по ее собственным словам, «началась сильнейшая, неукротимая рвота».
«Где-то в глубине души я понимала, что происходит: мой мозг был поврежден», – предположила Кларк.
Хирурги диагностировали у Кларк субарахноидальное кровоизлияние (САК) – опасный для жизни инсульт, вызванный кровотечением в пространство вокруг мозга. Треть пациентов с САК умирает сразу после разрыва аневризмы, спровоцировавшей кровоизлияние. Кларк избежала летального исхода благодаря серии операций в Национальной больнице неврологии и нейрохирургии в центре Лондона. Именно в период восстановления у нее выявили афазию: медсестры задавали простые вопросы вроде «Как вас зовут?», но Кларк не могла на них ответить.
«В самые тяжелые моменты я хотела, чтобы все закончилось, – призналась Кларк. – Я умоляла медиков дать мне умереть. Вся моя работа – все, о чем я мечтала в жизни, – была связана с языком, с общением. Без этого я чувствовала себя потерянной».
Как и Стоун, Кларк смогла оправиться от афазии, хотя память о коротком столкновении с недугом все еще живет в ней. Обе актрисы вернулись в профессию, добившись успеха как на телевидении, так и в кино. Кларк также основала благотворительную организацию SameYou, которая помогает людям с черепно-мозговыми травмами получить доступ к качественной нейрореабилитации и борется с неравенством в восстановлении после таких травм. Афазия стала для них лишь временной остановкой на профессиональном пути, но далеко не конечной станцией.
– 6 —
Стоун и Кларк смогли преодолеть свои недуги. Уиллису этого уже не суждено. 16 февраля 2023 года семья актера опубликовала заявление, подтверждающее, что его состояние ухудшилось и теперь ему поставлен диагноз «фронтотемпоральная деменция» (ФТД).
«ФТД – это жестокое заболевание, о котором многие из нас даже не слышали. С ним может столкнуться кто-угодно, – говорилось в заявлении. – Для людей младше 60 лет ФТД является наиболее распространенной формой деменции, а поскольку диагностика может занять годы, реальная распространенность болезни, вероятно, гораздо выше известных нам цифр. На сегодня не существует методов лечения ФТД, но мы надеемся, что в ближайшие годы это изменится».
«Брюс всегда умел радоваться жизни и помогал радоваться окружающим, – продолжалось в заявлении. – Для нас бесценно видеть, как эта забота возвращается к нему и ко всей нашей семье. Мы глубоко тронуты любовью, которую вы все проявляете к нашему дорогому мужу, отцу и другу в это трудное время. Ваше неизменное сострадание, понимание и уважение помогут нам обеспечить Брюсу максимально полноценную жизнь» [22].
Будущие книги, несомненно, расскажут о борьбе Уиллиса с болезнью и о безграничной поддержке, которую ему оказывали вторая жена Эмма Хеминг Уиллис, бывшая супруга Деми Мур и их большая семья. Им удалось сделать почти невозможное – оградить Брюса от обжигающего внимания прессы, но при этом через соцсети держать преданных фанатов в курсе изменений в его состоянии.
Эта же книга посвящена невероятному творческому наследию, которое оставит после себя Уиллис. Уроженец Нью-Джерси ворвался в Голливуд, подобно астероиду из «Армагеддона». Его вклад в индустрию был очевиден с той самой минуты, когда он обмотал пожарный шланг вокруг пояса и прыгнул с крыши небоскреба «Накатоми-плаза». В 1988 году, после выхода «Крепкого орешка», Уиллиса спросили, не боится ли он застрять в амплуа героя боевиков из-за оглушительного успеха фильма.
«Мне нравится бросать себе вызов. Заставлять себя пробовать новое, – ответил актер. – Больше всего пугает то, что, когда пробуешь новое, легко провалиться. Но это единственное, что я могу сделать, чтобы продолжать расти как актер» [23].
Уиллис всегда преподносил зрителям неожиданности, особенно когда индустрия пыталась вписать актера в один ряд с коллегами по Planet Hollywood, рассуждая о его голливудском наследии. В конце концов, этот парень из рабочего класса переосмыслил образ героя боевиков 1980-х, доказав и зрителям, и студийным боссам, что не обязательно быть похожим на мраморную античную статую, чтобы одерживать верх.
Сталлоне никогда не считал, что они с Уиллисом претендовали на одни и те же роли или даже пытались подражать друг другу в боевиках. «Все наши персонажи были абсолютно не похожи друг на друга и уникальны. Например, я бы не смог сыграть Терминатора. Я это понимаю, – говорил Сталлоне. – Так и герой Брюса в „Крепком орешке“ – совершенно особенный. Можно попытаться провести параллели с Рэмбо, но будет неправильно. У него совершенно другой типаж. Думаю, каждый из нас нашел свою нишу, и, по правде говоря, они не так уж и пересекаются» [24].
В то время как Сталлоне и Шварценеггер с развитием своей карьеры выбирали более безопасные проекты, Уиллис чаще рисковал. Наряду с сиквелами «Крепкого орешка» и типичными боевиками он сознательно осваивал неожиданные жанры, расширял аудиторию, продвигал начинающих режиссеров и испытывал собственное актерское мастерство. Именно поэтому его неизбежный уход вызвал шок в индустрии, которая, возможно, слишком долго воспринимала Уиллиса как данность.
Актер без колебаний доверял себя опытным режиссерам, даже когда материал выходил за рамки его амплуа. Роб Райнер выбрал его и Мишель Пфайффер на роли в безжалостно откровенном исследовании разваливающегося брака в фильме «История о нас». Уиллис высмеивал собственный преувеличенный статус звезды Голливуда, сыграв уморительно точную пародию на самого себя в камео в «Двенадцати друзьях Оушена» Стивена Содерберга. Он сделал ставку на новаторский талант Роберта Родригеса, когда режиссер «Отчаянного» экранизировал графический роман Фрэнка Миллера «Город грехов» в стильной черно-белой эстетике.
Постепенно Уиллис оказался в эпицентре бума «выпускников киношкол» 1990-х благодаря роли в «Криминальном чтиве» Квентина Тарантино – шедевре, вдохновившем целое поколение режиссеров (и породившем бесчисленных подражателей Тарантино). В середине 1990-х, когда студийные боссы гнались за трендом на эффектные фантастические блокбастеры, Уиллис поддерживал как бунтарей-визионеров (Люка Бессона с «Пятым элементом», Терри Гиллиама с «12 обезьянами»), так и коммерческих трудяг (Майкла Бэя с «Армагеддоном»).
Мало кто из коллег Уиллиса, за исключением, пожалуй, Харрисона Форда, может похвастаться таким диапазоном ролей. Его бесстрашный подход к выбору проектов принес ему коммерческий успех, востребованность и уважение. А его творческие «отклонения от маршрута» подарили нам экспериментальную научную фантастику, провокационные драмы для взрослой аудитории и достойные наград работы с прославленными авторами – фильмы, ставшие любимыми для многих за последние тридцать лет.
Раздел первый
Комедии Брюса Уиллиса
…или бы ты предпочел быть рыбой?[2]
Как отметил режиссер «Клерков» Кевин Смит, раннего Уиллиса лучше всего сравнивать не с Чаком Норрисом, Жан-Клодом Ван Даммом, Арнольдом Шварценеггером или Сильвестром Сталлоне, а с Биллом Мюрреем – долговязым комиком с вечно растрепанной шевелюрой, чье безупречное чувство юмора скрывалось за шутовским обаянием. Некоторое время Уиллис буквально повторял карьерный путь Мюррея: оба сначала обрели популярность на ТВ, затем начали получать
