не сильно выбило его из колеи, и он все-таки смог пинком отбросить от себя Файгера и отступить к спасительному проему ровно тогда, когда я находился всего в пяти метрах от них.
Чтоб его, неужели уйдет? Живучий сукин сын!
И именно в этот момент, издалека, с самой опушки леса, зеленый едва видимый росчерк пронесся сквозь небо и нашел свою цель: с глухим чавкающим звуком вонзился в незащищенное горло шамана и пригвоздил его к земле. Я лишь успел заметить, как его победоносный звериный оскал сменился маской удивления, переходящей в животный ужас, — после чего он пару раз дернулся, судорожно вцепившись когтями в землю, и жизнь навсегда покинула его тело.
Ну Лизалия, ну дает… И главное, как вовремя!
Будто бы почуяв кончину уже второго своего главаря, рассредоточенная вдоль частокола стая гноллов дрогнула. Со своей позиции я увидел, как два противоположных отряда гноллов ошеломленно обернулись на смерть шамана и перестали преследовать группы Марко и Асалии. К тому же, второй вражеский отряд заметно успел поредеть: тут и там валялись подстреленные трупы по ходу их движения. В живых осталась всего пятерка гноллов, и когда в их рядах возникло замешательство, Асалия перестала отступать и вместе со своими стрелками пошла в контратаку. Гноллы попятились, кое-как прикрываясь щитами от ее разящих стрел — редкая стрельба остальных ополченцев их беспокоила куда меньше.
С облегчением отметил для себя: там у гноллов не было и шансов, после чего перевел внимание на противоположную сторону.
Отступающую группу Марко ранее преследовал отряд гноллов во главе с третьим бронированным вожаком. После смерти шамана, недолго думая и видимо на опыте, он почти сразу начал отступать обратно к пролому. Около пролома в этот момент находился только я и чешуйчатый непослушный засранец… Дракончик как ни в чем не бывало побежал ко мне за похвалой.
— У-у… — не сводя взгляда с вожака, я потрепал малыша за голову с кривым выражением лица. — Я же сказал тебе… Ты третья линия обороны! Третья! Куда выскочил-то⁈
Дракон щелкнул челюстями, заклокотал и лизнул мою руку.
…Как уже понятно, отсчитывать его времени у меня сейчас совершено не было.
— Ну ладно-ладно… Молодец! А теперь за мной!
Мы потрусили подальше от пролома. Вдвоем воевать против чертовой дюжины гноллов во главе с последним атаманом будет тем еще верным способом быстро сдохнуть.
Своей десятке ополченцев я крикнул бежать на перерез отступающим со стороны Асалии гноллам, коих к этому моменту осталось всего трое, и то ненадолго. Даже окружать не придется.
Все-таки эльфийские лучники это сила… Это мощь. Боюсь представить, что бы я без эльфиек делал. Стопроцентно полег бы вместе со всеми жителями деревни.
Бронированный вожак гноллов явно обладал не только разбойничьим опытом. Яростным командным рыком он довольно умело организовывал отступление. Уже хотя бы то, что в горячке боя он решился на него, многое о нем говорило. Опасный противник. Я до последнего не решался что-либо предпринять.
Правда и отпускать его я так просто не собирался, стал выжидать, перегруппировав объединенные силы и дождавшись, когда Асалия со своей стороны прикончит последнего гнолла. Она сделала это одновременно с приходом атамана к спасительному проему в частоколе.
Запоздало вдруг почувствовал, что что-то упускаю. Огляделся по сторонам, и только посмотрев под ноги, понял, что же меня встревожило.
Дракончика и след простыл!
Только не это… Опять⁈ Тут же метнул взгляд на насыпь, по которой неспешно полз дракон, сливаясь с грязевым окружением. Несколько шагов — и вот он уже приготавливается прыгать на главаря гноллов.
Надо было его на цепь посадить…
— Засранец! Вот же ж засранец! — выругался я и почти без раздумий громко бросил за спину. — Все за мной! Не терять строй, копья наизготовку! Прикончим гадов!
Подавая пример, сам трусцой кинулся к отступающим гноллам. На середине пути дракончик все-таки повторил свой маневр и прыгнул прямо на атамана. Правда, в отличие от хлипкого шамана, бронированный вожак даже не покачнулся от драконьего броска. Устоял на ногах и замахнулся своим огромным ятаганом.
Уклониться Файгеру ловкости не хватило. Удар — и вот уже визжащий от боли детеныш дракона отлетает в сторону. От располовинивания его спасла лишь легендарная драконья шкура.
Гнолл удивленно прищурился. Кажется, в его маленьких желтых глазах под шлемом вспыхнула алчность. Как наемник, он конечно же понимал ценность детеныша дракона. Живого или мертвого.
Жадность победила и ударила в голову. Вместо того, чтобы продолжить отступление, он не только сам бросился вдогонку за Файгером, так еще и что-то пролаял остальным гноллами. Те на миг застыли прямо в проеме частокола, став отличной мишенью для младшей эльфийки. Немного промедлив, часть гноллов кинулась на помощь своему атаману.
На беднягу Файгера обрушилась озверевшая стая во главе с вожаком. К счастью, сам детеныш и без моего окрика понял, что нужно делать ноги. Выпучив глаза, он, как перепуганная ящерица, припустил ко мне, быстро перебирая лапами.
— Построение! Копья наизготовку! Не отставать! — крикнул я и с удвоенной прытью ринулся навстречу детенышу. Едва поспевая за мной, ополченцы кинулись следом, подбадривая себя боевым кличем и матюгами.
Как только дракончик исчез из виду, спрятавшись за мной, на гиеноподобной морде атамана мелькнула злобная досада. Он поднял взгляд — и впился в меня желтыми глазами. Вся его ярость обратилась на новую цель.
Я покрепче сжал меч.
— Ну давай, иди сюда, мать твою…
Глава 11
К счастью, гноллы присоединились к атаману не сразу и не всем скопом. Поначалу мы имели численное преимущество, и я попытался этим воспользоваться.
Пара копий выстрелила из-за моей спины, целясь в атамана. Но одно копье скользнуло по броне, не причинив вреда, а другое он перерубил своим ятаганом словно тростинку.
— Держать строй! Щиты перед собой! — крикнул я, уходя от очередного удара.
Но строй держался недолго. Подтянулись остальные гноллы, и началась массовая сшибка, быстро перетекшая в рубку стенка на стенку. Ополченцы смешали ряды и растеряли построение — здесь уже было не до тактики. Движения не отточены, боевого опыта нет. Началась отчаянная, хаотичная возня, где каждый удар мог оказаться последним.
Я отмечал это на грани сознания, уклоняясь от ятагана противника. Ситуация становилась аховой. Я мог только сдерживать атамана, но победить — вряд ли. А как только гноллы всем скопом навалятся на меня и вчерашних крестьян, то пиши пропало. Краем глаза увидел, как гнолл зарубил первого крестьянина, открыв счет потерь на нашей стороне.
