у меня это вышло.
— Ветер подует с востока? — вдруг встрепенулся эльф. — Так он сказал?
А я даже забыл моргнуть, так как перед глазами замаячила фраза, на которую я уже не надеялся.
« Внимание. Условия для прохождения сценария выполнены. Вы можете покинуть локацию.»
— Брат исполнил свой долг, — с печалью в голосе произнесла Лика. — Я должна отправиться к нему, чтобы позаботиться о достойных про́водах.
Затем она посмотрела на меня, и в её взгляде больше не было того недоверия и угрозы. Может, даже наградят теперь чем-нибудь или выдадут достижение?
— Поднимите его, — отдала она приказ, и двое эльфов, подхватив меня под связанные руки, осторожно помогли встать на ноги. — Тебе, чужеземец, досталось знание, которое ты не должен был получать. Допускаю, что в этом нет твоей вины. Но и отпустить тебя мы не вправе. Помолись своим богам перед смертью. И не переживай, мой клинок не оставляет боли.
С этими словами она материализовала в руке длинный и узкий меч, на этот раз с другим, холодным и голубым отливом.
От сказанного я даже на секунду опешил. Чего? Вот же неблагодарная сучка! Так ты говоришь мне спасибо? Ну тогда вот тебе моё последнее слово.
Потеряв на мгновение самоконтроль, я вместе с активацией сингулярности взял и плюнул в это надменное лицо.
Круговерть из вспышек и звуков понесла меня обратно, а в голове боролись сразу две противоречивых мысли: «на кой я это сделал?» и «эх, вот бы глянуть сейчас на эту наглую ушастую рожу».
Глава 9
Густая слюна, так и не добравшись до лица эльфийки, сползала по сработавшему на угрозу щиту. Лика в недоумении взирала на то место, где ещё мгновение назад стоял обречённый на смерть пленник. Стоял, а теперь он исчез. Она повернула голову к Дэйлу — самому хладнокровному из всей их команды. На его советы можно было положиться без оглядки на присущее её народу самомнение.
— И как это понимать? — спросила она.
— По всей видимости, моё предположение о его геройском статусе оказалось верным, — как ни в чём не бывало ответил он. Лика даже уловила толику назидания в его словах, но ему она такое прощала.
— Тогда какого рожна он тут изображал пленника, если мог сбежать в любой момент?
— Наверное, искренне хотел поделиться с нами информацией.
— А зачем метнул свою слюну перед уходом?
— Возможно, она отравлена…
— То есть он хотел передать нам сведения, а потом убить меня? — теперь уже она позволила себе немного насмешки в голосе. — Что-то не сходится у тебя, Дэйл. Есть у кого-то более здравые идеи?
Павий, самый младший из них, а потому не решающийся перебивать старших, осторожно встретился взглядом с Ликой.
— Если есть, что сказать, то говори, — велела она ему.
— Я слышал, что у берберов и изменённых принято обмениваться слюной. Так они выражают симпатию или же предлагают близость.
— Под близостью ты имеешь в виду слияние тел?
— Да, — Павий стыдливо опустил глаза, не в силах больше смотреть на своего обожаемого командира.
— Я тоже о таком слышал, — добавил Дэйл. — Но вроде бы для этого нужно касаться языками.
— Всё, хватит, — перебила его Лика. — Хотел он меня убить, или делал грязные намёки — всё едино. Если попадётся вновь, его ждёт смерть. А теперь идёмте. Нужно забрать тело моего брата до рассвета. А затем сообщить Совету, что эльфы Востока тоже предали нас. И теперь мы остались совсем одни.
* * *
Оказавшись в номере апарт-отеля, я с облегчением выдохнул. Кажется, и на этот раз пронесло, хоть было совсем близко. И ладно бы угроза исходила только от враждебно настроенных героев, так ещё и те, кому я был призван помочь, чуть сами не порешили меня на месте. Секрет я их, видите ли, подслушал. Да я понятия не имею, что это означает! И вряд ли когда-то узнаю!
Самодовольная дура с длинными ушами по-прежнему вызывала стойкое раздражение. Но с каждой минутой его градус снижался, а я всё больше рефлексировал о том, что поступил опрометчиво и, наверное, некрасиво. Даже стыдно немного стало. Но стоило вспомнить с каким спокойным выражением лица она предлагала мне помолиться напоследок, и вся неловкость тут же исчезла. Поделом ей. В крайнем случае, извинюсь, если судьба сведёт вновь. Но только после того, как она сама покается в своей опрометчивости.
Параллельно с душевными метаниями я не забывал и про свои телесные раны. Стрела продырявила не только мясо, но и немного задела кость. Всё могло быть намного печальнее, но похоже, что пока я был без сознания, её аккуратно вынули и даже подлечили плоть. Я тоже потратил остаток свободных очков, чтобы стабилизировать ситуацию, однако столь сильное повреждение не поддавалось обычному заживлению. Мне по-прежнему была нужна медицинская помощь, и о ней придётся кого-то попросить.
Вариантов было несколько, и самый очевидный — больница. Но даже в хорошей клинике меня лишь заштопают, да напичкают антибиотиками и противовоспалительными. Восстановление займёт недели, и такой путь мне точно не подходит.
Можно обратиться с просьбой к Макрису. В Гермесе точно найдётся лекарь, который избавит меня от проблем. Зато это не избавит от лишних вопросов и долгов. Боюсь, что имея на мой счёт свой собственный интерес, Алексей на этот раз попросит за оказанную услугу отнюдь не деньгами.
Ещё один известный мне лекарь был в нашем отряде — замкнутая и нелюдимая Хель. Но в моём случае всё это можно считать плюсом. Меньше вопросов, меньше шансов, что это будет передано кому-то ещё. А даже если и расскажет, то без подробностей эта информация ничего не стоит. Вот только что она захочет взамен. Да и эти неоднозначные намёки от сокомандников о том, что лекарь она не совсем обычный…
Не проверишь, не узнаешь. Контакты всех членов группы Орфея у меня были. Так что, дело оставалось за малым — чтобы девушка-интроверт взяла от меня трубку.
На шестом или седьмом гудке я уже готов был сдаться, но вдруг услышал заспанное: «Алло».
— А тебе не пора ли готовиться к сегодняшней миссии? — спросил я её.
— Который час?
— Почти четыре.
— Ну и чего тогда пугаешь? Времени ещё полно.
— Как на счёт того, чтобы потратить его с интересом и пользой?
Молчание длилось, наверное, секунд
