Чайный дворец - Элизабет Херман

class="p1">– Нейпир – наш новый суперинтендант. После роспуска Ост-Индской компании ему поручено вести переговоры с китайцами от имени британской короны. И, как говорят, он не отличается мягкостью. Кроме того, он считает, что Китай нужно «спасти» от его отсталости. А начать, конечно, со свободы торговли.

Роберт с хмурым видом посмотрел на фрегаты.

– То есть «мы» – это иностранцы. Торговцы опиумом? – уточнила Лене.

Он опустил голову, избегая ее взгляда.

– Не все такие.

Его рука сжалась и разжалась, как будто он пытался снять напряжение последних часов. Затем он снова взялся за весло.

– Вон там, рядом с голландцем, стоит «Водяная ведьма», опиумный клипер, – сказал он, кивнув в сторону стройного парусника, спрятавшегося в тени большого корабля. – Если повезет, ты еще сегодня встретишь Натаниэля Валлича и Джорджа Гордона. Похоже, они почти готовы к отплытию.

Парусник окружали лодки, какие-то из них были привязаны к его борту.

– Опиумный клипер? – спросила Лене.

Роберт погрузил весло в воду и коротким свистом вернул Чжиху на место.

– Эти рейсы нужно как-то оплачивать. Валлич – управляющий ботаническим садом Ост-Индской компании в Калькутте. Посмотрим, что он скажет о нашей добыче. – Он похлопал по мешку, который все еще не высох. – Может, это новый вид, и он даст ему имя. «Бренни-чай». Или «Святая Лини», но на латыни. У него есть такое право. Спроси сама.

Настроение Роберта заметно улучшилось.

Чем ближе они подплывали к стоянкам торговых судов, тем меньше казалась их лодка. Голландец вообще был огромен.

Наконец они добрались до клипера, который как раз принимал последние запасы. Худые рабочие с суровыми лицами крепили мешки и с помощью лебедки поднимали их к грузовому люку.

– Приветствую!

Роберт махнул квартирмейстеру, который, закончив отдавать приказы, наклонился через борт с вопросительным взглядом.

– Мы друзья мистера Валлича. Он на борту?

Крепко сложенный моряк с косматой бородой, на котором была взмокшая рубашка с закатанными рукавами, неохотно кивнул.

– Кто его спрашивает?

Роберт повернулся к Лене и одарил ее ослепительной улыбкой.

– Роберт Стерлинг из Берик-апон-Туид и… – Он оглядел на своих спутников. – Мои друзья.

Чжиху засиял. Лене отложила весло, вытянула уставшие ноги и откинулась назад, прикрыв глаза. Усталость давила на нее с новой силой, но они это сделали. Они сбежали, да еще и с мешком «Инь Чжень» – самого ценного и охраняемого чая Китая.

Кто-то коснулся ее лодыжки. В свете солнца она увидела лицо Роберта, склонившегося над ней.

– Будет ли столь почтенная миссис Бренни так добра, чтобы подняться со мной на борт «Водяной ведьмы»?

Раздался громкий звук, и перед ее лицом закачалась веревочная лестница. Наверху у перил уже собрались матросы, с интересом наблюдавшие за странной компанией, собирающейся подняться на борт.

Появился какой-то человек. Он был одет в костюм, жилет и рубашку с высоким воротником, известным как «отцеубийца», дополнял картину темный галстук. Костюм выглядел немного потрепанным, но тем не менее его обладатель стоял наверху с гордым видом, который говорил о том, что ради моды и приличий он готов терпеть все. Ему было жарко, и он аккуратно промокал лоб шелковым платком. Хотя он был слишком далеко от них, чтобы разглядеть его лицо, осанка говорила о высокомерии ученого, который далеко не всем дарит свое драгоценное внимание. Но вдруг что-то в нем изменилось.

– Роберт? – воскликнул он голосом, который почти сорвался на фальцет.

Шотландец выпрямился и помахал ему рукой.

– Мистер Валлич! Я хочу сделать вам предложение, от которого вы не сможете отказаться!

Вскоре рубашка Чжиху с чайными семенами лежала на толстом восточном ковре. Пока Натаниэль Валлич вел их в свою каюту, Роберт шепнул Лене, что перед ней член Прусской академии наук и множества других престижных учреждений, врач и ботаник, автор известных трудов, таких как Flora Indica. Ученый взял горстку семян, поднес ее к носу, затем подошел к мутному иллюминатору, прокатал семена между пальцами и пересыпал из ладони в ладонь, прежде чем передать Джорджу Гордону.

Джордж Гордон был полной противоположностью Валлича: пухлые красные щеки, седые кудри, полурасстегнутая рубашка, засаленный шейный платок и широкие штаны. В отличие от осторожного Валлича он действовал более решительно: раскусил одно из семян, выплюнул содержимое в ладонь и внимательно осмотрел.

Но было очевидно: оба знали, с чем имели дело.

Роберт внимательно следил за каждым их движением.

– Какой, говорите, это сорт? Camellia sinensis?[51] – спросил Валлич. – Да-да, согласен, и мне кажется, это подвид dehungensis.

Когда Натаниэль Валлич не был охвачен возбуждением, его голос был высоким и носовым, с отчетливым северным акцентом. Верный слуга Ост-Индской компании, он не только объездил почти всю Индию, но также возглавлял экспедиции в Бирму и Непал, а когда не занимался кражей чайных кустов с чужих плантаций, пытался культивировать чай. Недавно он вернулся из длительной поездки по Европе, где посетил множество ботанических садов. Сейчас он направлялся в Ассам, но прежде хотел забрать добычу, собранную в Кантоне его людьми.

Роберт, по-видимому, был его любимцем – Валлич говорил исключительно с ним, совсем не обращая внимания на Лене (впрочем, девушка подумала, что он пытался произвести на нее впечатление своими экспедициями).

Джордж Гордон был представителем нового Чайного комитета в Калькутте и прибыл в Кантон с той же целью – украсть семена или кустики чая. Однако политические события спутали их планы, особенно два британских фрегата с двадцатью восьмью пушками на борту, с помощью которых Уильям Нейпир намеревался раз и навсегда покончить с опиумной торговлей.

«Водяная ведьма» была загружена чаем, но только тем, что удалось купить в последнюю минуту. По непомерно высоким ценам, как заметил Валлич, ведь сезон сбора давно закончился. Помимо чая, на борту находились пряности, шелк и местные художественные изделия.

Лене узнала это, пока господа рассматривали добычу. Чжиху не разрешили войти в каюту – его сразу отправили на нижнюю палубу.

– «Инь Чжень», сэр, – сказал Роберт, слегка поклонившись. – Серебряные иглы с плантаций Ма И на горе Байюнь.

Валлич поднял брови, и Лене подумала, что его плоское лицо, возможно, выглядело бы менее страдальческим, если б он носил что-нибудь полегче в такую жару.

Гордон, тяжеловесный и потный, подошел к лакированному столику, налил себе виски и, не предложив гостям, сделал большой глоток, после чего громко воскликнул:

– Ма! – Его голос звучал так, будто он хотел докричаться до лорда Нейпира через пролив. – Знаю его. Как, черт возьми, вам удалось заполучить его чай?

На губах Роберта мелькнула улыбка.

– Скажем так, чай сам нашел нас.

– Роберт Стерлинг! Чертов дьявол! – рассмеялся Гордон, кивнул с широкой улыбкой и допил виски одним глотком. – Понятия