силуэты, освещенные мягким, приглушенным светом. Лена, моя бывшая, грациозно опустилась на диван, а Саша, тот, кто теперь занимал мое место, стоял рядом.
Лена достала из сумки какой-то тюбик, предмет, который мое воображение тут же раскрасило самыми откровенными деталями. Может, это было средство для увеличения мужской силы или что-то другое, призванное усилить их близость?
Он исчез в ванной, оставив меня в напряженном ожидании, а затем вернулся с искоркой в глазах. Сел рядом с ней, обнял, и эти движения, такие естественные для них, стали для меня последней каплей.
Больше не смог смотреть то, что причиняло мне столько невыносимую боль и чувство ревности. Я развернулся, словно спасаясь от пожара, и побрел домой. На обратном пути, словно обессиленный, я машинально схватил кружку, оставленную в беседке.
Лена
Я проснулась от резкого, назойливого звона будильника. Первое ощущение — неприятная сухость во рту. Затем в животе заурчало и заломило желудок. Такое чувство, будто я не ела пять дней. Несмотря на это неприятное самочувствие, на душе было какое-то необъяснимое облегчение, предвкушение чего-то хорошего.
Направилась к весам, стоявшим в углу комнаты. Сердце трепетно забилось в предвкушении. Я встала ровно, почувствовав легкий холодок металла под ногами. Цифры на дисплее медленно высветились, но вместо ожидавшейся радости меня охватило ужасное, леденящее душу потрясение.
Долго смотрела на них, не веря своим глазам, словно цифры могли ошибаться, словно это был злой розыгрыш. Ужас сжал грудь, лишая возможности дышать. 103 килограмма. За что? Я ведь не ужинала!
Огорченная, вышла из спальни и направилась на кухню. Холодильник, обычно источник утешения, теперь казался враждебным. Я открыла его, прислушиваясь к тихому гулу и ощущая холод, исходящий изнутри.
Взгляд упал на контейнер с пловом. Достала его, открыла и отложила часть плова в тарелку. Разогрела в микроволновке, наелась досыта, ощущая, как тяжесть наполняет желудок, — назло себе, назло весам.
Мне снова нужно было обойти все владения, которые не были моими, но требовали каждодневного порядка и ухода.
Я обошла верхние этажи. Затем спустилась на этаж, где были спальни Виолетты и Игоря. Все было тихо. Они еще спали. Внизу собрала мелкий мусор и со спокойной душой отправилась на кухню, где уже доносились вкусные ароматы свежей выпечки.
— Либлинг! Я так давно тебя не видел. Как дела? — спросил Михаэль, улыбнувшись во весь рот.
— Хорошо. Такой аромат, просто сказка! Опять пироги печешь?
— Не совсем. Игорь вчера мне сказал, что хочет пирожных. Только я не спросил, какие ему нравятся.
— Да он ест все подряд, — отмахнулась я, зная своего бывшего мужа и все его пристрастия, которые обычно не меняются со временем.
— Приготовил несколько. Вот, попробуй, пожалуйста.
Михаэль вытер руки и положил на тарелку два пирожных с белоснежным кремом сверху и посыпкой и сублимированной малины.
Мне еще пирожных не хватало! Итак 103 килограмма… Но аромат и внешний вид десерта заставлял терять все остатки ума. Это было как вызов, как искушение, перед которым я, похоже, была бессильна.
— Спасибо, — прошептала я, принимая тарелку с двумя пирожными из рук Михаэля.
Я не стала ждать, не стала сдерживаться. Нежный, тающий во рту крем, не слишком сладкий, лишь слегка оттененный фруктовой кислинкой, проникал в самые глубины моего существа, даря мгновенное, ни с чем не сравнимое наслаждение.
— Умм! Как вкусно! Крем просто восхитительный.
— Значит тебе понравилось. Надеюсь и ему будет по душе.
— К тебе хоть не заходи вовсе, — проворчала я, но в голосе слышалась шутка. — Всегда ухожу с таким полным желудком, что потом еле передвигаю ноги.
— Либлинг! — просиял Михаэль, и его глаза заблестели от удовольствия. — Для меня нет ничего приятней на свете, чем видеть, твое милое лицо полное удовольствия и наслаждения.
— Ой, Михаэль, какие слова! — заулыбалась я. — Ладно, пойду Сашу будить. Заставлю его работать, а то он, кажется, совсем расслабился.
— Заходи, если что! — крикнул Михаэль мне вслед, когда я уже направлялась к двери.
Его слова, сказанные с какой-то сытой, ленивой интонацией, неожиданно напомнили мне волка из старого мультфильма — того самого, который всегда был готов к очередному пиршеству.
Я засмеялась, вспомнив этот образ. И, невольно, мой взгляд упал на собственный живот. В чем-то мы с этим мультяшным волком действительно были похожи. Ощущение сытости, довольства, которое дарила мне еда, было почти таким же всепоглощающим.
Наверное, мне никогда не удастся похудеть. Да и нужно ли, если честно? С такой фигурой, с таким аппетитом, вряд ли найдется мужчина, который увидит во мне не только пухлые щеки и округлые формы, но и что-то большее. Так что буду испытывать наслаждение не от секса, а от еды.
Глава 24
Глава 24
— Вставай! — прошептала над ухом своего липового мужа.
Саша не думал даже пошевелиться. Тогда я взялась за его плечо и стала трясти что есть силы.
— Что такое? Лен? Что тебе? — спросонья ответил Саша.
— Как что? Работать надо. Отдыхать будем на том свете.
— И что мне делать? — спросил он, вставая с кровати.
— Сходи ко всем нашим работникам. Узнай их распорядок, когда намереваются пойти в отпуск. Возьми блокнот и запиши все.
— Только сперва позавтракаю. Что приготовить?
— Спасибо, я уже съела твой плов, что был в холодильнике и пирожными закусила, — недовольно пробормотала я.
— А мне? Не отказался бы сейчас от сладкого.
— Когда пойдешь к Михаэлю, попроси его. Может тоже угостит… Кстати, что у тебя с твоим этим…
— С чем? — не понял Саша. — Аа… Ты про мой большой стержень… Хочешь проверим?
— Иди ты! Я просто беспокоюсь.
— И я тоже. Поэтому надо проверить все ли работает как прежде.
Саша попытался поймать меня и зажать в объятьях, но мне удалось избежать его ласк, отбежав подальше.
— Остановись! Проверяй на ком-нибудь другом! — пригрозила я.
Саша вздохнул и пошел в ванну, а после стал готовить себе завтрак.
— Я пойду в дом. Что-то с роботом-пылесосом случилось. Может самой удастся починить, — крикнула я Саше, выходя и нашего домика.
Он помахал мне и улыбнулся своей очаровательной улыбкой. Я сразу вспомнила вчерашний вечер. С Сашей не соскучишься. Он бывает смешным и забавным. Но представить нас вместе я никак не могла.
— Либлинг! — закричал Михаэль, как только я вошла в дом Игоря и
