Такое теневое прошлое дерьмо, которое подтолкнуло меня стать журналистом в первую очередь. Я никогда не хотел быть таким... как люди, которые отворачиваются.
Он ничего не сказал, просто слушал, скрестив руки на груди.
— Тебе не нужно объяснять это мне. Я уверен, тебе не нужно объяснять это ей. Она расстроена, но не из-за тебя, — ответил он, садясь на стол. — Пошли.
— Пошли? — Я все равно встал.
Он усмехнулся. — Ты собираешься оставить меня утешать ее одного?
— Придурок, — пробормотал я, обходя его, хотя слышал его усмешку. Выйдя в вестибюль, Роджер подошел с фонариком.
— Все в порядке, Роджер?
— Я слышал шум под террасой сзади, я посмотрю. Джейн хотела сказать, что идет в душ.
— Отлично. — Уэс толкнул меня назад и побежал наверх. Я сверкнул на него глазами, пока он поднимался по две ступеньки за раз, пытаясь сохранить самообладание. Бровь Роджера приподнялась, его глаза сосредоточились на мне. — Он немного не выспался.
— Интересно, почему? — Пробормотал он себе под нос, разворачиваясь. И только когда он ушел, я побежал наверх, поскользнулся и упал с небольшим стуком. Роджер, будучи любопытным стариком, снова высунул голову.
— Ничего не говори!
Ухмыльнувшись, он ушел так же быстро, как и появился. Встав на ноги, я поднялся наверх. Прошел всего несколько шагов, прежде чем остановился у двери спальни, приоткрытой, позволяя мне видеть Ирен, читающую Мэсли, которая сидела на коленях, заплетая ее волосы. Голубые глаза Ирен встретились с моими, и я подмигнул ей, прежде чем уйти. Она будет хорошей мамой, у нее есть энергия для этого.
Войдя в главную спальню, я увидел их одежду, сваленную в кучу на полу перед моей кроватью. Покачивая головой, я разделся, открывая дверь, из которой вырвался пар, и вошел.
Ее грудь прижималась к его обнаженной груди, вода стекала по их телам. Его правая рука была в ее волосах. Левая крепко сжимала ее круглую попку. Я чувствовал, как перехватывает дыхание с каждым вздохом, жар разливается по телу, член твердеет при виде их. Уэс прижал ее к стене, подняв ее ноги вокруг себя. Вода стекала по его позвоночнику между ягодицами.
— Макс... — Мои глаза встретились с ее, когда Уэс целовал ее шею. Ее красивые губы приоткрылись, она держалась за него одной рукой и протянула другую ко мне. Взяв ее, я шагнул в душ, горячая вода отскочила от их кожи и попала на меня, я подошел к ней, целуя в щеку, затем в ухо, высунув язык, я медленно облизнул его.
— Я скучал по тебе, — прошептал я.
Она повернулась ко мне и улыбнулась:
— Докажи...
Схватив Уэса за волосы, она откинула его голову назад, заставляя смотреть на нее. — Оба на колени.
Уэс посмотрел на меня, и я на него. Ее ноги теперь твердо стояли на полу, раздвинутые для нас.
— Ну, мальчики.
Как будто ее слова были криптонитом, у нас обоих подкосились колени перед ее киской. Пальцы Уэса раздвинули ее губы для меня, чтобы я лизал, пробовал ее. Не прошло много времени, как его язык присоединился к моему. Ее руки запутались в наших волосах. Она была такой сладкой, его язык касался моего, делая ее еще слаще. И я знал, что я в раю.
-- Они оба спали, когда я встал, чтобы проверить Мэсли. Джейн, голая, лежала на груди Макса, простыня едва прикрывала их ноги, ее волосы все еще были мокрыми после наших предыдущих раундов секса в душе.
— Ты куда?
Обернувшись, Джейн улыбнулась мне, перевернувшись с него на бок.
— Мэсли. Я не сказал спокойной ночи. — Ответил я, надевая джинсы.
— Ты любишь ее. — Улыбнулась она.
— Как я могу не любить? — Я был безнадежно влюблен в нее. Каждый раз, когда я видел ее, я не мог не улыбнуться.
— Я просто счастлива.
Забравшись обратно на кровать, я поцеловал ее в губы. — Хорошо. Не переставай быть счастливой.
Шлепнув Макса по бедру, он застонал, проклиная меня и переворачиваясь на спину.
— Трус, — назвал я его.
А он просто показал мне средний палец, устраиваясь на подушках. Джейн хихикнула, ложась на него.
— Я позволю вам с Мэсли побыть наедине.
— Спасибо. Ты такая добрая. — Я поцеловал ее бедро, прежде чем встать.
— Скажи ей, что я люблю ее. — Она зевнула, прежде чем снова заснуть.
— Так и сделаю, — пробормотал я, тихо закрывая за собой дверь. Я ожидал, что Мэсли все еще в комнате Ирен, но когда я вышел в коридор, она стояла, глядя сквозь перила лестницы, как будто они были тюремными прутьями.
— Мэс? — Я опустился рядом с ней на колени.
— Кис-кис. — Ахнула она.
«Кис-кис?» — И действительно, когда я проследил за ее взглядом, в синем одеяле тихо скулил маленький белый кот.
— Роджер, — позвал я его, его седая голова повернулась к нам.
— Это маленький проказник под террасой.
— Можно посмотреть? — спросила Мэсли, уже спускаясь по лестнице.
— Мэсли, осторожно. — Я догнал ее, поднимая. Она извивалась у меня на руках, чтобы лучше видеть. Роджер открыл одеяло, показывая остальную часть кота. Он был весь белый, за исключением задней левой лапы, которая была черной.
— Я отвезу ее в приют завтра. — Кивнул Роджер.
— Нет, папа, я хочу ее. — Мэсли потянулась к нему, но я удержал ее.
— Мэс, она может быть больна.
— Я буду заботиться о ней! — Она снова потянулась к нему.
— Нет, Мэс.
— Папа! — Заплакала она, и вскоре начались полноценные рыдания.
Даже с моими очень ограниченными знаниями о воспитании детей, я знал, что не следует давать детям все, что они хотят, но наблюдение за тем, как ее лицо сморщилось и покраснело, разрывало мне сердце.
— Тш-ш-ш. — Я покачал ее. — Я спрошу маму...
— Ты спросишь маму о чем? — Джейн появилась наверху лестницы в темно-розовом халате. — Это кот?
— Я хочу его, мамочка. — Мэсли потянулась к ней, когда она спустилась.
— У нее уже может быть семья, которая ищет ее. Мы посмотрим, хорошо?
В тот же миг Мэсли перестала плакать. По-видимому, мама знала, что сказать. Она спустилась и встала рядом с Роджером.
— Ты же знаешь, что Макс ненавидит кошек, правда? — Прошептал я ей, пока Мэсли строила рожицы коту.
— Надеюсь, у него есть хозяин. — Прошептала она в ответ, затем надулась. — Но если нет, посмотри на его морду, как можно отказать?
— Вы с Мэсли — одно и то же...
— Что это за тварь в моем доме? — Нахмурился Макс, глядя на кота, как на крысу, с верхней площадки лестницы.
— Папа, это кис-кис! — Мэсли ухмыльнулась, подпрыгивая.
Он взглянул на нас, и как будто она читала мои мысли, мы оба
