стоимость и др. Каждое из них выражает устойчивые связи и тенденции экономической среды, позволяя переводить ее в предмет (модель) исследования.
Так, бытие экономических индивидов как субъектов, способных определять свое собственное поведение и выбор, осуществляется преимущественно в пространстве рыночных отношений, в котором эти агенты выстраивают свое поведение на основе получаемой информации и формируемого на этой основе рационального расчета. В самом же производстве, включая и корпоративные формы его организации, субъектная ориентация – как мотивация сотрудников – максимально интегрируется с общей задачей – достижением необходимого уровня оптимизации и рационализации, направленных на достижение общей цели – повышения эффективности работы экономической системы. В этих формах экономики субъекты включаются в режим ускорения техногенной среды, в которой они становятся простыми проводниками требований этой среды.
Общая позиция, или «образ» человека в современной экономике, определяется как собственник – владелец определенных экономических ресурсов (возможностей). Собственник является развернутым субъектом экономических взаимодействий, поскольку он включен в механизмы реализации своих имущественных интересов, движения своего капитала и получения прибыли на основе движения своих объектов собственности (недвижимость, ценные бумаги, материальные активы и др.). Поведение собственника объективно, поскольку оно развертывается как собственные законы и тенденции рыночной экономической среды: его субъективные интересы отражают объективные процессы и отношения и включены в них, а потому выступают их проводником. Соответственно, носителями экономических отношений выступают не сами по себе индивиды, имеющие свои интересы, а субъекты, встроенные в структуры экономической системы. Добавим к этому, что встраивание в указанные структуры предполагает субъектное воплощение экономических отношений в личности людей, что получило название персонификации данных отношений.
Учет феномена отчуждения, который усложняет взаимодействие субъективного и объективного в экономике, выявляет превращенные формы экономических взаимодействий, включая и их виртуальные формы. Это, прежде всего, деньги, как модель абстрактного количественного процесса, виртуально отделенного от реального процесса и потому выступающего как предмет владения, присвоения и распоряжения. Превращенные формы бытия человека в современной экономике, сформированные объективными условиями отчуждения от ее собственного бытия – как сферы возможного развития человека, – формируют и превращенные способы «владения» самим этим общим режимом (или бытием) экономики: присвоением денег как абстрактного количества, которое сегодня становится господствующим общественным отношением.
А. Зиновьев приходит к выводу о том, что деньги стали главным регулятором и основой жизнедеятельности людей западного общества, основным побудительным мотивом, целью, страстью, заботой и, вместе с тем, контролером, надсмотрщиком, то есть идолом. Люди в этом обществе одержимы деньгами вовсе не потому, что они морально испорчены, а потому, что деньги стали абсолютно необходимым условием, средством и формой их жизнедеятельности. В деньгах концентрированно воплощается и символизируется вся суть жизни людей в этом обществе[19]. Развивая данное положение, сформулируем вывод о том, что деньги становятся в западном обществе превращенной формой времени, которой виртуально, символически, а не реально, владеют собственники, потребляя, обменивая, накапливая ее и т. п. Превращенная форма позволяет скрыть свое содержание, направить мысли и поступки человека, живущего в условиях господства денег, на их получение, максимизацию, использование ради удовольствия, не мороча себе голову рассуждениями о каком-то там законе экономии времени и прочей абстрактной ерунде.
Итак, принцип объективности связывает содержание экономических явлений и отношений с категориальной формой времени. Это позволяет поставить проблему соотношения экономической и хозяйственной деятельности как соотношения особенного и общего, и на этой основе выявить деструкции и односторонность (ограниченность) функционирования современной экономики. Можно констатировать, что основной проблемой многих концепций хозяйственной деятельности, которые выдвигаются как альтернатива современной экономике, принимая во внимание ее негативное воздействие на человека, является «пропуск» времени – тех необходимых темпов изменений, в которых совмещается и эффективность экономической деятельности, и реальное развитие самих экономических субъектов. Справедливо подчеркивая необходимость духовного развития человека, формирования новой хозяйственной культуры, выявляя принципиальные различия хозяйственного и экономического сознания субъектов, авторы этих концепций зачастую отрывают хозяйство от реальных условий бытия современного общества, призванного существовать на основе реального экономического пространства – времени – той системы координат, в которой размещаются и распределяются все характеристики общественно-хозяйственной жизни, места и роли в ней субъектов.
Так, Т. Кузнецова приходит к выводу: «В западноевропейской традиции понимания хозяйства культурный потенциал хозяйственной жизнедеятельности отождествлен с ее нормативной стороной, с превращением человека труда в объект целерационального воздействия. Такие представления о хозяйстве в большей степени соответствуют узкому понятию «экономика», связанному с определенным историческим этапом развития общества, когда существующая рыночная эффективность начинает во многом определять характер общественных отношений. Российская философская традиция свидетельствует о том, что, оставаясь в рамках экономического мышления, невозможно понять хозяйственное бытие человека (курсив мой. – С.Н.). Учитывая все богатство и своеобразие отечественной мысли, предлагается сформулировать определение хозяйства следующим образом: хозяйство – это особая социальная реальность, данная человечеству для осознанного постижения жизненного пространства через производство материальных и духовных благ»[20].
Оценивая приведенную выше позицию, отметим, что хозяйство как особая социальная реальность обеспечивается не только осознанным постижением жизненного пространства на основе производства материальных и духовных благ, но и, прежде всего, самой возможностью производить эти блага в хозяйственной сфере, которая должна быть объективно скоординирована с развитием самой общественной системы. В данной позиции имеет место отказ от использования принципа объективности при формировании предмета теории хозяйства.
Попытки определить хозяйство вне его времени, как бы абстрагироваться от собственного времени, предпринимают и некоторые другие авторы. Так, А. Погребняк приходит к выводу о том, что хозяйство – это реальность, которая силами своей внутренней определенности формирует возможный образ мира. Мир, увиденный через призму хозяйствования, имеет смысл назвать экономикой, или одним из способов опредмечивания мира. Оценивая данный вывод, укажем, что «возможный образ мира» – это, скорее, красивая метафора, чем научное определение результата хозяйства[21]. Соответственно, образ экономики, так или иначе связанный с хозяйственным «образом мира», оказывается нечетким и размытым, во многом, благодаря недооценке принципа объективности.
Недостаточность исследования экономической реальности без требований принципа объективности приводит к размытости понятия «хозяйствующий субъект», который либо психологизируется, возвышаясь тем самым над окружающими его условиями жизни, либо рассматривается как «целый мир со свойственной ему трансцендентностью»[22]. Здесь отсутствует диалектическое взаимодействие субъективного и объективного, в котором понятие «хозяйствующий субъект» могло бы получить четкое определение и достаточное обоснование.
Подтверждением этого выступает попытка Т. Кузнецовой противопоставить экономические и духовные компоненты хозяйственной культуры. Она отмечает: «В свете культурфилософских традиций понятие хозяйственная культура включает в себя компоненты, содержание которых существенно важнее экономических (курсив мой. – С.Н.). Это нравственные идеалы, религиозные представления о смысле человеческого существования, эстетические и художественные каноны. Цель хозяйства, согласно этим традициям, заключается в служении нравственно-этическим ценностям, так как их существование первично по отношению к
