причины, ведь, согласно легендам, колдун мог бросить на эту дорогу стручок с девятью горошинами, отчего участники свадьбы превратились бы в волков (как видим, в этих поверьях множество символизирует благо, а счетность – беду).
Святочные ритуалы также были направлены на изобилие: на Рождество мальчики-посевальщики осевали улицу зерном и просили Бога уродить жито-пшеницу; хозяйки кормили кур маком, чтобы курица снесла столько яиц, сколько зернышек склюет.
Из более редких ритуалов отметим польскую магическую защиту от сорняков: зимой по полям рассеивали овес, приговаривая: «Убегай, дьявол, с осотом, идет Степан с овсом» (о противопоставлении овса и осота мы говорили в начале книги).
Магия границы
О значимости очерчивания магической границы уже говорилось ранее. Рассмотрим примеры, связанные с защитой жита.
В Закарпатье, если считалось, что нечисть грозит урожаю, знахарю следовало в полночь прийти на поле, раздеться донага и трижды обойти посевы, волоча за собой ветку терновника.
Осину использовали от нечисти, если в поле возникал залом: прежде чем его срезать, знахарю следовало оградить его осиновыми ветками.
В Полесье оберегали посевы от птиц с помощью могильной мерки: когда человек умирал, мерку для гроба снимали березовой или сосновой веткой (ни в коем случае не ветвью плодового дерева – боялись, что это лишит его плодовитости); после похорон мерку клали на могилу и не прикасались к ней, за исключением особых магических случаев. Считалось, что если с этой меркой обойти поле, то птицы не станут клевать зерно – их не пустит магическая граница. На этом примере хорошо видна сила той защиты, которую персонифицируют покойные.
Окуривание и огонь
Везде, где растет можжевельник (он же верес), его использовали для окуривания – как лечебного, так и превентивно-магического. Мы уже говорили о том, что это весьма досадная практика, поскольку она убивает целебные свойства растения. Однако таковы были ритуалы. При падеже скот окуривали можжевеловым дымом, причем от живого огня, то есть добытого трением, при этом приговаривали: «Вереса, святое дерево, ты не боишься ни бурь, ни гроз, ни осенних мелких дождичков, так бы имярек мила скотинушка не боялась бы оговоров». Сквозь дым можжевельника гоняли коров и для того, чтобы они дали больше молока. Подойники могли парить его ветвями, чтобы сметана была гуще. Применялось окуривание и для защиты от ведьмы, а также и во вполне медицинских целях – после отела. В этом случае непременно использовали ладан, а также травы (душицу, мяту, мак, репейник). Для защиты от сглаза могли взять мох с четырех углов дома и окуривать им.
Дым можжевельника обожают и современные эзотерики: они вдохновенно пишут о том, что он «повышает вибрации» и «открывает чакры».
На Русском Севере дом и все хозяйство окуривали можжевельником в Чистый четверг – это должно было уберечь на весь год от ведьм, болезней и грехов. Для этого девушки еще затемно отправлялись в лес, там приветствовали «царя лесного и царицу лесную», наламывали можжевеловых веток, которые раскладывали в избе по полу, на печи, а затем поджигали и перепрыгивали через них для очищения.
Опахивание – еще один ритуал, связанный с границей. Рисунок Ивана Владимирова. XIX в.
Wellcome Collection
С той же целью можжевельник подкидывали в купальский костер, а у южных славян – в костер Бабы Марты (первого марта), причем мартовский костер должен был изгнать змей и ящериц, а купальский – лишить ведьм их колдовской силы.
Костер из можжевельника считался магическим. В случае опасности знахарь разводил его на границе села, чтобы изгнать или не пустить беду. Когда умирал человек, после похорон печь топили можжевельником – по словам крестьян, чтобы мертвец не смог найти запах родного дома. Это частный случай магии, направленной на изгнание смерти с помощью колючих растений.
Мы уже встречались с использованием колючих растений в похоронном ритуале. Неудивительно, что если мертвец внушал слишком сильный ужас, то их применяли радикально: ведьму или упыря сжигали на костре из боярышника или терновника.
Любопытно, что эта магия переносилась и на пепел колючих растений, по которому могли прогнать скотину на первый выгон и который подмешивали в корм коровам на Купалу и/или Троицу, чтобы защитить их от ведьм.
Мы уже рассматривали символику щели, говоря о магической медицине. И эта символика положительна: проход через магическую арку – это переход из одного состояния в другое, он меняет к лучшему. На практике символическую щель часто трудно отличить от противоположного по символике действия – перегораживания. В обоих случаях растение искривляют (скручивают, придавливают камнем), но щель – благой символ, а залом – максимально вредоносный, поскольку он связан с идеей кривизны, нарушения прямого (оценочные качества понятий «прямой» и «кривой» до сих пор сохраняет наш язык). Перегораживание – менее деструктивное магическое действие, чем залом, оно не несет вреда, а просто разрывает связи. Приведем пример.
На Юрия хозяин мог сделать из шиповника, вербы, орешника магическую арку для своей скотины – как средство от сглаза и для хорошего надоя. Это, несомненно, щель.
Когда человек хотел навсегда покинуть родные места (работник хотел уйти от хозяина, юноша собирался искать лучшей доли), он мог заломить ветку осины у дороги со словами: «Уйду, и осиною заломлю дорогу». Так же делали, желая оберечься от русалок. Это перегораживание.
Как видим, хотя в обоих случаях ветки гнут и ломают, это практически противоположные магические действия.
Сквозь череп змеи
Магия щели имеет много разных реализаций, но, пожалуй, самой впечатляющей является ритуал проращивания ростков сквозь череп змеи. У восточных славян этот обычай был известен гуцулам, далее он распространяется на Балканы. В обряде сплелось несколько магических практик. Прежде всего это собственно магия проращивания, когда зерна сеют в горшок, а всходам приписывают магическую силу. Как мы уже говорили, основа всех ритуалов – чувство уверенности в том, что ты контролируешь все естественные процессы, так что проращивание дает уверенность в самом главном – в урожае. И этот магический урожай должен созреть… к Рождеству. Понятно, почему обряд был распространен на Балканах, а не в более северных районах, где не хватало или тепла, или света.
Итак, балканский чудесный «сад» в горшке должен был вырасти к Рождеству и стать украшением праздничного стола. Каждый член семьи съедал по несколько стебельков, остальное отдавали скотине, ожидая хорошего приплода и надоя. У западных славян этот ритуал сместился к Пасхе, а всходы помещали в символического барашка.
Те же всходы использовали и в любовной магии: девушки вплетали их в волосы, парни затыкали за шляпу.
Если эта магия была связана со змеиным черепом, то
