вилы и косы.
Сразу же после отъезда королевской семьи были арестованы Шуазель, Дама, Гогела и Ромеф. Большинство солдат перешли на сторону народа. Только Реми, унтер-офицер драгун Дама, с четырьмя или пятью товарищами отказались спешиться и заняли оборону у дома прокурора. Горожане не осмелились их тронуть. Это лишний раз показывает, что. мог бы совершить отряд вооруженных гусар и драгун, если бы у их командиров присутствовала решительность и воля.
Вскоре после восьми часов в расположении д'Элона появился Франсуа Буйе, посланный отцом из Стенея обратно в Варенн. Обсудив ситуацию, офицеры решили спуститься к реке, но не решились ни прорываться через забаррикадированный мост, ни попытаться перейти Эр вброд. Более того, в двух километрах ниже по течению имелся другой мост, по которому отряд д'Элона мог перебраться на место, где разворачивались трагические события. Однако ни д'Элон, ни Буйе-младший не подозревали о его существовании.
Когда они вернулись к отряду, там уже находился генерал Буйе. Около девяти часов в окрестностях Варенна появился наконец и полк Рояль-Альман. Генерал немедленно отдал приказ искать переправы, но усталые драгуны не справились и с этим заданием. Кроме того, наблюдатели доложили Буйе, что к эскорту королевской кареты подключались все новые силы Национальной гвардии.
В 11 утра генерал Буйе отдал приказ к отступлению. Медленной рысью привел полк в Стеней. Сам в город не заезжал, остановившись в трактире, в котором ночевал накануне. Однако когда ему подали кофе, появился один из офицеров, сообщивший, что муниципалитет Стенея принял решение арестовать генерала. Он немедленно выехал из города со своим сыном и 20 офицерами, которым разрешил его сопровождать.
Вскоре они прибыли в Ля-Ферте. Мост через реку охранялся вооруженными крестьянами. Однако Буйе беспрепятственно пересек его, сделав вид, что инспектирует части Национальной гвардии.
К ночи Буйе прибыл в аббатство Орваль, которое на случай катастрофы было определено как место сбора на австрийской территории. На следующий день в Арлоне он встретился с Акселем Ферзеном и рассказал ему все подробности вареннской истории.
5
Уже в Арлоне 23 июня Буйе сказал Ферзену: причина вареннской трагедии состояла в том, что военные отряды «не выполнили своего долга». Позднее в своих мемуарах он прямо назовет герцога Шуазеля, покинувшего свой пост в Понт-де-Соммевеле и не выполнившего приказов генерала, главным виновником неудачи.
Шуазель в своих мемуарах, вышедших в свет в 1823 г., объявил причиной неудачи ошибки и нераспорядительность самого Буйе. Много раньше выхода его книги, в октябре 1792 г., в Брюсселе он в разговоре с Ферзеном следующим образом резюмировал ошибки, допущенные в Варенне: «1) Безответственность или неопытность со стороны молодого Буйе в Варенне; 2) вместо того, чтобы быть самому в центре предприятия, генерал Буйе оставался в тылу – возможно, для того, чтобы спастись в случае неудачи; 3) 5-часовое опоздание короля по пути от Шалона; 4) неосторожное поведение короля, позволившего узнать себя в Сент-Менеу»[346].
Другие участники вареннских событий в своих докладах начальству или написанных позднее мемуарах также возлагали ответственность за катастрофу на Буйе или на Шуазеля. Даже старший сын генерала Луи признавал: «Удивляет снисходительность генерала Буйе к произвольным фантазиям короля. Можно полагать, что он проявил со своей стороны определенную слабость, не став настаивать (на своих условиях побега. – П. С.). Старые привычки, традиции придворной жизни, в которых он был воспитан, прежнее чинопочитание, от которого силой обстоятельств он должен был бы избавиться, сделали его менее требовательным и менее оптимистичным по сравнению с тем, как он должен был бы вести себя в подобных условиях. Он со слишком большой готовностью соглашался на все, что могло удовлетворить или успокоить короля, в то время как тот не выполнил основное условие, требовавшееся от него и в отношении которого он взял на себя вполне определенные обязательства. Что касается генерала Буйе, то он, не будучи придворным, придал всему этому предприятию колорит придворного дела. Эта ошибка, которая имела столь серьезные последствия, – единственная, в которой его можно было бы упрекнуть, и единственное, о чем никто не подумал»[347].
Когда Буйе на перекрестке дорог к востоку от Стенея узнал от офицеров, прибывших из Варенна, об аресте короля, он отдал приказ полку Рояль-Альман, дислоцированному в Музае (капитан Гюнтцер), и эскадрону, находившемуся в Дюне (капитан д'Элон), немедленно выдвигаться в направлении Варенна. В Стеней, где были основные силы Рояль-Альман, он отправил своего старшего сына к подполковнику Монделю, однако тот, к удивлению Луи де Буйе, уже спал. Потребовалось 45 минут, чтобы собрать полк и выступить из города.
Король, остававшийся в доме Соса около восьми часов, ожидал прибытия войск Буйе не позднее шести часов утра. Однако этого не случилось. Информация о событиях в Варенне поступила к генералу Буйе с двухчасовым опозданием. Эти два часа оказались фатальными[348].
Как мы видели, в поведении офицеров, встречавших короля, было много странного: одни из них растерялись, другие, по всей видимости, струсили. «В этом деле никто не оставался самим собой», – справедливо отмечал впоследствии Луи Буйе. Однако нерешительность, проявленная Франсуа Буйе и Режкуром в Варенне, поистине необъяснима. Уже зная об аресте короля, они по какой-то причине на целый час затаились в таверне «У великого монарха», не предпринимая никаких действий, хотя в их распоряжении в монастыре кармелитов находился целый эскадрон гусар. Буйе-младший не сделал ничего для того, чтобы проинформировать отца о происходивших событиях или попытаться защитить короля. Единственное, хотя и малологичное объяснение дал впоследствии Режкур, писавший, что, ожидая прибытия отряда Шуазеля, молодые офицеры считали своим долгом охранять сменных лошадей. Интересно, что, когда Учредительное собрание выдвинет 15 июля 1791 г. обвинения в адрес генерала Буйе и его старшего сына, в них не будет упомянуто имя Буйе-младшего.
Если бы Буйе-младший информировал отца хоть часом раньше, у генерала оставалась бы реальная возможность защитить короля. Интересно, что еще 22 июня в Брюсселе и Кобленце распространилась именно такая версия: Рояль-Альман якобы все же ворвался в Варенн и отбил королевскую семью у национальных гвардейцев. Позднее эта версия докатилась даже до Екатерины II и Леопольда II – настолько она была логична.
Однако полк генерала Буйе прибыл на высоты вблизи Варенна через час после отъезда короля. Скрупулезно подсчитав время передвижений Буйе-младшего и Режкура, Ломбарез пришел к любопытному выводу. Двое молодых офицеров, ждавших в таверне «У великого монарха», были извещены о событиях в доме Соса кучерами Шуазеля примерно в 11:30 вечера. По воспоминаниям Режкура, они выехали из Варенна в направлении Стенея без четверти час. На то, чтобы преодолеть расстояние в 35 километров, им потребовалось четыре часа,
