за трусость. Пугаться было чего: крылья, безносые, безгубые морды, чешуя вместо кожи. И вдобавок ко всему они пронзительно верещали и свистели, так что в ушах закладывало и кровь холодела в жилах. Словно ногтем по стеклу, но куда противнее. От одного этого визга можно было наделать в штаны.
Но как раз из-за визга Максим и остался стоять на месте. Пониматель добросовестно переводил его содержание, потому что никакой это был не визг, а речь летунов!
– Ходуны снова пришли! Сколько можно, Ззу? Они хотят отобрать у нас и эту долину!
– Да, Ззу, это разведчики. Они ищут подступы к городу. Может быть, схватить их?
– Хочешь схватить их, Цссо? Посмотри, что надето на том ходуне.
– Это похоже на одежду пастухов… Если ходуны призвали их на помощь, нам не сдобровать.
– Нет, ходуны боятся пастухов не меньше, чем мы…
– Но тогда кто это такой? Ззу, нужно начать эвакуацию города, пока не поздно!
Уши Максима болели от свиста кружащих над головой существ. Он замахал им руками:
– Эй, не бойтесь! Мы не собираемся нападать на ваш город! – И на всякий случай спросил: – Кто-то из вас понимает мои слова?
При первом же взмахе его рук существа поднялись выше и загалдели пронзительней:
– Ззу, что он делает?! Почему он машет руками?
– Он раскрывает пасть! Ззу, они нас всех сожрут!
Тот, кого называли Ззу, молчал. Кружил, пристально разглядывая юношу. А потом вдруг спикировал чуть не к самой земле, просвистел:
– Я понимаю твои слова. А ты мои понимаешь?
– Конечно! Только разговаривай тише, у меня уши болят!
Летун свечой взмыл вверх, крикнул своим соплеменникам, чтобы возвращались в город. И сразу же спланировал вниз. Упал на землю в трех метрах от Максима.
Не упал, опустился на ноги. Они у него были короткие и кривые, не приспособленные для бега. И руки короткие, но, в отличие от ног, мускулистые, сильные. А крылья ловко свернулись за спиной, превратившись в большущий рюкзак.
Летун, переваливаясь с ноги на ногу, подошел к Максиму. Просвистел, старательно регулируя децибелы:
– Я Ззу, страж Города Радужной долины.
– А я Макс, Странник по мирам. Можно тебя кое о чем спросить?
– Я слушаю.
Летун внезапно опустился на колени. Максим растерялся было, но тут же сообразил – сидеть в другой позе ему крылья за спиной не позволяют. Улыбнулся и сам присел на теплый, нагретый солнцем камень.
Ззу оказался очень удачным собеседником. На вопросы отвечал точно и умно, не пытался юлить. Сам же, узнав, что Максим и его спутники попали в его мир лишь несколько часов назад, расспросами не докучал. Единственным недостатком беседы было то, что от чересчур высоких звуков в висках ломило. Но с этим можно мириться. Зато за полчаса Максим услышал о секторе столько полезного, сколько вряд ли узнал бы любым другим способом.
Крылатые существа называли себя вранами. А вот для своего мира название они никогда не придумывали. Для них он был «Наш мир», зачем же какое-то название? Разумеется, они прекрасно знали, что за лазоревыми и пурпурными спиралями находятся другие миры, одни почти как их собственный, другие – абсолютно не похожие. И уж подавно это знал Ззу, сбежавший когда-то от криссов-пастухов. Но такой уж характер был у этих существ – не любопытны, довольствуются своим миром, никого не трогают и хотят одного – чтобы их тоже не трогали.
Пять поколений назад вранов тронули. Да еще и как тронули! В их мир пришли другие разумные. Бескрылые, несуразные, способные передвигаться только на двух нижних конечностях. Ходуны, одним словом. Но при том – свирепые и кровожадные. Сначала их было немного – не более тысячи особей. Откуда они взялись, враны не знали. Просто однажды обнаружили у себя под боком неожиданных пришельцев, но значения этому не придали. Ходуны построили собственный город, сгубив для этого много деревьев. Враны не пытались им помешать. Мир велик, в нем хватит места для всех.
Но ходуны думали иначе. Они не желали питаться личинками насекомых, кореньями, древесной корой, как испокон веков поступали враны. Они жили охотой, и в поисках добычи шли все дальше и дальше. К тому же они оказались достаточно плодовитыми, утраивая, а то и учетверяя свое поголовье в каждом новом поколении. Им требовалось все больше пищи. И однажды они поняли, что детеныши и яйца вранов – тоже пища. И тогда разразилась война.
Вернее, это была не совсем война. Ходуны охотились, добывая пропитание своим детенышам, заодно вытесняя исконных обитателей этого мира. Враны отбивались, защищая своих детей и свои жилища. Но суть от этого не менялась. Уже несколько поколений две разумные расы истребляли друг друга.
– И вы ни разу не пытались договориться?! – не выдержал Максим.
– Трудно договориться, когда враны не способны слышать издаваемые ходунами звуки, а для ходунов голос вранов страшен и омерзителен.
– Но пониматели…
– За пять поколений я первый из вранов, кому посчастливилось сбежать от пастухов. А ты – первый среди своих соплеменников.
– Да нет, я не первый… – возразил было Максим. И осекся.
Слушая рассказ Ззу, он вылепил для себя образ кровожадных ходунов: видел их похожими на гвыхов. А сейчас с безжалостной ясностью понял: да нет же, никакие ходуны не гвыхи! Это люди! Люди пришли в этот мир и принялись переделывать его по своим законам. Но ведь люди не свирепые и не кровожадные? Если они и правда все это творят, то исключительно потому, что не понимают смысла своих поступков!
– Нет, нет, подожди! Это наверняка ошибка. Если бы они знали, что вы – разумные существа, они бы не стали на вас охотиться.
– Они видели наши города…
– Все равно! Я им объясню, и эта дурацкая война закончится. Где живут люди?
– В той стороне. – Ззу показал рукой вдоль береговой линии. – Если ты сможешь умиротворить своих соплеменников, враны будут чтить тебя, как величайшего мудреца. Ты можешь просить у нас любую награду за этот труд.
– Да ничего мне от вас не надо… – запротестовал Максим.
И спохватился. Кое-что ему было надо от крылатых обитателей этого мира. Они ведь наверняка знали его вдоль и поперек – в отличие от пришельцев-людей.
Ззу выслушал его просьбу и согласился не раздумывая. Разумеется, враны облетят свой мир, найдут все лазоревые и пурпурные спирали, подробно опишут их великому миротворцу. Максим
