Виолетты. — Помоги!
— Да… Что случилось?
— Я приготовил пирожные. Тебе они понравились и я был уверен, что Игорь тоже будет рад. Сегодня же суббота. Он рано встал и попросил принести пирожные с кофе… А потом… Потом. — у Михаэля перехватило дыхание.
— Спокойно! Отдышись. Глубокий вдох и выдох, вдох и выдох.
Я стала дышать вместе с ним, чтобы он немного успокоился.
— Все! Я увольняюсь, раз меня не ценят, — сказал Михаэль обиженным голосом.
— Так… Говори, что случилось. Твои пирожные просто сказка. Я даже сейчас про них вспомнила и снова захотелось.
— Игорь откусил пирожное, поморщился и завопил как ненормальный, — прошептал Михаэль, оглядываясь по сторонам. — Назвал меня школьным поваром.
— Ему не понравилось? Странно. Обычно он не привередлив к еде.
— Откуда ты знаешь? Я прошу тебя, сходи к нему и спроси что не так… Я просто не в силах выслушивать в свой адрес оскорблений.
— А где он?
— Сидит, кофе свой допивает, — Михаэль показал рукой в сторону гостиной.
— Хорошо… Не переживай ты так. Я все узнаю. Может закажу доставку. А ты иди и отдохни.
— Спасибо, либлинг! Ты очень добрая и красивая.
Я усмехнулась про себя. Хоть кто-то еще называет меня красивой. Правда это лесть, но все равно приятно.
Поправив волосы у зеркала на стене, облизав губы, я направилась к своему бывшему. От предстоящей встречи почему-то задрожали руки. Сердце забилось чаще, отдаваясь гулким эхом в ушах. Я прокручивала в голове возможные сценарии разговора, пытаясь найти нужные слова, которые помогут уладить ситуацию.
Заметив его в гостиной, я остановилась на секунду. Он сидел, откинувшись в кресле, с чашкой в руке, задумчиво глядя в окно. Нетронутые пирожные на подносе стояли радом. Я сглотнула слюну. Интересно, мое слюноотделение от предчувствия нашей встречи или от десерта?
Его профиль, освещенный мягким утренним светом, был по-прежнему выразительным, но в нем появилась какая-то новая усталость и боль, которой раньше я не замечала.
— Здравствуй, — старалась говорить вежливо. — Что-то не так? Почему пирожные не понравились? Михаэль так старался.
Игорь повернулся ко мне. Его взгляд говорил о том, что он провел бессонную ночь. Наверняка вместе с Виолеттой. Эта мысль кольнула остро, словно осколок стекла. Я старалась не показывать своих чувств и уставилась на пирожные.
— Привет, Лен! — ответил он без эмоций. — Они не вкусные. Я бы сказал соленые и горькие.
— Не может быть! Я же их сама пробовала утром.
— Значит у тебя не такой тонкий вкус как у меня.
Почему Игорь корчит из себя утонченную натуру? Почему вдруг решил продемонстрировать свои «изысканные» вкусы? Может, передо мной хвастается, чтобы унизить, показать, что он возвышенный, что у него есть все, о чем только можно мечтать: круглая сумма на счете, красивая жена и высокооплачиваемая работа?
Эта мысль ранила, ведь он наверняка знал, как тяжело мне было лишиться любимого человека. Когда он меня бросил я старалась унять боль разными вкусностями, о чем теперь сожалею.
— И когда это ты стал таким чутким и… утонченным гурманом? — мой голос дрогнул, выдавая мое смятение. — Раньше ты ел все, что под руку попадется, и никогда не жаловался. Был в восторге от позавчерашнего супа.
— Ой, не напоминай! Помню, как мы влачили жалкое существование. Я сейчас не об этом. Я говорю о пирожных. Попробуй, если не веришь.
— Ладно.
Я даже обрадовалась, что снова испытаю райское наслаждение от нежного сливочного крема. Игорь придвинул ко мне поднос и сложил руки на груди в ожидании. Сладкие пирожные выглядели нереально аппетитно, украшенные взбитыми сливками и ягодами.
Осторожно взяла одно, поднесла к лицу, вдохнула сладкий аромат. А потом, глядя на него, демонстративно засунула в рот пирожное целиком. Прикрыла глаза, как только крем начал таять во рту. Облизала пальцы и поглядела на Игоря.
Он приоткрыл рот, глядя как я ем. И это была не гримаса недоумения или чего-то еще? Я замерла, почувствовав, как волна неловкости накатывает на меня. Может, это было слишком? Но ведь это он сам предложил.
— Я не распробовала, — сказала я и съела второе пирожное.
— Продолжай… Тут еще пять штук, — сказал хриплым голосом бывший, жадно глядя на то, как я поглощаю его десерт. — У тебя такой… особенный подход. Всегда засунешь все сразу, словно боишься, что кто-то успеет отобрать… Ну и как? Горько?
— Сладко! Не понимаю, откуда горечь? Очень вкусно… Если не хочешь пирожные, то может заказать другие в приложении? Какие ты любишь?
— Ты же знаешь… Я хочу большое, нежное и сладкое. Чтобы, когда касался языком оно ласкало все мои вкусовые сосочки. Чтобы испытывал наслаждение от одного только вида и хотелось еще и еще.
Игорь как всегда говорил загадками. Мне не составляло труда угадывать все его желания раньше, но теперь он очень изменился и вызывал одно недоумение.
— Не понимаю…
— Что тут непонятного? Я хочу медленно прикасаться губами… Чувствовать как закрываются глаза от удовольствия и замирает дыхание от предчувствия чего-то большего.
Его слова пробудили во мне волнение. Я вообразила, как его язык ласкает мою грудь и спускается ниже…
— Знаешь что… Если не хочешь ничего вразумительного сказать, то я пошла. Пирожные заберу, а то выбросишь.
Взяла поднос с оставшимися пирожными, повернулась и быстро пошла к двери, пока он не передумал. Когда вышла на улицу, остановилась, чтобы усмирить свое дыхание.
Что со мной? Надо успокоиться и взять себя в руки, иначе соглашусь проверить у Саши работоспособность его мужского достоинства.
Улыбнулась этой мысли и направилась в домик со сладкой добычей в руках. Представила как я сейчас заварю кофе, сяду на диван и буду есть эти нежные пирожные. Жаль Михаэля. У Игоря кризис среднего возраста, а он попал под раздачу.
Глава 25
Глава 25
Игорь
Не спал всю ночь, вспоминая веселый смех моей бывшей и ее мужа. Никогда бы не подумал, что это будет мучить меня. Я прокручивал вновь и вновь события прошлого вечера и это меня ранило.
— Доброе утро! — поздоровался Михаэль.
Наш повар просто сиял и излучал счастье своим видом. Буду ли я когда-нибудь таким счастливым как он? Вся моя жизнь кромешный ад, несмотря на то, что у меня есть все, о чем я так долго мечтал. Машина, большой дом, красивая жена,
