386
Edwards, Neoplatonic Saints, xxxv; подробнее: M.J. Edwards, "Birth, Death, and Divinity in Porphyry's Life of Plotinus," в T. Haag and P.Rousseau, eds., Greek Biography and Panegyric in Late Antiquity (Berkeley: University of California Press, 2000) 52–71.
Edwards, "Birth," 52–53, спорит здесь с Cox, Biography, 52, который видит в «Жизни Плотина» тот тип биографии, в которой философ изображается богоподобным человеком, а не (как в других случаях) сыном бога.
Edwards, Neoplatonic Saints, xxxiv.
Edwards, Neoplatonic Saints, xxxiv. С другой стороны, G. Clark, "Philosophie Lives and the Philosophic Life: Porphyry and Iamblichus," в H/tag and Rousseau, eds., Greek Biography, 42–43, выражает скепсис относительно важности христианства для Порфирия.
Отметим также убедительную параллель между вступительной фразой «Жизни Плотина» — «Плотин, философ, живший в наше время, как будто стыдился того, что имеет тело» — и Ин 1:14: «И Слово стало плотью и обитало с нами». Оба утверждения заменяют рассказ о происхождении и рождении, с которого обычно начинается биография.
Например, V.Taylor, The Gospel according to St. Mark (London: Macmillan, 1952) 82. Интересно отметить такую позицию у Тейлора, полностью (хотя и не без возражений) принимающего позиции критики форм.
R.E.Brown and J.P.Meier, Antioch and Rome (London: Chapman, 1983) 195–196. Их огульное отрицание очень типично. P.Perkins, Peter: Apostle for the Whole Church (second edition; Edinburgh: Clark, 2000) 53, рубит сплеча: «В наше время ученые считают, что Евангелие от Марка не основано на воспоминаниях апостола Петра».
C.H.Turner, "Marcan Usage: Notes Critical and Exegetical, on the Second Gospel V. The Movements of Jesus and His Disciples and the Crowd," JTS 26 (1925) 225–240; см. также: он же, Catholic and Apostolic: Collected Papers (ed. H.N.Bate; Milwaukee:Morehouse, 1931) 183–184. Статья Тернера, вместе с остальными из его одиннадцати «Заметок о языке Марка», воспроизведена в: J.K.Elliott, The Language and Style of the Gospel of Mark (NovTSup 71; Leiden: Brill, 1993). Я ссылаюсь на оригинальное издание.
T.W.Manson, Studies in the Gospels and Epistles (ed. M.Black; Manchester: Manchester University Press, 1962) 40–43.
Taylor, The Gospel according to St. Mark, 48.
S. Byrskog, Story as History–History as Story (WUNT 123; Tubingen:Mohr, 2000; reprinted Leiden: Brill, 2002) 289 n. 181, вкратце упоминает аргументы Мэнсона, основанные на работе Тернера.
Тернер здесь говорит о «безличных глаголах», что не совсем верно. Он имеет в виду, что подлежащее остается невыраженным. Однако всегда в этих случаях за действием стоит определенная группа личностей, а не просто «люди вообще».
В четырнадцати случаях это глагол erchesthai или его составная форма.
Комментаторы расходятся в вопросе об Мк 1:29, где множественное число делает предложение неполным — поэтому некоторые предпочитают видеть здесь единственное. Однако вполне возможно, что в этом случае действовала та же закономерность: множественное число создавало трудности при чтении, и переписчики начали заменять его единственным, чтобы сделать текст понятнее. В. М. Metzger, A Textual Commentary on the Greek New Testament (Stuttgart: United Bible Societies, 1975) 75, сообщает, что к такому выводу склонилось большинство в комитете Объединенного библейского общества.
Turner, "Marcan Usage," 225.
Там же, 226.
Там же, 226.
Аргументы R.P.Meier, Jesus and the Twelve: Discipleship and Revelation in Mark (Grand Rapids: Eerdmans, 1968), глава 6, который стремится показать, что под «учениками» Марк подразумевал только и исключительно Двенадцать, на мой взгляд, основаны на крайне сомнительной интерпретации текста.
Здесь я в большой степени (хотя и не во всем — см. предыдущее примечание) согласен с Р. П. Мейером, Jesus and the Twelve.
Так понимает эту фразу С. Е. В. Cranfield, The Gospel according to St Mark (CGTC; Cambridge: Cambridge University Press, 1959) 335; другие комментаторы толкуют ее по–другому.
Мк 2:23; 3:7, 13; 6:1; 7:17; 8:27; 9:2; 11:11, 19; 13:1; 14:17, 33.
Мк 1:39; 2:1; 2:13–14; 3:1, 19Ь; 4:1; 5:21; 6:6Ь; 7:24, 31; 10:1, 17.
Turner, 227, 234–235.
