Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 49
Все же я обратился за консультацией к бывшему главному врачу ЦРБ – онкологу, который направил меня на вегетативно-резонансное тестирование (ВРТ). У меня были обнаружены: хеликобактерии, эхинококкоз, тениоз, цитомегаловирус, стафилококк. У жены – эхинококкоз, у сына – только острицы. Онколог сказал, что созвонился с ГИБ, и послал к инфекционисту за направлением, которая с огромной неохотой выдала направление и высказала: «Ходите, ищите себе болезни. Это не лечится. Возможно, у тебя давно уже опухоль в мозге. Тут одна два месяца ходила ко мне со своими эозинофилами, я ее вчера к онкологу отправила». Спорить я с ней не стал. На следующий день был госпитализирован в КГИБ, где встретил чуткое отношение со стороны доктора, который сразу предупредил, что за 22 года с эхинококкозом сталкивался два раза. Однажды у больного была опухоль, он был направлен на операцию, но у него выявили эхинококковую кисту в головном мозге. За 10 дней нахождения в стационаре мне было проведено обследование: УЗИ, рентгенография грудной клетки, дуоденальное зондирование, ОАК (α-9,2; С-25; Э-45; Л-20; СОЭ-6), антитела к эхинококку. В моче были обнаружены α-4—5; Э-2,5. Был поставлен диагноз: эхинококкоз неустановленной локализации. Доктору удалось за это время изучить новый учебник паразитологии, также он изучил Вашу книгу, и мне было назначено лечение немозолом (по инструкции, которую прилагаю). Немозола не было даже на базе «ИПКА» в Москве. Пришлось снова связаться с Вашим регистратором.
У жены также были обнаружены антитела к эхинококку в титрах 1: 200, однако ОАК был в норме, Э-2. У сына анализы были нормальные. Несмотря на это, я потребовал у инфекциониста провести им УЗИ и рентгенографию, после чего жене также был поставлен диагноз: эхинококкоз неустановленной локализации.
С 16.02.2005 мы с женой начали лечение немозолом по инструкции при постоянном контроле ОАК (у жены он всегда был в норме). Мой ОАК от 16.02.2005: α-14,6; n-11; С-44; Э-20; Л-15; СОЭ-12; ОАМ (общий анализ мочи): α-0–1; билирубин – 12,5; АЛТ – 0,45.
Кроме того, вновь сделали диагностику ВРТ в своем городе. У жены была обнаружена локализация в легких, у меня – в мочевом пузыре и прямой кишке.
Через две недели у жены эхинококкоз не тестировался, в ОАК изменение α с 8,0 до 5,2. У меня ОАК: α-6,0; n-2; С-69; Э-2; Л-25; СОЭ-7; билирубин – 11,3; АЛТ – 0,32. Эхинококкоз тестировался.
Повторный анализ крови (мой) на антитела к эхинококку в титрах 1: 200. В лаборатории объяснили, что антитела начнут снижаться не ранее чем через 8 месяцев.
Новый цикл немозола.
ОАК от 07.04.2005: a-5,2; n-1; С-62; Э-2; Л-32; М-3; СОЭ-6. Эхинококкоз не тестируется.
ОАК от 25.04.2005: a-5,4; СОЭ-4; билирубин – 13,6. АЛТ – 0,72.
Кроме того, во время второго цикла лечения мы с женой провели 3 курса очищения кишечника минеральной водой в профилактории.
Ольга Ивановна, Вы меня извините за такое пространное письмо. Вся проблема в том, что мы с женой лечимся по Вашей методике, по Вашим книгам. Спасибо инфекционисту хотя бы за то, что пока не отказывает в выписке направлений на анализы крови, но скептически относится к ВРТ.
Причину возникновения у нас заболевания никто устранять не собирается, а их может быть только две.
1. Поросят я покупаю в одном хозяйстве. Полтора года назад при забое обнаружили в печени и легких одной из забитых свиней водянистые пузырьки. Внутренности мы скормили собаке, мясо съели сами, многократно готовили шашлыки.
В течение последних трех лет в этом колхозе наблюдается падеж молодняка свиней весом 40–50 кг, как говорит завфермой, из легких выделяется гной. Неоднократно проведенные исследования результатов не дают. Со слов работников ветстанции, в частных хозяйствах частенько забиваются эхинококкозные свиньи.
2. В 200 м вверх по речке, шириной 3 м и глубиной до 1 м, коммерсант занимается забоем скота, внутренности которого сбрасывает в реку и их растаскивают собаки, в том числе и моя. Тут же купаются дети, не старше 10 лет. Несмотря на неоднократные жалобы жителей, СЭС никаких мер не принимает.
