогулку. Если это можно так назвать, конечно...
С сияющей улыбкой вечного лета, какую обычно используют ведущие разных музыкальных программ, он вдруг подмигнул мне. А после оповестил о том, что его прислал Михаил Андреевич, у которого для меня нашлось очередное поручение.
Вдвоем с Антоном нам необходимо съездить на один склад и забрать оттуда сделанный на заказ для нашего общего начальника микрофон. И забрать его из нас двоих могу только я, так как меня там знают в лицо и вопросов лишних не возникнет. А учитывая, что еще вчера мне нездоровилось, то Горшков передал мне в попутчики на всякий случай своего помощника.
Говорю ж, что-то крайне странное с ним произошло, раз он ТАК расщедрился и переживает за меня.
Ещё вчера я была бы недовольна таким поворотом событий, но сегодня мне откровенно все равно. Пусть едет хоть Антон, хоть кто-либо другой. Задача ясна, поэтому поручение в любом случае будет выполнено несмотря ни на что.
Когда я переоделась и привела себя в порядок, мы покинули стены отеля и отправились пешком до метро, решив, в самом деле, немного прогуляться, так как погода нереально замечательная. Почти сразу я заметила, что парень как-то странно меня разглядывает, постоянно поворачивая голову. Подумала бы, что в его глазах плещется восхищение, но с чего бы... Выгляжу вполне обычно: чёрные джинсы, чёрная майка, белые кеды и волосы, собранные в хвост. Косметикой даже не пользовалась, если не считать прозрачной гигиенической помады. Во-первых, чтобы на улице не сильно выделяться, а во-вторых, чтобы Антон этот, не дай Бог, себе что-нибудь не придумал. Не нравятся мне его подозрительные взгляды как-то. Настораживают.
— Саш, прости за нескромный вопрос, но ты вся сияешь и светишься как солнышко. Есть для этого какая-то особая причина?
Хм, ну что я могу сказать тебе, приятель... Рецепт-то древний как сам мир, однако тебе я об этом, понятное дело, и словом не обмолвлюсь.
Молчу, продолжая гадать, как правильно отвертеться, а он в это время заваливает меня, кажется, нескончаемыми вопросами.
— Да и вообще выглядишь ты потрясно, так и не скажешь, что болеешь. И кругов под глазами совсем нет, цвет лица замечательный. Может, ты тоже пользуешься корейскими патчами? Классная штука, хочу заметить. После того как бывшая девушка меня на них подсадила, я...
— Что? — не сумев сдержаться, хихикаю, услышав крайне забавное для парня заявление.
Поворачиваюсь к нему всем телом и впервые смотрю на него с интересом. Улыбаюсь удивлённо, но брюнету хватает и этого, чтобы в нем открылось второе дыхание.
Воодушевленный моим заинтересованным видом и крайне приободренный вниманием, он начинает вещать про свое знакомство с уходовой косметикой и пользой от нее. Потом же, когда мы добираемся до метро, паренек переходит к следующей теме и втирает уже про что-то другое, не особо значительное.
Слушала я его краем уха и уже через короткое время оказалась выжата, как лимон, этим водопадом красноречия. Желание у меня было только одно — как можно скорее избавиться от общества этого болтуна. Вот реально, аж голова разболелась от потока различной, совершенно не нужной мне информации.
Микрофон мы благополучно забрали и уже направлялись обратно, когда вдруг ему приспичило заглянуть в цветочный магазин, мимо которого мы проходили. Как бы яро я не отнекивалась, Антон всучил мне небольшой букет роз. Ярко-красных, будто бы нарочно бросая кому-то вызов.
Как же это было банально и нелепо с его стороны, однако моя совесть не позволила просто взять и
