взгляды! Они с жадностью и тоской смотрели друг на друга, словно хотели насмотреться впрок. Ни Зина, ни Петров не замечали странности взоров, но Валя сделала поразительное открытие: их связывают отношения вовсе не дружеские. Валя едва сдержала возмущенный вопрос. Она встала и вышла из кухни. Петров и Зина не заметили ее ухода, продолжая спокойно разговаривать. Единственная тема, которой они избегали, – последняя встреча и объяснение здесь, на кухне.
Петров ушел вместе с Денисом после чая.
⁂
Валя мыла посуду на кухне, Зина уложила детей и пришла ей помочь.
– Что ты такая хмурая? – спросила Зина. – Устала?
– Скажи, Петров был твоим любовником? – Валя выключила воду и повернулась к сестре.
Зина продолжала вытирать приборы. Ответила, не поднимая головы:
– Нет, не был.
– Ты правду говоришь?
– К сожалению, правду.
– Что значит «к сожалению»?
– Я его очень люблю, Валечка.
– Как – любишь? А Игорь?
– Игорь – это Игорь.
– Ты хочешь… Ты уйдешь от мужа?
– Нет. Он приедет, и всё будет по-прежнему.
– Ничего не понимаю. Что с тобой происходит?
– Сестричка, не терзай меня! Я уж достаточно сама себя истерзала.
– А он? Петров тебя любит?
– Не знаю, скорее всего нет. Однажды сказал… Но был сильно пьян. Мы перестали видеться. Сегодня первый раз встретились. Давай не будем об этом говорить, хорошо? Пойдем спать. Чур, я первая в ванную.
В ванной Зина пустила шумную струю воды, чтобы сестра не слышала ее всхлипов.
⁂
Игорь прибыл в Мурманск больше месяца назад.
Он трижды звонил жене, уверял, что пока не может приехать в Москву. Зина рассказала о смерти бабушки, о том, что Валя сейчас живет с ней, намекнула, что с помощью Петрова решаются материальные проблемы. Подробно она говорить не хотела – готовила Игорю сюрприз. Он предложил выслать часть зарплаты, но Зина сказала, что подождет до его приезда. Почти все деньги Игорь прогулял. Он ехал к жене с двумя сотнями рублей в кармане. Предстоящие объяснения хорошего настроения не прибавляли. Как и похмелье от дешевого вина, которое он всю дорогу пил с попутчиками.
На звонок Игоря никто не ответил. Он открыл дверь своим ключом. Прошелся по квартире. Его семья не бедствовала: новые электрический чайник и стиральная машина-автомат, куча ярких игрушек в манеже и даже компьютер на столе. На какие доходы здесь шикуют? Его зарплаты Зина не видела полгода. Когда по телефону он завел речь о квартире, она снова увильнула в сторону.
Ответ не замедлил появиться в облике богатенького соседа, который позвонил в дверь и теперь стоял на пороге.
– Прибыл? – поздоровался Петров и протянул листок бумаги. – Передай Зине, здесь телефон и имя, к кому обратиться, она знает.
Игорь бумажку не взял, засунул руки в карманы и отступил в прихожую.
– Проходи, – пригласил он.
– Мне некогда, тороплюсь. – Но Петров всё же шагнул следом.
– Я смотрю, тут много изменений, – ухмыльнулся Игорь. – Прямо богачи стали. На какие шиши? Твое спонсорство?
Петрову не понравился его тон. От морячка разило перегаром, и он явно напрашивался на выяснение отношений.
– Отчасти, – ответил Петров. – Кажется, ты сам об этом просил, – напомнил он.
– Я? Просил? Ты тронулся своими жирными мозгами. Думаешь, освоился тут? С обоими живешь? Или по очереди их пользуешь?
– С обеими, а не обоими, – поправил его Петров. Он старался подавить в себе желание сравнять изящный носик морячка с дурно пахнущим ртом. – Ты, моллюск недоделанный, можешь меня, конечно, оскорблять. Мне на тебя плевать, я тебя щелчком по стене размажу. Но не забывай, что ты оскорбляешь собственную жену.
– Размажешь? Да знаешь, где я тебя видел?
– Знаю, – сказал Петров и ткнул его в грудь.
Игорь напоролся на вешалку с одеждой. Куртки и пальто оборвались, Игорь не удержался и вместе с ними сполз на пол, а Петров вышел.
Пока Зина с сестрой и детьми были в поликлинике, Игорь успел сходить в магазин за водкой и выпить полбутылки. Его обида и злость увеличивались с каждой рюмкой. Он не помнил об интрижке с разбитной библиотекаршей Галей из Дома офицеров, из-за которой не спешил к жене. Сейчас ему казалось, что его, героя-подводника, отдающего все силы защите Родины, бессовестно предали.
Зина увидела куртку мужа в прихожей и бросилась в комнату: Игорь сидел в кресле с сигаретой. Он не поднялся ей навстречу.
– Игорь, милый, что же ты не предупредил?
– Чтобы ты любовника спрятала?
Вопрос остановил Зину на середине комнаты. Она застыла с протянутыми для объятий руками.
– О чем ты? – растерянно спросила она и медленно опустила руки.
– Шлюхи продажные, публичный дом здесь устроили. Я как проклятый вкалываю, а ты… Потаскуха!
Валя с детьми вошла в комнату. Она слышала начало «теплого» диалога супругов.
– С детьми не хочешь поздороваться? – спросила Валя.
– Поздороваюсь, когда надо. Уйди отсюда.
Игорь не узнавал своих сыновей. Он оставил ползающих младенцев, а теперь на него угрюмо смотрели два крепких бутуза. Валя увела их в другую комнату. Появление детей немного остудило Игоря, но потом он все же обрушил на жену приготовленные ругательства. Зина ошеломленно слушала, постепенно обретая дар речи.
– Боже мой! Игорь, что ты говоришь? Ты ничего не понимаешь! Да благодаря Петрову мы выжили. Как ты можешь так ругаться и обзывать меня? В чем я виновата?
Изумление жены, ее неподдельный ужас, подозрение, что он ошибся, свалял дурака, только распалили Игоря. Он вспомнил презрительный тычок Петрова, и захотелось сделать больно виновнице всех несчастий, сделать больно физически. Он встал из кресла и быстро подошел к Зине, не переставая ругаться.
Валя услышала резкий крик сестры и выскочила из комнаты. Зина закрывала лицо руками, между пальцев сочились кровь и слезы.
– Подлец! – закричала Валя и пошла с кулаками на Игоря.
Он легко отшвырнул ее в сторону. Валя ударилась о косяк двери, закричала и бросилась из квартиры.
– Он убьет ее, убьет! – тарабанила Валя в дверь Петрова. О существовании звонка она забыла.
Первое, что увидел Петров, вбежав в квартиру, были разбитые в кровь Зинины губы. Он выругался так грубо, что сестрам показалось – крикнул на каком-то иностранном языке.
Ни Валя, ни Зина никогда не видели, как бьют человека. Драки в кино не имели ничего общего с
