На чужой земле - Максим Шторм

листочек, намедни принесенный верным секретарём Никиткой. Список лиц из приезжих, имеющих разшение на посещение Лютограда в любое время дня и ночи. И, как он и ожидал, в этом списке фигурировала фамилия, которую Лопухин ожидал подспудно увидеть. Да что там ожидал, знал, что она в нем будет.

Барон Вениамин Рыков. Младший сын главы одного из Великих двенадцати аристократических Домов Империи. Не самый значимый в иерархии высших дворян, но с поддержкой никого иного, а графа Властимира Перумова. А тот уж точно входил в пятерку самых важных и влиятельных людей в государстве.

Лбтоград находится очень далеко от Столицы Империи. На самых северных рубежах. Страна огромна. И новости сюда, на фронтир, доходят с большим опозданием. Но Лопухин старался всегда держать руку на пульсе всех самых важных событий, в том числе и столичных. У него были свои знакомства во многих ведомствах. Он регулярно переписывался с давними друзьями, исправно получал почту.

И был знаком с особенностями некоторых раскрытых и нераскрытых преступлений, совершенных в огромной метрополии. И давно пришёл к одному выводу. То, что можно спрятать там, пользуясь невероятными размерами и плотностью населения Новограда, в любом другом городе обязательно всплывёт и будет привлекать к себе внимание. Иными словами, некоторые злодейства могут пройти относительно незамеченными в громадном столичном мегаполисе, но только не в провинции.

И если убийства, подобные тем, что за последнюю неделю произошли в Лютограде, для Столицы лишь одни из прочих, то здесь они сразу же выбиваются из картины привычного криминального мира.

И так же Лопухин был осведомлён о окружающих Венимамина Рыкова слухах. Завзятый дуэлянт, самовлюблённый, вспыльчивый, жёсткий и самоуверенный. Но при этом храбрый боец, преданный делу Часовой и верный сын своего отца. Однако…

Лопухину было известно и то, что особо не афишировалось в высшем свете Столицы. Или же на что многие предпочитали просто закрывать глаза.

Рыков имел крайне нехорошие дурные привычки. Садитские наклонности и явно неуравновешенную психику. Болтали, что он не раз и не два оказывался замешан в крайне дурных и тёмных делишках в Столице. Разумеется, ему с его положением все сходило с рук. Да и прямых улик, как всегда, недоставало. Но кое-кто умел складывать два и два. Умел и Александр Лопухин.

И ему очень не нравилось то, что может происходить и дальше, пока три огромных боевых крейсера императорского флота находятся в воздушной гавани Лютограда. Убийства будут продолжаться. Страшные, жестокие и бесчеловечные. А он ничего не сможет сделать. Если только не сумеет изловить мерзавцев с поличным, что очень сложно.

Все ж таки, заметно уступая Столице, Лютогоад очень крупный город. Да и думалось Лопухину, что преступникам кто-то помогает. На Дне всегда найдутся негодяи, готовые за звонкую монету и мать родную продать.

В жутких преступлениях Лопухина беспокоил ещё один факт. Полное отсутствие свидетелей. Никто ничего не видел, не слышал. Хотя в домах жертв происходило страшное. Вот и получается, что, возможно, без ворожбы-то и не обошлось… Или среди лиходеев есть чародей или… Или здесь замешаны наследные Способности высшего аристократа, самые сокровенные секреты которых дворяне оберегают пуще собственных денег.

— Никитушка, голубчик мой, а ну-ка изволь заглянуть сюда! — громко позвал Лопухин, приняв наконец решение. — О, явился, как будто только и ждал, когда позовут! Али за дверью таился да подсматривал?

Секретарь, не зная, что и сказать, открыл как вытащенная из воды рыбина рот. Вроде и ругает начальник, а вроде и хвалит за расторопность.

— Дык это, ваше благородие, я ж на своём рабочем месте завсегда нахожусь… Всегда готов служить и…

— Друг мой любезный, организуй-ка мне встречу с графом Василием Кулагиным, — прерывая лепет близоруко щурившегося Никиты, задумчиво протянул Лопухин. — И желательно, чтоб в течение завтрашнего дня у тебя все срослось. Уж изволь, голубчик, расстараться.

Резко кивнув, секретарь поедом уставился на начальника и дождался заветных слов.

— Уф, заработались мы что-то с тобою, и честь пора знать. Собираемся по домам, милейший. А встречу со столичным следователем организуй во что бы то ни стало. Иначе отправлю улицы патрулировать в качестве назидания, чтоб разницу разумел между сидением в кабинете и службой простого солдата.

Не обращая внимания на вытаращенные глаза помощника, главный стражник задумчиво посмотрел мимо него.

* * *

— Будь осторожен, Франк. Там, где был замечен один змеевик, может оказаться и второй и третий. На редкость мерзкие твари. Хитрые, сильные, быстрые. Впрочем, не мне тебе объяснять.

Говоривший вытащил из кармана дорогого сюртука похожую на массивные карианные часы с крышкой вещицу и передал внимательно его слушающему собеседнику.

— Держи, держи. Там, где может подвести чутьё, прибор точно не ошибётся.

— Это лишнее, доктор, — пробасил Франк, тем не менее принимая блестящую бронзовыми гранями штуковину на длиной стальной цепочке в здоровенную лапищу и пряча в бездоных недрах черного плотного дорожного плаща. — Уверены, что на эту ночь я вам не понадоблюсь?

Один из самых знаменитых врачей Столицы тихо рассмеялся.

— Мой друг, ты как курица-наседка. Пустое. Уж до рассвета я как-нибудь продержусь. Сомневаюсь, что хозяин этой гостиницы спит и видит, как бы втихую перерезать мне глотку и обчистить карманы. Лютоград при всей его отдалённости от цивилизованных земель хороший город. С пришлыми чудовищами достойно справляются местные Часовые. С другими… Им поможем мы.

Франк молча кивнул и повернулся к выходу из просторных и дорого обставленных апартаментов. Они заселились на все время пребывания в Лютограде в одной из самых лучших гостиниц города. В на самом деле хорошем и мирном районе. Но Франк всегда был подозрителен и всегда ожидал худшего. И не доверял никому. И помимо прочего имел множество уникальных талантов. Поэтому и был, наверное, лучшим Джаггером за всю историю.

— Возьми экипаж, быстрее обернёшься.

Приостановившись на пороге, одетый в непроницаемый дорожный плащ с наброшенным на голову капюшоном, великан повернулся в сторону сидящего подле растопленного камина в мягком глубоком кресле человека и пророкотал:

— Не стоит, доктор. Вы же знаете, как я работаю.

— Действуй аккуратно, — попросил доктор. — В той дыре и помимо иных существ может таиться опасность. По слухам, это самый настоящий вертеп. Одно из худших мест городского Дна.

Франк зловеще усмехнулся из-под под капюшона и сверкнул ослепительно зелёными глазами.

— Я им всем не завидую.

Глава 23

Я просидел в пропахшем пылью и временем каменном склепе, среди спрятанных в металлических ящиках и дубовых, окованных железом, сундуках сокровищ до самого утра.

Адская машина, полная невероятной силы, первозданной энергии Хаоса, находилась рядом со мной. Такая же бездушная,