и как мы скажем Дамиру о том, кто его настоящий отец?!
— Думаю, это мне решать, — вмешиваюсь я.
— Ну да, это же твоя вина, — фыркает Миша.
— Давайте без обвинений, — тормозит его Давид. — Теперь мы все трое в одной лодке и должны работать сообща ради благополучия Дамира. Думаю, все не так уж ужасно. Два папы — лучше, чем один.
— Да уж... — я тру пальцами переносицу.
Ощущения максимально странные. Как в фильме «Мамма Мия» с Мэрил Стрип, где у героини Аманды Сайфрид двадцать лет не было ни одного отца, а потом появилось сразу трое!
Но я, наверное, все-таки рада.
Давид отчасти прав: теперь в жизни моего сына будет сразу два папы. Давид компенсирует тот недостаток внимания, что не может дать Миша, а Миша навсегда останется тем, кто помог нам в самом начале нашей истории...
Да, есть трудности.
Нам придется найти правильные слова, чтобы объяснить Дамиру, почему у него теперь два папы.
Но в остальном — думаю, все и правда не так уж ужасно.
___
Сейчас.
___
— Ты прости, конечно, — говорит Давид. — Но то, как ты поступила со мной... с нами... с нашим сыном... я простил тебя, но никогда не смогу строить с тобой отношения.
Минуту назад я призналась ему, что хочу попробовать, и вот — отказ, вежливый, мягкий, но все-таки отказ.
— Понимаю, — отвечаю я тихо, а сама краснею от стыда.
Я ведь и правда уже вообразила себе отношения, семью, свадьбу... может быть, даже второго малыша, братика или сестричку для Дамира.
Но Давид не хочет видеть меня рядом с собой.
— Я хочу сосредоточиться на Дамире, — говорит он. — Меня не было в его жизни много лет, и я хочу наверстать это: физически, морально, материально. И хочу, чтобы мы собрались втроем с тобой и Михаилом и обсудили, когда и как мы расскажем Дамиру правду.
— Думаю, с этим нельзя торопиться, пусть он сначала привыкнет к тебе, начнет воспринимать тебя как члена семьи...
— Конечно, — мужчина кивает. — К тому же, я все равно не знаю, как подобрать слова. Поэтому я записал себя, тебя и Михаила на прием к детскому психотерапевту. Ольга Игоревна Камыш — профессионал с огромным опытом, думаю, она нам поможет.
— Ого! — восклицаю я, удивленная тем, как серьезно он подошел к делу.
Мне это нравится.
Думаю, это и правда правильное начало.
Но прежде чем вступать в это правильное начало, прежде чем строить все заново, с белого листа и с чистой совестью, мне надо закончить кое-что другое, то, что много лет было грузом на моей душе.
Оставшись наедине с самой собой, я беру телефон и набираю номер, который не набирала раньше никогда.
Прикладываю к уху и слушаю гудки, понимая, что дрожу.
Когда на том конце провода раздается удивленное:
— Алло, — не сразу нахожу в себе силы для ответа.
В горле как будто пустыня...
Потом я все же отзываюсь:
— Здравствуйте... Александра.
— Каролина, это вы?! — удивляется моя собеседница.
— Да, это я.
— И зачем вы мне звоните?! Если планируете как-то повлиять на наш развод с Мишей, то...
— Нет, я звоню по другой причине.
61 глава АЛЕКСАНДРА
— И что это за причина?! — спрашиваю я, искренне не понимая, что нам — мне и Каролине, любовнице моего пока что мужа, — вообще можно обсуждать?!
Мы с ней, конечно, однажды уже разговаривали по телефону.
И даже лично виделись, причем по моей инициативе.
Вот только ничего позитивного мне с той встречи не запомнилось...
Единственное, что забавно, я поняла, что и я, и Каролина, и Леночка — вторая, более молодая любовница Миши, — мы все одного типажа.
Я почти уверена, что если мой муж найдет себе другую девушку, то и она будет стройной брюнеткой с пронзительным взглядом... только я об этом уже не узнаю, потому что совсем скоро мы разведемся и разойдемся, как в море корабли... поскорей бы!
— Я... — начинает Каролина и заминается.
— Ну же?! — тороплю я ее.
Я только что пришла с прекрасного свидания, и мне, честное слово, меньше всего хочется вести этот диалог.
— Я хотела бы попросить прощения, — говорит Каролина.
Ничего себе!
— Прощения?! За что?! — фыркаю я.
— За все, — отвечает она просто. Вроде бы, даже искренне. Впрочем, черт их разберет, этих любовниц!
— Ясно, — говорю я и собираюсь было уже отключиться, но она продолжает:
— Знаю, вы не обязаны понимать и прощать меня, но... я не хотела уводить у вас мужа. Когда мы с ним в первый раз переспали, в вашей семье были серьезные разногласия. Миша говорил, что вы разведетесь, а я верила. Да и дочки ваши тогда уже довольно большими были, и Артур еще не родился... Я тогда даже влюблена в него не была, понимаете?! И для меня это была интрижка на одну ночь, как и для него! А потом случилось сразу две вещи. Во-первых, я начала влюбляться. А во-вторых, забеременела.
— Да, но не от Миши, как выяснилось, — напоминаю я. Муж мне, разумеется, сообщил, что Дамир — все-таки не его сын. — Тем не менее, вы не стали сразу выяснять, кто отец ребенка, и решили повесить Дамира на того мужчину, которого лучше знали и который больше зарабатывал.
— Да, это было ошибкой, — признает Каролина. — Но я все эти годы искренне считала, что Миша — отец Дамира. Они ведь даже внешне похожи! Мы сравнивали детские фотографии!
— Какой совпадение, — замечаю я с иронией.
Я не считаю, что Каролина — стерва.
Она совсем не такая, как Лена, которой с самого начала были нужны только деньги...
Нет, Каролина искренне любила Мишу и искренне надеялась создать с ним семью.
И мне даже жаль ее.
Ведь теперь она, по сути, довольно-таки несчастна.
Но это не отменяет того, что она внесла свой вклад в разрушение моей семьи и моего брака.
Конечно, основная вина на Мише: это он изменил мне, он предал!
И все же...
Не знаю, готова ли я простить.
— Много лет я ждала, когда Миша выберет меня, но... в итоге мы обе остались без него, — говорит Каролина. — Думаю, он не самый лучший мужчина. Думаю, он не заслуживает никого из нас.
— Возможно, — соглашаюсь я, потому что и сама думаю, что такие, как Миша, заслуживают только таких, как меркантильная и поверхностная Лена.
— И все-таки, я очень виновата перед вами, Александра, — продолжает Каролина. — Мне очень стыдно... правда. Верите или нет, я сейчас красная, как рак, и сердце бьется сильно-сильно...
— Верю.
— Я разбила вашу
