class="p1">— И обещайте мне, Томас: когда у вас не получится — эвакуируйте город, чтобы этого всего не повторилось. — Посмотрел я на объятое огнем здание.
— Но вы же сказали — у них есть прибор!..
— Представьте, что случилось бы, если бы у них не получилось в городской черте. — Покачал я головой, направляясь вглубь квартала пешком.
— Генри!
— Ключи в замке зажигания. Уезжайте. Я поищу выживших.
Выжившую.
— Почему вы в них не верите?.. — Донеслось со спины, пропадая во звуке пламени горящих домов.
Потому что Реликты появились, когда людям захотелось мира.
Адовая тварь, разбалансирующая одним своим существованием любой механизм равновесия в стране. Дарящая дикие прибавки уровней просто за факт служения ей. Ведущая в бой, в месиво, в сумасшедшую и бессмысленную бойню.
Вынуждающая возвышенных становиться сильнее, чтобы ее побороть — или не быть убитыми ее адептами.
Может ли амулет это ликвидировать? Вот так — нажатием кнопки?..
А есть ли в замыслах тех, кто породил Реликтов, чтобы проблема была решена столь просто?.. Или — какого уровня должен быть создатель амулета?.. Вряд ли такие уровни вообще существуют на планете.
Поэтому нет — не верю.
Да, один раз Реликта почти обуздали — нарезали, заперли в кейсы. Чтобы сделать новой причиной для войны, которая не случилась благодаря мне.
«Интересно, можно ли вычесть из сотен тысяч мною спасенных — две сотни, погибших сегодня?» — Сидел я на уцелевшем кресле возле выгоревшего до тла дома в глуби квартала.
Огонь, забрав свое, давно стих. Над головой занимался рассвет, возвещая явление нового дня.
Амелию я не нашел. Возможно, она среди обгоревших до неузнаваемости тел. Возможно, ее вчера вывезли в другую обитель — или устроили в каком другом тайном месте.
Я посмотрел на кружащую в танце девушку рядом.
— Понимаю, что ты сочувствуешь, но это не помогает, — попросил я Хтонь, и образ Амелии исчез.
На колени запрыгнул рыжий кот и ткнулся носом в подбородок.
— Ладно. Буду оптимистом — может быть, жива. — Проворчав я, провел рукой по шерстке. — И обязательно найдется, чтобы я вновь захотел от нее избавиться.
В ногу вцепились когти — больновато.
— Добить собственноручно, чтобы лишний раз не переживать? Только придется поискать — день-другой. У нас же есть еще три дня, а?..
Под ладонями басовито замурчали.
Глава 16
Следующий день я проспал — залез в отель в центральной части города, вскрыл дверь в номер на верхних этажах и завалился в постель.
Поначалу снились кошмары, потом догадался снять пропахшую дымом одежду и вывесить на балкон. Только тогда удалось провалиться в сон без сновидений.
Как очнулся, долго не мог понять, утро или вечер — окна выходили на север, и с этой стороны блеклое небо, окрашенное у горизонта в бледно-желтый, ни о чем не говорило.
«Да и какая разница?» — Сев на край кровати, смотрел я на город, особо не порываясь куда-то бежать, кого-то искать.
Порыв продолжить поиски Амелии как-то сам по себе стих, сменившись прагматичным пониманием, что искать человека в Солт-Лейк-Сити — задача почти невыполнимая.
С другой стороны, если город сравнить с океаном — то плавник акулы рано или поздно покажется над водой. Если Амелия жива, она себя проявит — если талант к ней вернулся, и она смогла выбраться до того, как ее нашли «покупатели».
В ином случае акул на горизонте будет больше — количеством и размером — и до меня так или иначе доведут предложение об обмене.
Про собственную безопасность — и внимание к себе от «покупателей» — я не особо переживал. В номере было зеркало — осталось только придумать новое лицо, и можно будет ходить по улице без опаски.
Даже если о моей способности сменить внешность «покупатели» знают — ничего это им не даст, только подозревать станут всех вокруг.
Куда больше волновало время, оставшееся до прибытия Реликта в город. Томас говорил, что поезд ждут через три дня. Хотелось выяснить, насколько серьезно отнеслись к моим словам — и в любом случае убраться из Солт-Лейк-Сити.
Догадался посмотреть на тени за окном — все-таки рассвет. Минус сутки. Значит, осталось два дня.
Наметив план дел, я подтащил трюмо с большим зеркалом ближе к окну и перебрался туда же со стульчиком. На верхних этажах отеля предсказуемо не было электрического света — как, впрочем, и везде в мире.
«Итак, кем мы будем сегодня», — смотрел я на лицо напротив.
В голову лезли образы актеров Голливуда, потом отчего-то образ шефа из мастерской в Вингстоне. Дальше — по цепочке все, кого встретил на своем пути. Те еще рожи…
«Надо что-то неприметное», — менял я форму ушей, носа и подбородка. — «Быть красавчиком не обязательно — дружелюбное отношение даст Харизма».
Которая, вроде как, третьего уровня, но не сказать, что сильно бьет людям по голове… Если сравнить, как люди падали в ноги мэру, желая его порадовать — то, считай, и не работает.
Хотя, с кем мэр там работал — с людьми без эволюции? С первыми уровнями максимум, имея третий при активном таланте?..
У меня же — действовать должно на всех.
«Да и действует», — хмыкнул я, глядя на рыжего кота, усевшегося на подоконник и глядящего через окно вниз. — «Иначе стала бы Хтонь со мной таскаться?.. Уселась бы на овощной склад и была бы счастлива».
Если вспомнить — везде меня принимали без агрессии, гостеприимно. Можно, конечно, сказать, что не дурак и произвожу приятное впечатление — но талант явно играл не последнюю роль.
Не в Сан-Франциско: там-то рядом были возвышенные третьего уровня, Харизма была первого — вряд ли людей вокруг так уж сильно накрывало. Вспомнил несколько моментов с монашками — и чуть порозовел щеками. Хотя, может, и накрывало…
Зато в Уэлсе — да и тут — работало, в общем-то, неплохо. Родители Амелии и она сама, паренек-фотограф в школе… Мистер Чанг, нацисты, Томас, Гильермо — все могли вести себя совсем иначе, где-то жестче, где-то с большим недоверием к словам. Томас, вон, радовался, что след моего ботинка не совпадает с отпечатком преступника — и делал это искренне. Так что нормальный талант.
Когда-то была мысль сменить, но — я глянул на Хтонь — теперь точно нет.
Единственный момент по Харизме, который иногда напрягал — я ведь помню, как удалось быстро «продавить» солдата возле сейфа в банке. Там эффект был
