class="p1">– У меня отбирают комнату. К тому же я в любом случае не могу ее себе позволить. Я хотела спросить у тебя… насчет той комнатки в «Бентли». Ну, где ты отлеживалась тогда с болью в животе.
– О, нет, – покачала головой Джесмин. – И думать забудь. Она для тех, кто работает в ночную смену. Туда постоянно кто-то приходит и уходит.
Поспать можно максимум два часа.
– Тогда… Может, пожить в свободном номере? Ну, втихаря? Скажем, мы могли бы заранее проверить, забронирован ли он… я бы, конечно, спала поверх покрывала. Все можно прибрать за пять минут.
Красноречивый взгляд Джесмин выражал ее честное мнение об этой затее.
– А если серьезно, – произнесла она, – что ты будешь делать?
– Понятия не имею.
Хозяйка поднялась из-за стола.
– Что ж, – добавила она. – Похоже, тебе придется остаться здесь.
Судя по интонации, это дело решенное.
– Что?
– А куда еще ты можешь пойти?
– Но у тебя же… не очень много места.
– Так-то оно так, но у тебя и того нет. Как-то так.
Сервиса особого не жди, как и массажа, словно в лучших отелях. Только кровать. Пока не встанешь на ноги. Можешь приглядывать за Грейс, когда не на смене. Готовить еду. Это и будет платой за жилье. Ха! Конечно, если ты не скажешь сейчас, что у тебя всегда был личный шеф-повар и ты не умеешь готовить.
Короткая пауза. Они молча смотрели друг на друга.
– О, нет. Только не это.
Ниша медленно покачала головой.
Брови Джесмин взмыли вверх. Тут внезапно настроение поменялось, и она начала хохотать.
Ниша ощутила чуждое ей чувство. Она не знала, что сказать. Не знала, что чувствовать. Она сидела в крошечной квартирке с женщиной, с которой толком не знакома, и была безумно благодарна ей за кров и постель, в которую еще пару недель назад не легла бы даже находясь при смерти. И эта женщина над ней смеялась.
– Ну и дела. Ниша, ты нечто, – сказала Джесмин, утирая слезы. – Серьезно, ты просто нечто.
– Я разберусь, – серьезно пообещала Ниша. – Обязательно. Я придумаю план и заставлю этого человека заплатить. За все.
– О, в этом я не сомневаюсь. – Джесмин откинулась на спинку. Она все еще посмеивалась, словно ничего забавнее в жизни не слышала. – И когда это случится, я буду рядом с попкорном. В первом ряду. С огромным ведром. О-о-о да!
Свободная постель находилась в полуметре над койкой Грейс. Нише предстояло спать на верхней полке видавшей виды двухъярусной кровати синего цвета, на которую предыдущий постоялец налепил уйму наклеек, да еще и под пододеяльником с лошадками из мультика My Little Pony. Ниша рассматривала крохотную комнатку, где однозначно доминировала кровать. Рядом теснился гардероб и маленький письменный стол, стена над которым была сплошь увешана постерами незнакомых певцов. Грейс повернулась к ней, сидя за столом.
– Тебе придется все убрать с верхней койки, деточка, – сказала Джесмин, показывая туда пальцем.
Грейс повернулась к матери. У нее на лице проявилось возмущение.
– Я не задержусь здесь надолго, – пообещала Ниша, желая утешить девочку.
Она попыталась представить, как отреагировал бы Рэй, если бы она заявила, что у него в комнате поселится незнакомец. Наверное, у него было бы примерно такое же лицо.
– Честное слово, я не храплю.
Девочка тихо хмыкнула.
Джесмин вручила Нише полотенце.
– Ей все равно не нравится жить одной. Все будет супер.
Ладно Грейс, Ниша на миг задалась вопросом, сможет ли она сама это выдержать. У них с Карлом были отдельные гардеробные и ванные комнаты. Она не проводила столько времени с другими людьми, пожалуй, со школьных лет.
– 0, – встрепенулась Джесмин. – Кстати, у меня есть кое-что для тебя.
Она ушла, оставив Нишу стоять посреди комнаты с желтым пляжным полотенцем, которое теперь вроде как принадлежит ей. И вернулась с пластиковым пакетом из супермаркета.
– Там футболка? – спросила Ниша. Женщины договорились, что она останется на ночь, а утром вернется за своими вещами.
– Открой, – произнесла Джесмин.
Поколебавшись, Ниша заглянула в сумку… И медленно достала оттуда три пары собственных черных шелковых трусиков от La Perla и темно-синий кружевной бюстгальтер от Carine Gilson. Она смотрела на них, кончиками пальцев ощущая знакомую текстуру, зная, что это ее вещи. Ее белье. Ниша медленно провела рукой по шелку и посмотрела на Джесмин.
– А что? Женщина не может быть собой в чужом белье, верно?
И неожиданно, впервые с того момента, как ее жизнь превратилась в дурдом, Ниша не смогла сдержать слез.
17
– Она странно себя ведет.
– В каком смысле – странно?
– Никогда не бывает дома. Старается проводить со мной как можно меньше времени. Она все время гуляет с собакой или разбирает белье наверху.
– А вы уверены, что ей не приходится брать эти дела на себя потому, что вы ими не занимаетесь?
– Ну… может быть. Наверное, да. Но обычно, когда она дома, это более… Фил почесал в затылке. – Заметно. Плюс макияж.
Доктор Ковиц ждал.
– Сэм не носит макияж. То есть иногда может накрасить ресницы тушью, это да. Но обычно ей на это плевать. Моя жена такое не любит. Да и мне было как-то все равно. На мой взгляд, она всегда красивая. Она от природы симпатичная.
– А теперь стала краситься?
Фил задумался.
– Почти каждый день. Я же в комнате, когда она собирается по утрам на работу. Сэм теперь наносит тональный крем, тени, румяна, все такое.
– А вы… ничего ей об этом не говорите?
– Нет, – Фил неловко заерзал на месте. – Ну… это… я обнаружил, что… мне обычно проще, если она думает, что я сплю.
– То есть она не знает, что вы знаете, что она красится.
– Нет.
В такой формулировке это звучало глупо.
– Фил, вы опасаетесь чего-то конкретного? Сами понимаете, почему вас это так беспокоит?
– Просто это не очень… похоже на Сэм.
Долгая пауза.
– Я могу задать вам вопрос о физической стороне вашего брака?
– Все в порядке.
– В порядке.
– В смысле, всегда было в порядке. Но, естественно, с тех пор как я начал… в общем, это же нормально, что у нас…
Долгая тишина.
– Вы пытаетесь сказать, что с этим дела не очень?
У Фила начали гореть уши. Он кивнул и потер нос:
– А можете вспомнить, когда вы с женой в последний раз… были близки?
Филу захотелось умереть. Прямо тут, на месте. Он сожалел о своем решении вернуться сюда.
– Довольно давно. Может, прошло… несколько месяцев. Наверное. Нет, пожалуй, около года.
– И эта ситуация устраивает вас обоих?
Фил не мог сказать вслух. Не