Ольга Ивановна, у нас остался последний цикл лечения немозолом, если Вас не затруднит, ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов:
1. Как нам наблюдаться далее и нужно ли проводить какое-либо профилактическое лечение?
2. Как долго организм будет вырабатывать антитела?
3. Сколько времени сколексы могут находиться в почве, какова вероятность повторного заражения?
1. Индивидуальное наблюдение и лечение Вашим лечащим врачом.
2. Выработка антител в организме – это индивидуальный процесс, поэтому сроки у всех будут разные, у многих антитела могут сохраняться всю жизнь.
3. Вы выбрали правильный путь лечения и грамотно разобрались в вопросах санитарной гигиены.
Дополнительно рекомендую постоянно принимать травяные адаптанты (см. письмо 24).
Так как первично эхинококк проходит через печень, там обязательно задерживаются сколексы. Необходимо проводить защиту печени: принимать расторопшу. Одну чайную ложку травы заваривают 200 мл кипятка, настаивают 15–20 минут. Принимать 2 раза в день до еды по 100 мл настоя. Можно принимать по 1/2 ч. ложки измельченной травы до еды 2 раза в день. Пить в течение 1 месяца, затем перерыв 15 дней, и так постоянно. Если на расторопшу есть аллергия, принимать ее не нужно.
Преподавателями медицинских институтов эхинококкоз представляется как экзотическое заболевание, характерное для стран Южной Америки, Австралии, Азии, Африки. Возможно, поэтому у наших практикующих врачей эти знания не фиксируются в памяти или со временем стираются за ненадобностью.
В настоящее время учеными установлено, что в результате смещения положения земной оси изменяются электромагнитные частотные характеристики всех участков территории планеты. Это способствует появлению новых видов-мутантов среди микроорганизмов и перемещению уже известных видов в новые районы земного шара. И если раньше в европейских странах эхинококкоз был редким эпизодическим заболеванием, то в настоящее время он стал уже достаточно распространенным. Но стереотип врачебного мышления типа «у нас этого не бывает» и отсутствие научных разработок по проблеме паразитарных заболеваний мешают своевременной диагностике этого грозного заболевания.
Сразу хочу пояснить, что заболевание вызывают не взрослые черви, а пузыри с их личинками. Термины «однокамерный» и «многокамерный» обозначают различные формы развития именно деток паразита.
В лице эхинококка мы имеем дело с высокоорганизованными существами, имеющими своеобразную иерархию и обладающими исключительной приспособляемостью к любым условиям. Напрашивается параллель: как человек – самое высокоорганизованное существо среди животного мира Земли, так и эхинококк – самый развитый и совершенный вид среди микромира.
Этот паразит фактически имеет два варианта «общественного устройства» – племена оседлые и кочующие. Оседлое племя – это взрослые половозрелые ленточные черви. Они обосновываются в тонком кишечнике организма-хозяина, попадая в него в виде сколексов – головок паразита. Сколексы, в свою очередь, встречаются в органах животных. Следовательно, основными хозяевами должны быть хищники – плотоядные животные, поедающие зараженное сколексами мясо. Хищники, как правило, охотятся на травоядных и на более мелких хищников. Значит, постоянные (основные) хозяева – волки, шакалы, лисицы, песцы, собаки, кошки и всеядные – свиньи.
Собаки и кошки в этой цепи играют двойную роль: они могут быть больными, то есть носителями паразитов (основными хозяевами). И в этом случае человек заражается, играя с собакой или кошкой, ухаживая за ними; в случаях когда люди и животные едят из общей посуды, когда животные лижут лицо и руки и т. д. Но заражение может произойти и от здоровой собаки, у которой шерсть оказалась загрязненной экскрементами других собак. А вы знаете, как животные любят нюхать каждую кучку, а иногда даже и вываляться в ней. А мы их отмываем, порой без резиновых перчаток, забивая себе под ногти яйца эхинококка. Поэтому риск заражения эхинококком примерно раз в 20 выше у владельцев собак и кошек, чем у лиц, их не имеющих.[14]
Чаще заражаются животноводы и люди, связанные с хранением и обработкой сырья животного происхождения. Однако «подхватить заразу» можно во время купания в водоемах или при употреблении в пищу немытых лесных ягод.
Так или иначе, съев зараженное мясо (особенно печень и легкие – основные места поселений сколексов), плотоядное животное становится носителем – основным хозяином и «занимается» выращиванием зрелого, «оседлого» паразита в своем кишечнике. (Человек может быть как основным, так и промежуточным хозяином.)
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 49
