Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 85
Весной 1647 года, воспользовавшись отсутствием Богдана Хмельницкого, Чигиринский подстароста Чаплинский напал на его хутор Субботов, разрушил его, забрал невесту сотника и страшно избил его десятилетнего сына. Официальные протесты о наказании шляхтича-бандита результата не дали. Хмельницкий добиться правды у польских властей не смог. Шляхта вообще считала, что украинцы не должны владеть землей и поместьями. Паны хохотали над жалобами об их бесчинствах — через несколько лет они давились этим смехом, застревавшим в пропитых глотках вместе с зубами. Существует предание о встрече Богдана Хмельницкого с королем Владиславом IV, сказавшим Чигиринскому сотнику: «Ты не выиграешь свое дело в суде, и тебе не остается ничего другого, как противопоставить силу против силы. Пора бы вам вспомнить, что вы воины и на боку у вас сабля. Кто вам запрещает постоять за себя?»
Богдан Хмельницкий всегда помнил о сабле. Просто его противники узнавали об ударах будущего гетмана только тогда, когда они их поражали.
После возвращения Б. Хмельницкого из Варшавы в разоренный Субботов он получил от Чигиринского старосты А. Конецпольского приглашение на банкет, где его должны были убить. Сотник не поехал и Конецпольский прислал двадцать своих холопов взять Богдана Хмельницкого силой и убить при захвате. С Богданом было четверо бойцов, которые сократили холопов на четверть. Оставшиеся в живых пятнадцать дворовых постарались унести ноги к своему хозяину, почему-то считавшему себя шляхтичем.
В октябре 1647 года Богдан Хмельницкий был арестован польскими властями по обвинению в государственной измене. В тюрьме его удавить не успели. Неистовому сотнику помогли друзья, он вырвался на свободу и вместе с сыном Тимошем во главе небольшого отряда ушел на Запорожскую Сечь. Страшный разгром польской шляхты начинался оттуда.
Запорожская Сечь была готова к приему своего героя. Исследователи украинского казачества XIX века писали, что «героическая отвага, бесшабашная удаль, безумная храбрость запорожцев превосходила все мыслимые пределы». Казаки сами заботились о развитии своей удали, силы и храбрости.
Уже с дороги Хмельницкий начал рассылать письма верным друзьям по украинским городам: «Пусть будет вам известно, что я решил мстить панам ляхам войной не только за свою обиду, но за попрание веры русской и поругание народа русского. Я бессилен, но вы помогите мне, соберитесь и пошлите хоть по два или три человека с каждого села».
Своему Богдану Украина отвечала: «Ежечасно молим мы Бога, чтобы послал кого-нибудь для отмщения наших несчастий. Поднимай оружие, станем с тобой, поднимется земля русская, как никогда не поднималась». По всей Речи Посполитой начинали греметь первые раскаты ужасающего народного грома, но польская шляхта и не думала креститься.
11 декабря Богдан Хмельницкий прибыл в Запорожскую Сечь. Тысяча запорожцев собрались в круг слушать будущего героя Украины:
«Поругана вера святая. Над просьбами нашими сейм глумится. Нет ничего, чего бы ни решился с нами сделать дворянин. Войска польские, Под предлогом укрощения непокорности, ходят по челам и часто целые местечки истребляют дотла, как будто замыслили истребить род наш».
В один голос ответили Богдану запорожцы: «Принимаем тебя Хмельницкий пане хлебом-солью и открытым сердцем!»
В середине декабря Богдан Хмельницкий начал создание казацкого войска. К полякам был отправлен «тайный гонец» с известием о том, что запорожцы только хотят «переменить» свою польскую старшину — о мятеже не было и речи. Польские власти не стали посылать на Сечь карательный отряд.
Богдан Хмельницкий с сыном ушли в Крым, где был заключен союз с ханом Ислам-Гиреем, недовольным невыплатой польской дани. Хмельницкий обеспечил себе и Сечи тыл — если бы он не договорился с ханом, то с ним бы договорились поляки, и весь бы его план рухнул не начавшись. За Богданом на Сечь двинулась четырехтысячная орда перекопского мурзы Тугай-бея. А на саму Сечь тайными тропами шли и шли украинцы, чтобы принять участие в восстании.
18 апреля 1648 года Богдан Хмельницкий прибыл в Кош. Орда Тугай-бея встала рядом, на реке Базавлуке. Кошевой объявил Раду — на большом лугу за Сечью собрались тысячи казаков. Речь Богдана Хмельницкого дошла до нашего времени:
«Братья! Нет для нас правды в Польше. Переживаем мы тяжкие времена, но будут еще грознее и хуже — сенат польский хочет погубить все казачество до последнего человека. Должны ли мы и дальше терпеть наше рабство, позволять ковать себя в кандалы и цепи? Позволим мы и дальше погибать всем нашим братьям на Украине?»
