отдохнул и готов к новым подвигам. Как видите, процесс обратим, потому что речь не идет о какой-то органической патологии.
Психика просто устала от беспорядочной эмпатии. Всё может вернуться на круги своя. Человек снова побежит всем сочувствовать, снова разовьет бурную деятельность и снова уйдет в себя после пары лет активности. Однако это не единственный вариант. Во-первых, заново собирать команду, аудиторию и спонсоров всегда труднее. Во-вторых. процесс восстановления занимает много времени, носит постепенный характер. Человек может не осознавать, что к нему вернулись силы. Он может вообще не понимать, что и почему с ним происходит. С его точки зрения он был ко всем слишком добр, а его все бросили.
И вот здесь на сцену выходит абсолютно случайный персонаж. Им может быть курьер, дальний родственник, сосед, приятель в интернете. Без каких-то причин наш герой выбирает этого случайного персонажа в качестве эмпатической мишени. Проще говоря, человек внезапно и беспричинно проникается доверием к кому-то малознакомому. И начинает изливать душу, доверять секреты, советоваться. Со стороны кажется, что человек хватается за соломинку, чтобы вытащить себя из пучины одиночества. Вот только вы теперь знаете, что нет никакой пучины – есть лужа, в которую человек плюхнулся сам и в которой некоторое время банально отмокал.
Итог зависит исключительно от добросовестности первого встречного. В мире не так много зла, как принято думать. В большинстве случаев этот случайный персонаж не сделает ничего дурного. Ему будет льстить внезапное внимание, он с интересом послушает увлекательные фрагменты чужой биографии, с благодарностью примет материальную помощь или ценный совет. А бывает, что персонаж оказывается корыстным или вообще преступником. Тогда, конечно, нас ждет трагический финал – в частности, на афериста будет переписана квартира.
Таковы две крайности. С одной стороны – деменция, органические нарушения. С другой стороны – здоровый мозг, но уставшая от беспорядочной эмпатии психика. Между этими крайностями сплошной спектр промежуточных случаев, которые все объединяются повышенным риском нерационального доверия к случайным людям. Как с этим справляться? Не навязываться вредным родственникам. Как бы вы ни хотели помочь, ваша помощь и забота могут физически раздражать человека. Вместо благодарности в ваш адрес будет лететь злоба, а то и подозрения в корысти.
Клиентка заметила, что ее пожилая мать очень хорошо относится к старшему сыну, а клиентку подозревает во всех смертных грехах. Секрет был как раз в том, что клиентка регулярно приезжала к матери, возила ее по врачам, следила за приемом лекарств, делала в материнской квартире уборку. То есть клиентка перегружала психику матери своим присутствием. Мать ассоциировала приезд дочери с тем, что снова придется отчитываться о выпитых таблетках, снова придется куда-то идти и так далее. А сын (брат клиентки) приезжал раз в месяц, лишних вопросов не задавал, советами не докучал. Конечно, к сыну пожилая женщина относилась лучше. Клиентка поняла этот механизм, постепенно сократила число визитов в три раза – и наладила отношения с матерью.
Конечно, такой маневр может не пройти, если за человеком нужен ежедневный уход, но для этого существуют профессиональные сиделки. Одна из функций сиделок – это, среди прочего, принимать на себя эмоциональный «удар», становиться громоотводом для раздражения подопоченого. Поэтому следите, чтобы между сиделкой и родственником не возникало коалиции. Насторожитесь, если сварливый родственником слишком хорошо отзывается от сиделке. Возможно, такую сиделку лучше поменять. Тем более, если с ее приходом ваши взаимоотношения с родственником ухудшились. Здесь важно чувствовать опасную грань. С одной стороны, родственник может жаловаться на вас третьим лицам просто в силу характера или чтобы вызвать к себе жалость. С другой стороны, эти третьи лица не должны потакать этим жалобам, не должны играть роль «потерянного идеального ребенка», то есть не должны претендовать на ваше место.
Зоорадикалы и веганы
Вегетарианцами становятся по разным причинам: кто-то заботится о здоровье, кто-то насмотрелся неправильных видео о правильном питании, кто-то ударился в духовные практики. Веганом же нужно родиться. В том смысле, что без генетической предрасположенности к саморазрушению здесь не обошлось. Веган не просто отказывается от мяса. Веган борется с «эксплуатацией животных». Это не про пищевые привычки, это про идеологию и этику, про мировоззрение. Под запрет подпадает даже молочные продукты. Но как же? Ведь все мы знаем детский стишок: «корова молоко дает». А надо всё наоборот! У коровы молоко отнимают, это эксплуатация, дикость, срочно надо бороться. Думаю, не надо объяснять, какой вред веганы наносят себе и близким (вспомните случай Максима Лютого).
Рядом с веганами находятся зоорадикалы, в интернете метко называемые зоошизой. Они имеют мало общего с теми, кто просто любит и заботится о животных. Одно дело – подобрать раненого кота или лосёнка, выходить, оставить у себя или отдать специалистам. Другое дело – кормить огромную агрессивную стаю бродячих собак прямо напротив детской площадки. Одно дело – просвещать людей: что делать с птенцами-слётками, чем нельзя кормить собак или уток. Другое дело – изливать тонны ненависти в комментариях, призывая к расправе над «живодерами». Живодером, разумеется, может стать любой, кто хочет защитить детей от нападения собак, кто не торопится сдавать деньги на приюты. При том, что в таких самодеятельных приютах животные содержатся в ужасных условиях, голодают. Усыпить? Да как вы смеете… И так далее.
Ключевым признаком «зоошизофрении» является не любовь к животным, а ненависть к людям. Зоорадикалы отличаются зашкаливающим уровнем агрессивности, слабым самоконтролем, паралогическим мышлением, склонностью к проекции. В частности, они проецируют на других свою агрессивность. Вообще, их мир переполнен злобой. Кругом враги: мясоеды, живодеры, хозяева породистых собак, дети (которые провоцируют бродячих собак на нападение), политики. Главный враг – это умеренные зоозащитники, которые глубоко разбираются в теме. Зоошизофреники склонны к правонарушениям: так, одна дама украла у слепой девушки собаку-поводыря, потому что это «эксплуатация». Согласитесь, на фоне такого поступка нападения на мясные рестораны и порча шуб кажутся чем-то незначительным. Тем не менее, всё это – нежелание и органическая неспособность признавать чужие границы. Зоорадикалы находятся в состоянии перманентной войны с реальностью. Даже собачья стая для них – это не друзья, а живое оружие, которое можно явно или неявно натравить на врагов.
Как видите, патология здесь гораздо более тяжелая, нежели чистый нарциссизм. На лицо сбой эмпатии: по каким-то (возможно, генетически обусловленным) причинам зоорадикалы готовы бесконечно сочувствовать животным, но не людям. Мне неизвестно, есть ли корреляция между зоорадикализмом и зоофилией. Также я пока не готов сопоставлять зоорадикалов и любителей «фурри» (порнографический жанр, построенный вокруг нарисованных антропоморфных сексуализированных зверей). Что касается прошлогодней моды на
