Алексей вовремя опомнился. Он не отступил, не побежал, не поддался врагу. Поняв, что не может сейчас застрелить противника, юноша поднял руку с револьвером над головой. Как только полицай вцепился в него, чтобы сбить с ног, он дважды ударил рукояткой «нагана» сначала в висок, а потом в затылок. Тот сразу же потерял равновесие, ноги его подкосились, а хватка ослабла. Алексей же на этом не остановился. Пока его противник заваливался на бок, теряя сознание, он еще несколько раз, добивая полицая, ударил его по голове и спине.
Дмитрий с Митрофаном тоже в это время, не останавливаясь, вели борьбу с полицаем. Первому из них удалось в какой-то момент вырвать из рук того карабин и вскочить, а второй смог еще несколько раз ударить лежащего на земле противника.
– Отойди! – крикнул Дмитрий, окончательно завладев оружием полицая.
Убедившись, что Митрофан отскочил в сторону, он выстрелил в полицая. Изменник затих.
Трое молодых партизан, только что одержавших победу над врагами в тяжелой рукопашной схватке, с трудом дышали.
– Уходим отсюда! – сказал юный командир отряда.
Он шатался от волнения, переизбытка адреналина в крови, от счастья победы над противником, от запаха крови. Алексей никогда не был драчливым. Конфликты с ровесниками в его жизни не были частыми. И он никогда не начинал их первым, не провоцировал никого, а в драках участвовал только лишь тогда, когда их уже невозможно было избежать и на кону стояла мальчишеская честь. Ходил он за компанию сражаться стенка на стенку с ребятами против таких же пацанов, как и они, из соседней деревни. Но такое бывало нечасто. Довелось ему сойтись на кулаках и после переезда в город, где школьная жизнь и уличные порядки не давали ни одному ученику покоя. И чтобы зарекомендовать себя в мальчишеской среде, приходилось давать отпор хулиганам или уличным задирам. Но, несмотря ни на что, все это было в его жизни в меру. Репутацию отчаянного драчуна он так и не приобрел, хотя какое-то время не отличался примерным поведением и часто хулиганил.
Только что сама судьба преподнесла ему конфликт не на жизнь, а на смерть. Сражаться пришлось не до первой крови или до сдачи противника на милость победителя, как бывало раньше, до войны, в уличных конфликтах. Сегодня ему пришлось убивать, проливать чужую кровь, чтобы выжить самому, чтобы потом иметь шанс драться с врагами дальше и быть готовым снова и снова уничтожать их, если это понадобится.
– Оружие забираем. Где мой автомат? – прокричал Алексей в темноте, еще не придя в себя.
Партизаны не сразу среагировали на слова командира. Они были ошеломлены произошедшими только что событиями не меньше его. Кровь кипела в их жилах, а осознание победы над врагом переполняло их души.
– Чего стоим?! – взбодрил их Алексей новым выкриком.
В это время где-то вдалеке промелькнул свет электрической фары и раздался нарастающий звук работающего мотора.
– Уходим! – прохрипел юноша и подобрал с земли оброненный в драке автомат.
Толкая в спины едва пришедших в себя подчиненных, он повел их в лес, заставляя двигаться в быстром темпе, чтобы не сражаться снова, когда силы были почти на исходе. Нутро каждого переполняли эмоции от результатов похода на городские продуктовые склады, находившиеся под плотной охраной полиции, и рукопашной схватки с пришлыми изменниками, закончившейся очередным кровопролитием.
От света фар проезжавшего мимо мотоцикла с гитлеровскими солдатами на нем им удалось скрыться в темном лесу. Блуждая среди деревьев, Алексей и его подчиненные вскоре нашли некоторые ориентиры, по луне определили примерное направление движения, благодаря чему уже через полчаса блужданий по лесу увидели среди деревьев отблеск пламени костра. Это было место заранее условленной стоянки Михаила. Он распряг лошадь и отпустил ее пастись на лесную поляну. А сам развел огонь, посчитав, что с повязкой полицая на рукаве ему ничего сейчас не угрожает, тем более – ночью.
Алексей, Дмитрий и Митрофан рассказали ему о своих приключениях сначала на складах и в яблоневом саду, а потом по дороге назад. Он слушал их и удивлялся, сколько испытаний выпало на долю его товарищей, целью которых был лишь только поджог одной-двух построек под носом у врага. Но случай преподнес им огромную массу препятствий, начиная с неожиданного появления одного из полицейских начальников, узнавшего Митрофана, что повлекло за собой боестолкновение с активной стрельбой и применением гранат. Затем был трудный путь назад, с преследованием, которое удалось остановить одной точной автоматной очередью, сделанной почти наугад. И наконец – рукопашная схватка насмерть, где победителями вышли партизаны.
– Сейчас спать, – приказал Алексей, – а с рассветом выходим назад, к броду. А то нас ребята уже заждались. Да и полицаи скоро сведут воедино все, что видели и слышали на постах, где мы были. У них в командовании тоже не глупцы работают. Разберутся, откуда мы, и пошлют туда свои отряды.
Михаил, Дмитрий и Митрофан, услышав его слова, сразу прекратили все свои разговоры. Заработанный их командиром всего за несколько дней авторитет действовал безотказно. Через несколько минут его подчиненные принялись готовить себе простенькие постели из веток и лапника, которые уложили под телегу, используя ее корпус в качестве навеса.
Когда забрезжил рассвет, Михаил разбудил всех спящих и начал запрягать лошадь, чтобы начать выдвигаться к месту пребывания остальных бойцов из маленького партизанского отряда. Путь назад не был долгим, но и его нужно было пройти так, чтобы не попасться на глаза противнику и местным жителям, среди которых тоже могли быть поклонники новых порядков, введенных еще в прошлом году оккупационными властями.
– А это еще кто? – с нескрываемым удивлением спросил Алексей у Петра после возвращения к своим позициям возле брода через реку, разглядывая стоявших перед ним пацанов, среди которых своим смущенным видом выделялся тринадцатилетний мальчик Савелий – сын его тетки.
– Пополнение новое, – ответил товарищ, – сами сегодня утром к нам пришли. Наши, деревенские все. Сами в отряд попросились.
– Какое еще пополнение? – возмутился Алексей. – Этим двоим не больше шестнадцати лет. Малолетки. Юнцы совсем.
Кивком он указал на ребят постарше, а потом взглянул на Савелия и произнес:
– А этому и того меньше. Мальчонка совсем.
– Они с оружием к нам пришли. Продукты принесли на первое время, – пытаясь сгладить командирский гнев, произнес Петр.
– С оружием? – изумился Алексей и внимательно посмотрел на ребят.
– Немецкий пулемет с собой принесли. Ящик патронов к нему. Две винтовки и три гранаты, ножи острые, топоры и лопаты, – пояснил товарищ.
– Ну и где же вы все это взяли? – снова обвел своим пронзительным взглядом командир партизанского отряда стоявших
