поговорил с ним, повернулся снова и, с рукой, поднятой в знак мира, пошел к всадникам; несомненно, это был Две Совы, который шёл пригласить их в лагерь. Они спрыгнули с лошадей, и он поприветствовал их, обняв и поцеловав сперва Маленькую Выдру, потом Синюю Краску, в той же старинной сердечной манере приветствия. Сделав это и обменявшись несколькими знаками, они повернулись к лагерю и прошли вдоль обеих его сторон, ведя своих лошадей; женщины следовали за ними со свободными лошадьми. Мы могли слышать шум приветствий и слова часовых, пока они расступались, чтобы дать им пройти в лагерь.
Все старики, старухи и дети вышли из своих вигвамов, внимательно глядя на маленький отряд. Питаки, заметная в своём красном платье, стояла рядом со свой пленительницей. И тут Маленькая Выдра, желанный гость в этом лагере, приблизился к ней. Вот досада! Хотя она его и ненавидела, постоянно отвергая его предложения, он всё же принадлежал к её народу, и я подумал, что сейчас она позовёт его, бросится к нему, будет умолять его освободить её и делать с ней всё, что он захочет. Но нет! Она осталась неподвижной, словно не узнавала его, и он, казалось, не замечал его присутствия, хотя не мог её видеть, если только не был слеп. Но ведь он появился здесь, чтобы забрать её себе. Я не мог понять, в чем заключается его план.
Ещё один из часовых присоединился к вновь пришедшим. Они направились к вигваму, соседнему к северу с вигвамом вождя, и мужчины вошли в него; женщины Синей Краски спешились и начали разгружать своих вьючных лошадей.
– Раз уж в вигваме Двух Сов траур, они остановятся в вигваме его брата, Бегущей Куницы.
– Я пойду вниз. Сейчас, прямо сейчас, – сказал я.
– Я тоже, – сказали Сайи и Сахта.
– Они приветствовали Маленькую Выдру. Я совершенно уверен, что и нас они примут, – сказал Красный Рог; он поговорил со Священным Ходоком, и тот знаками и словами сказал:
– Хорошо. Я пойду с вами.
Мы пробрались к своим лошадям, сели на них и отправились кружным путём через лес к тропе, по которой пришли Маленькая Выдра и Синяя Краска, и по ней двинулись к лагерю. Красный Рог сказал:
– Мы дадим им знать о своём появлении. Сейчас, вы все, пойте песню мира пикуни, «В этот хороший день мы пришли к вам с дружбой…»
Мы спели её с большим желанием, закончили, и потом Красный Рог и Священный Ходок затянули песню мира кутенаи, и с неё мы выехали из леса. Никогда за всю свою жизнь я так не нервничал и так не ожидал того, чем всё закончится.
Тут, перед нами, стояли часовые, с оружием наготове, готовые стрелять и не стреляющие, как я правильно предположил, только из страха перед Священным Ходоком; их вождь, Две Совы, знаками велел нам убираться, обрушив на нас поток злобных слов. Я посмотрел на находившийся за ним лагерь; люди глазели на нас, Питаки в красном платье нигде не было видно, не мог я видеть и Маленькую Выдру и Синюю Краску. Что делают эти двое? Может быть, ссорятся из-за неё? А я бессилен что-либо сделать! Эта мысль была невыносима.
Как позднее узнал я от Красного Рога, Две Совы крикнул нам:
– Священный Ходок, возвращайся, откуда пришёл, ты и те что с тобой. Мы не заключим мира с вашим племенем, потому что Большой Вапити сегодня убил моего сына и ранил его друга, который охотился вместе с ним.
– Послушай, Две Совы! – сказал Священный Ходок. – Мы лишили Большого Вапити звания вождя, сделали своим вождём Крик Ворона. Мы пришли от него, от всего племени, кроме Большого Вапити и нескольких его родственников, пришли просить тебя заключить с нами мир. Ради своих женщин и детей, ради твоих женщин и детей мы просим об этом.
– Он больше не ваш вождь, этот Большой Вапити? – сказал Две Совы. – Ха!
– Он нам больше не вождь, – сказал Красный Рог. Он плохой человек; он лжец. Он сказал, что он и его друзья идут в набег на Ворон. Они ушли, направляясь на юг. На следующее утро его женщина смеялась над нами, говоря, что он пошёл на север, чтобы убить тебя. Мы последовали за ним быстро, как только смогли, чтобы нагнать его и вернуть, но не смогли его найти.
– Две Совы! – сказал Священный Ходок. – Посмотри на остальных, которые пришли со мной и Красным Рогом: это Сахта, Сайи, сын Хромого Бизона, и Голова Орла, белый пикуни. Они пришли к тебе от вождей пикуни, которые просят тебя заключить с ними мир, переходить Хребет и зимовать с ними, убивать столько бизонов, сколько им нужно. Хотя члены твоего племени нанесли им обиду, убили мать Сайи, захватили его сестру, они всё же просят заключить с ними мир.
– Они первыми поступили плохо: совершили набег на мой лагерь, убили нескольких моих людей, угнали много лошадей, – сказал Две Совы.
– Кайна, не пикуни, сделали это, – сказал Красный Рог.
– Кайна, пикуни, сиксика – все они один народ, – сказал Две Совы.
– Но вы только что приветствовали одного из пикуни, который носит имя Маленькая Выдра… – сказал Священный Ходок.
– Да. Но он в ссоре со своим народом; он навсегда его покинул и пришёл, чтобы жить с нами, – сказал Две Совы.
– Он солгал тебе, – сказал Красный Рог. – Он здесь для того, чтобы захватить девушку-пикуни, пленницу в твоём лагере.
– Что? Что? – воскликнул Две Совы.
– Две Совы, это правда, – сказал Священный Ходок. – Две вещи хочет он сделать: убить Голову Орла, которого уже ранил, и убежать с девушкой, которая его ненавидит. Но давай закончим этот спор. Ты можешь иметь мир, много бизонов, счастье для своего народа, или же много неприятностей. Сделай свой выбор.
– Ты хорошо меня знаешь. Ты знаешь, что я всегда стою за мир, за дружбу между всеми нашими племенами. Давай пойдём в лагерь и поговорим об этом, – сказал Две Совы.
– Мы выжили! Нас пригласили в лагерь! Всё идет так, как мы хотели! – воскликнул Красный Рог, обращаясь к нам троим.
Две Совы сказал своим людям, что они могут разойтись, поскольку отряд Большого Вапити, несомненно, уже на пути к дому. Мы двинулись к лагерю, до которого было примерно триста ярдов: вождь ехал верхом между Красным Рогом и Священным Ходоком, которые так и не спешились, мы втроём двигались бок о бок позади них, а за нами шла толпа мужчин.
Перед самым лагерем стояла длинная линия их женщин, детей и