Казаки закричали: «Слава и честь Хмельницкому! Украина — как стадо без пастуха. Пусть Хмельницкий будет ее головою, а мы все, сколько тут нас есть, готовы идти против поляков, помогать Хмельницкому до последнего вздоха!»
После совета со старшиной выступил кошевой атаман Войска Запорожского: «Паны молодцы, положили мы, чтобы шло с Хмельницким только восемь тысяч. Прочие должны быть всегда наготове, чтобы выступить в поход, когда придет приказ».
Казаки «едиными устами» избрали Богдана Хмельницкого гетманом и вручили ему клейноды — знаки воинской власти. Началась активная подготовка к походу. Польский коронный гетман издал универсал, по которому подлежали разорению и казни семьи украинцев, уходивших к Хмельницкому. Никакие универсалы, запреты и наказания не помогали. Суровые хлопцы шли и шли на Сечь.
Новый гетман сделал выводы из прошлых казацких восстаний. Хмельницкий стал искать победы только в атаках. Восстание против Польской Короны он сделал делом всего украинского казачество, объединенного им в единое целое. Богдан прекрасно разбирался в боевой обстановке, мог молниеносно изменить план действий, легко собирал полки в кулак, был всегда хладнокровен и расчетлив. Его окружали такие рыцари боя, которым было бы не стыдно водить в бой полки любой европейское армии — Иван Богун, Максим Кривнос, Данила Нечай, Иван Золотаренко, Филон Джеджалий.
По Украине шли универсалы Богдана Хмельницкого:
«Не слушайте больше правителей как невольники, вы, отцы которых не поддавались никаким законам, никаким королям.
Нас, человечных и живых, считают дикими и неспокойными. Отважных и заслуженных назвали бунтовщиками.
На все эти кривды нет другого ответа, как только сломать поляков силой и угрозой смерти.
Что до меня, то не пожалею ни всех своих сил, ни жизни, и готов к любым опасностям.
Все отдам, чтобы добыть общую свободу и покой. Душа моя не успокоится, пока не добьюсь этого, что я высшей целью себе положил».
22 апреля 1648 года 8000 казаков Хмельницкого и 4000 крымских татар Тугай-бея вышли в поход. Когда разведка доложила Николаю Потоцкому о выступлении казаков, коронный гетман заявил: «Позор посылать большое войско против какой-то никчемной шайки хлопов». Он выслал против нового украинского гетмана реестровых казаков — они тут же перешли на сторону своего народа.
На Богдана Хмельницкого двинулся сам Николай Потоцкий. Впереди его двадцатитысячной армии шел авангард сына коронного гетмана Стефана, в котором было около 6000 солдат. Хмельницкий дал С. Потоцкому углубиться далеко в степь и оторваться от основных сил. Хмель ждал поляков у реки Желтые Воды, впадавшей в Ингулец. Украинский гетман выступил перед казаками:
«Рыцари-молодцы, славные запорожцы! Пришел час постоять грудью за православную веру. Бог вам поможет! Стойте смело против гордой польской силы. Чего вам бояться? Отцы наши били их наголову, а вы — сыны тех же могучих предков ваших! Покажите свою удаль, добудьте славы и рыцарства вечного. Кто за Бога, за того Бог!»
Яростный казацкий удар прямо в центр польского фронта был неудержим. С флангов налетали крымские татары и через два часа все было кончено — «целое польское войско превратилось в трупы».
Украинский народ очень быстро узнал о сражении при Желтых Водах:
«От Желтых Вод до Княжих Байраков зеленое поле зарядилось не цветами весенними, а телами панскими. Лежали паны выщеривши зубы и ели их собаки и серые волки. Не по одному ляху осталась вдова, не по одному остались дети сироты. Высыпался Хмель из мешка, наделал беды панам. Напились они желтой водицы, да видно хмелю много положено: не устояли паны на ногах, когда бежать пустились. Да будет слава Хмелю-Хмельницкому, что освободил родную мать Украину от тяжкого ярма и неволи ляшской».
С пятнадцатью тысячами войска гетман Потоцкий подошел к Чигирину. Хмельницкий подослал к нему героя-казака, который под пытками показал, что татар и казаков около ста тысяч. Потоцкий начал отступление. Он сам загнал себя в ловушку, приготовленную Богданом. Новая битва под Корсунем произошла 16 марта 1648 года. За несколько дней до этого умер король Владислав — в Речи Посполитой наступило бескоролевье.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 85
