сегодня его последний возможный секс. Какая русская женщина откажет в такой просьбе? К тому же стать у мужчины последней – это даже круче, чем первой. В двух случаях Славик утром получал еще и крупную сумму денег на лечение своего заболевания. Думаете, он отказывался? И это, повторюсь, детские шалости. Так, небольшое лукавство. Системные и комплексные разводки заслуживают отдельного повествования. Но что стоит отметить: Славику всегда верили. Даже когда его жена и любовница столкнулись в подъезде той самой квартиры. Славик их познакомил, жене сообщил, что это дочка генерала Хадякова, которая смотрела их квартиру на предмет возможной покупки, быстро ее проводил и вернулся домой. Наличие в ванной сережек дочки генерала Хадякова Славик обосновал радикально. Он начал истерить о невозможности жить в атмосфере недоверия – Неужели ты думаешь, я смог бы переспать с дочкой генерала Хадякова, и при этом у нас дома?!
– Ты – да, – спокойно ответила жена.
Славик заплакал и сказал, что у него все-таки хоть что-то святое, но осталось, а дочка генерала Хадякова вообще лесбиянка и попросилась в душ, так как пришла со свингерской лесбийской вечеринки. Жена после такого откровения вымыла всю квартиру мирамистином.
На одном из случайных дружеских собраний жена Славика столкнулась наконец с генералом Хадяковым, который вместе со своей супругой спокойно пил шампанское. Славик всех познакомил, о чем моментально пожалел.
– Как у вашей дочери дела? Не надумала насчет квартиры? Славик сказал, она ей понравилась, – скорее всего, дежурно поинтересовалась Людмила.
– У меня нет дочери, только сыновья, ну или я чего-то не знаю.
Генерал Хадяков громко усмехнулся, а вот жена генерала Хадякова – нет. Вероятно, она знала, что чего-то может не знать. Галина Петровна метнула в мужа молнию и ушла.
Славик оценил ситуацию и моментально придумал новую комбинацию, увел жену куда-то и прошипел:
– Ты что, дура?! Не понимаешь, что у него дочка не от жены? О ней никто не знает! Можешь меня не подставлять на ровном месте?! Это секрет!
Люда была, мягко скажем, на взводе.
– Славик, а почему ты в курсе этого секрета? Ты – последний, кому можно доверять секреты, уж прости!
Славик надел драматическую маску.
– Ладно, скажу правду… но… сама решай, что с ней делать. Мать дочки – это троюродная сестра моей мамы.
– Первый раз слышу про троюродную сестру твоей мамы! Мы женаты столько лет!
– Потому что мне можно доверять секреты, поэтому и первый раз слышишь. Представляешь, по какому краю генерал ходит?!
Люда Славику не поверила, устроила скандал прямо на приеме, и они уехали домой, как и разругавшиеся Хадяковы. А потом произошло событие, от которого Славик-не-звезди окончательно уверовал в свою избранность.
Возвращаясь с мероприятия, Славик и Люда молчали.
Тут необходимо сделать лирическо-научное отступление. Люда была… ну, назовем это – реалистом широких взглядов. Она все про мужа понимала, но в ее голове существовал некий кодекс его поведения, и привод любовниц домой кодекс категорически запрещал. Если интересно, я потом подробно остановлюсь на Правилах измен, разработанных Людмилой Корчной для своего супруга, но не сейчас. Лишь скажу, что указанная выше позиция была для нее принципиальной, поэтому Славика-не-звезди ждала серьезная разборка с непредсказуемым финалом, и он об этом знал. При водителе Люда отношения не выясняла, этим и была вызвана тишина, которую вскрыл звонок, как это было ни странно, генерала Хадякова. Жена увидела на экране имя и рявкнула:
– Сучонок, ставь на громкую связь. Хочу послушать, что генерал тебе скажет. Твое вранье и по нему ударило, как я понимаю. Просто я первая в очереди тебя убить.
Выхода у Славика особо не было. Он приготовился умереть молодым.
Из динамика послышалось предельно удивительное. Нервный и испуганный голос генерала Хадякова сообщил следующее.
– Славик! Как ты умудрился познакомиться с моей дочерью?! Про нее никто не знает, а она у тебя квартиру хочет купить! И зачем ей квартира в Москве?! Ты что, не мог меня предупредить?! Убью и тебя, и ее! Она сейчас летит в Нью-Йорк, к телефону не подходит.
Славик почувствовал, как кожа его растянулась по всему телу. Он выдохнул и загадочно произнес:
– Олег Григорьевич, это долгая история. Она вам сюрприз готовит, нашла вот меня, я молчу, как просила. При встрече расскажу вам подробно. Простите, что подвели вас с женой, ничего женщинам доверить нельзя, простите еще раз… Вот она передает вам извинения, мы вместе в машине сейчас.
Славик торжественно-укоризненно посмотрел на жену, застывшую с бутылкой воды, из которой думала сделать глоток, когда позвонил генерал. Она была со Славиком с момента скандала и видела, что он никому не звонил и не писал.
Он и правда не просил генерала ему подыграть. Славику-не-звезди просто инфернально повезло. Он выстрелил в небо и попал в главную утку. У генерала Хадякова действительно была дочка, о которой жена генерала Хадякова не знала, как и практически никто. Жила она за границей и существование никому не портила, иногда приезжала.
Закончив разговор, не веривший в чудесное избавление от смертной казни Славик решил использовать ситуацию по максимуму. Он вбивал в жену комплекс вины, как Петр Первый сваи в Заячий остров. Навсегда.
– Знаешь, что самое неприятное? Не то, что ты мне не веришь, а то, что ты считаешь меня способным на такую низость. Я не святой, ты знаешь, но какие-то понятия у меня еще остались. Наш дом, наш с тобой…
Славик стал подбирать слово.
– Наш с тобой храм любви.
Славика, на радостях очевидно, понесло, но остановиться он уже не мог.
– Прости за громкие слова. Он неприкосновенен. Я никогда не приводил и не приведу в него другую.
Непробиваемая Люда получила торпеду ниже ватерлинии. Чуть ли не впервые за долгие годы семейной жизни.
– Ну прости, Славушка… Ну, я же знаю, что ты… ну… можешь устроить… Прости, правда, забыла, что ты глубоко внутри очень порядочный мужчина.
В тот же вечер Славик позвонил генералу Хадякову и все рассказал. Повинился.
– Слава, ну ты хоть бы предупредил! Мне-то что теперь жене сказать?! Она и так подозревала…
– Дайте ей трубку.
– Зачем?
– Я все улажу. Просто доверьтесь.
Генерал спорить не стал.
– Слава, я не хочу с вами разговаривать!
– Галина Петровна, выслушайте! У меня не было выхода… Это моя дочь. Людмила не знает. Это было еще до нее, я узнал, только когда мы поженились, а у нас тогда ребенок не получался, и я решил ее не травмировать… Скрыл, но всю жизнь поддерживал, вот захотел дом свой показать, и Люда пришла… случайно! Я берегу