N. R. Petersen, "'Point of View' in Mark's Narrative," Semeia 12 (1978) 97–121; J.Dewey, "Point of View and the Disciples in Mark," SBL Seminar Papers (1982) 97–106; S.H.Smith, A Lion with Wings: A Nanative–Critical Approach to Mark's Gospel (Sheffield: Sheffield Academic, 1996), глава 5.
См. S. Rimmon–Kenan, Nanative Fiction: Contemporary Poetics (New York: Routledge, 1989) 74–76. M. Bal, Nanatology: Introduction to the Theory of Nanative (second edition; Toronto: University of Toronto Press, 1997) 142–144, использует термин «фокализация» (который она предпочитает термину Дж.Джинетта «перспектива») только применительно к тому, что Риммон–Кинан называет «внутренней фокализацией». Вообще, в этой области наблюдается большая терминологическая путаница, и при чтении необходимо ясно понимать, в каком значении тот или иной теоретик использует тот или иной термин. Кроме того, существует несколько систем классификации разновидностей «точек зрения».
W.Martin, Recent Theories of Nanative (Ithaca: Cornell University Press, 1986) 146.
Rimmon–Kenan, Nanative Fiction, 75.
Dewey, "Point of View," 101, утверждает, что «повествование Марка не фокализовано — почти все время оно исходит напрямую от всеведущего и вездесущего повествователя», а затем отмечает несколько исключений, однако об этом приеме не упоминает.
Martin, Recent Theoùes, 143–146.
В 16:1–8 Петр упоминается по имени, но не появляется как действующее лицо.
Т. Wiarda, "Peter as Peter in the Gospel of Mark," NTS 45 (1999) 19–37. Дальнейшие мои рассуждения во многом основаны на статье Виарда, хотя я по–иному скомпоновал его аргументы и не со всеми из них согласился.
Там же, 20–21.
У Матфея Иисус обращается к Петру, однако то, что он говорит во втором лице единственного числа, обращено ко всем ученикам (26:40–41). Лука в этом месте опускает обращение к Петру (22:46).
Wiarda, "Peter," 31–32; R.E.Brown, The Death of the Messiah vol. 1 (New York: Doubleday, 1994) 194–95.
У Матфея тот же вопрос задают все ученики (21:20). У Луки параллельного эпизода нет.
Wiarda, "Peter", 27–28.
См. Wiarda, "Peter," 30. С ним не согласен, например, R. T. France, The Gospel of Mark (NIGTC; Grand Rapids: Eerdmans, 2002) 354.
Например, France, The Gospel of Mark, 329.
Wiarda, "Peter," 28, 34. C.A.Evans, Mark 8:27–16:20 (WBC 34B; Nashville: Nelson, 2001) 45, пишет просто, что Петр «играет ведущую роль».
Там же, 34.
Там же, 34. У Матфея это происходит немного чаще: 15:15; 18:21.
Там же, 26–27.
Smith, А Поп, 64.
France, The Gospel of Mark, 622; R. E. Brown, The Death of the Messiah, vol. 2 (New York: Doubleday, 1994) 604–605.
Это заключение почти прямо противоположно заключению E.Best, Mark: The Gospel as Story (Edinburgh: Clark, 1983) 28: «Если информация о прегрешениях Петра исходит от самого Петра, то затем Марк переносит наше внимание от Петра к другим ученикам».
Best, Mark 47–48.
Хотя в 3:16 Марк сообщает, что Иисус дал Симону имя Петр без каких–либо объяснений этого имени.
С. С. Black, Mark: Images of an Apostolic Interpreter (second edition; Minneapolis: Fortress, 2001) 205.
Сам Виарда не делает различий между ролью и характером: он пользуется термином «индивидуальность», охватывающим оба эти понятия.
Wiarda, "Peter," 22–25.
G.W. Burnett, Paul and the Salvation of the Individual (Biblical Interpretation Series 57; Leiden: Brill, 2001) Part 1; F.W.Burnett, "Characterization and Reader Construction of Characters in the Gospels," Semeia 63 (1993) 11–12 (evidence from Greek and Roman portraiture). В дополнение к этому, Louise Lawrence, An Ethnography of the Gospel of Matthew: A Critical Assessment of the Use of the Honour and Shame Model in New Testament Studies (WUNT 2/165; Tübingen: Mohr, 2003), глава 7, делает важное критическое замечание, убедительно подтверждаемое социологической литературой, об использовании понятий индивидуализма и коллективизма Брюсом Малина и его школой средиземноморской антропологии. Она делает вывод: «Антропология подтверждает значимость индивидуалистических черт даже в изначально коллективистских культурах. Как в греко–римском, так и в иудейском мире мы отмечаем и коллективистские, и индивидуалистические черты… Люди, населяющие мир Матфея, бесспорно, озабочены коллективной групповой идентичностью и своими взаимоотношениями с ней — однако не отрицают они и важности индивидуалистического самопонимания» (258–259).
