освободиться! В этих мозгах спрятан ключ. Мой ключ!
Морфеус усмехается, с трудом превозмогая боль.
АГЕНТ СМИТ
Как только Сион будет уничтожен, мне больше не нужно будет мучиться здесь. Ты это понимаешь?! Мне нужен ключ! Я должен попасть в Сион! Ты должен назвать ключ!
Агент Смит сжимает свои пальцы, вдавливая их в голову Морфеуса.
АГЕНТ СМИТ
Назови ключ! Скажи мне его!
А вот другой фрагмент того же допроса.
Агент Смит сидит в небрежной позе напротив сгорбленного Морфеуса, который по-прежнему потеет и дрожит.
АГЕНТ СМИТ
Я хочу поделиться открытием, которое совершил, пока находился здесь. Когда я попробовал классифицировать ваш биологический вид, то понял, что люди — не совсем млекопитающие...
Данные продолжают хаотично распределяться по монитору.
АГЕНТ СМИТ
Всякое млекопитающее на этой планете инстинктивно развивается в естественном равновесии с окружающей средой. Но вы, люди, делаете не так. Нет! Вы захватываете территорию и размножаетесь, размножаетесь, размножаетесь, пока не исчерпаете все природные ресурсы. Ваш единственный способ выживания — захват новой территории.
Агент Смит наклоняется вперед.
АГЕНТ СМИТ
Есть другой организм на этой планете, который действует схожим образом. Вирус!
Агент Смит улыбается.
АГЕНТ СМИТ
Люди — это болезнь, раковая опухоль планеты! Вы — чума! А мы... лекарство!
Оба монолога — идеальный пример «Правдивых мотивов». Оцените креативность Вачовски: компьютерная программа называет людей «вирусом» и стремится их уничтожить, чтобы наконец-то... отдохнуть. Перевертыш!
Можно ли было сделать «Матрицу» без «Правдивых мотивов»? Думаю, да. Но это повлияло бы на восприятие фильма. Зритель испытает разочарование от просмотра, так как сила, противостоящая герою, полностью обезличена. Почему Системе так важно уничтожить Нео? Чтобы не мешал собирать электричество спящих людей? Не думаю, что это увлекло бы зрителей. Дать роботу «человеческий» мотив — усталость, ненависть, мотивацию «санитара Матрицы» — вот это прекрасная идея.
24. Обязательная сцена
Термин я впервые встретил в книге Александра Наумовича Митты «Кино между адом и раем»: «Обязательная сцена (курсив мой. — О. С.) вырастает в конце прогрессии усложнений как решающая схватка героя и антагониста, как самое эмоциональное событие фильма. Она выражает коренную идею фильма. В ней сталкиваются тема и контртема в своем максимальном развитии... Рай победы и ад поражения... предельно сближены. Победил — и ты в раю, проиграл — ты в аду»[7].
Если в фильме нет никаких драк, такой «схваткой» может быть разбирательство в суде. Или откровенный разговор подчиненного со своим начальником. Или — герой (героиня) наконец отваживается выяснить отношения с отцом-тираном. Фильму необходимо противостояние главного героя и его основного соперника. В «Матрице» ключевой конфликт выражен прямолинейно. События развиваются следующим образом.
После того как Нео и Тринити спасли Морфеуса, они спешат с крыши гостиницы на одну из станций метрополитена. Там расположен городской телефонный автомат, к которому подключился оператор. У героев есть возможность «вынырнуть» из Матрицы, вернуться в реальный мир — Тэнк, сидя в «Навуходоносоре», открыл им канал. Герои спускаются на заброшенную станцию метро. Первым возвращается Морфеус. Вторым — Тринити. Неожиданно появляется агент Джонс, который выстрелом из пистолета уничтожает трубку городского телефона, отрезав Нео путь к отступлению. На безлюдной станции метро завязывается ожесточенная драка Нео и агента Смита...
Как правило, поединок во время «обязательной сцены» выглядит в жанровых фильмах следующим образом: три четверти сцены плохиш колошматит хорошего героя. Он заметно превосходит его силой. Кажется, что хороший сейчас отдаст концы. Но неожиданно... к хорошему возвращаются силы. И протагонист, используя орудие казни, которым антагонист хотел его убить, делает так, что антагонист казнит сам себя. «Не рой другому яму, сам в нее попадешь»!
Крепко сжав шею Нео, агент Смит подтаскивает его к краю платформы, рассчитывая, что прибывающий на станцию поезд снесет голову сопернику. Но Нео, проявив чудеса ловкости, делает так, что оба падают на железнодорожные пути. Нео успевает запрыгнуть на платформу. Электричка давит агента Смита. Поезд экстренно тормозит. Но выясняется: агент Смит снова цел и невредим. Он использовал во время драки тело другого обитателя Матрицы...
Возвращаясь к разговору, который мы завели в самом начале разбора «Матрицы», зададимся вопросом: зачем «обязательная сцена» в кинокартине разбита на три части? Сцена на крыше, сцена в метро и еще одна сцена — в гостиничном номере. Пытаясь найти ответ на этот вопрос, я пришел к выводу: авторы пытались подчеркнуть, насколько сложно в виртуальном мире победить саму компьютерную программу, создавшую мир Матрицы.
Однако возможна еще и такая интерпретация: кинофильм работает с тремя пространствами внутри истории, и они поразительным образом повторяются — сжато — в кульминационном эпизоде. Сюжет делает кольцо: начавшись в гостиничном номере заброшенного отеля, он в этом самом номере отеля и завершается. Это тот самый путь, который Кэмпбелл и Воглер называют «Возвращение домой». Вот как это выглядит схематично:
Увидев, что агент Джонс снова невредим, Нео бросается бежать. Он выхватывает у прохожего на улице телефон. Нео звонит Тэнку. Они договариваются, что Тэнк откроет канал в гостинице, адрес которой хорошо известен Нео. Молодой человек спешит покинуть мир Матрицы, уворачиваясь от выстрелов агентов, которые преследуют его по пятам, «надевая» на себя тела прохожих.
Тем временем на борту «Навуходоносора» срабатывает аварийная сигнализация, которая предупреждает о приближении «охотников»: механизмы, похожие на гигантских медуз, ищут повстанцев, ориентируясь на электромагнитное поле «Навуходоносора». Героям надо заглушить двигатель корабля, чтобы спастись. Но они не могут это сделать, так как это будет означать верную смерть для Нео.
В итоге молодой человек добирается до заброшенной гостиницы. Ему нужен номер 303. Он бежит по коридору, врывается в номер и... натыкается на агента Смита, который ждет его с оружием в руках. Смит стреляет Нео прямо в грудь...
25. Копай глубже (Dig Deep Down)
Нео убит. Все пропало! Изрешеченный пулями лжеМессия оседает на пол... А в это время «медузы» лазерами режут обшивку «Навуходоносора», чтобы проникнуть внутрь.
«Копай глубже» (Dig Deep Down) — это, по сути, точка кризиса внутри «обязательной сцены». Мы должны по максимуму «дожать» зрителя эмоционально, убедив его в проигрыше протагониста. Надо коснуться дна отчаяния, прежде чем поднять зрителя вверх, к победе, вывести на пик эйфории. Термин «Копай
