слово. Прокурор напрасно взывал к ее совести.
Чувствуя, что пробудить ее совесть он также бессилен, Валерий Демьянович не стал задавать подсудимой вопросов. Но рядом с ним сидела худенькая, в белом платочке, женщина. Она уже много лет заседала в суде, и, хотя вышла на пенсию, ее снова избрали народным заседателем. Был у Ирины Григорьевны некий особый подход к женщинам, попавшим на скамью подсудимых.
— Дочка моя, — сказала Ирина Григорьевна, обращаясь к подсудимой. Такое обращение прозвучало в зале неожиданно. — Я всю жизнь в яслях, няней, значит, была… Может, что скажу не так…
— Я знаю вас, — сказала Касевич, глядя себе под ноги.
— Может, и тебя нянчила?
— Дочь мою, — всхлипнула Лариса.
Она начала испытывать доверие к этой немолодой, с добрыми и внимательными глазами женщине.
— Трудное у тебя время сейчас, — продолжала Ирина Григорьевна. — Но оно пройдет, и ты вернешься к своим.
— С какими глазами?
— А это уже от тебя зависит.
— Не могу! Не могу я! Слово дала! — выкрикнула Касевич.
— Выходит, с ложью побраталась. А ты гони ее от себя, гони! У тебя впереди — жизнь!
— Дайте мне одной подумать, — попросила Касевич.
Валерий Демьянович объявил перерыв. Торговкину вывели из зала, и Касевич осталась одна.
* * *
Они учились на вечернем отделении университета, готовились стать филологами. Как-то Лариса спросила Жанну:
— Тебе не предъявляют претензий в деканате, что не работаешь?
— Я достала справку…
Это слово «достала» Жанна произносила часто. Все, что она носила, новое и дефицитное, приобреталось через знакомых. Использовались всевозможные связи в магазинах и учреждениях.
Мало-помалу в круг ее интересов втянулась и Лариса. В перерыве, а то и на занятиях, они обсуждали новые моды, чертили прямо на конспектах фасоны платьев и пальто и решали, где и как достать нужные материалы. Вскоре они подружились.
Лариса разошлась с мужем. Он жил в Одессе. Как-то прислал письмо и просил приехать, чтобы еще раз обсудить их отношения. Касевич работала лаборантом в школе, зарабатывала немного, и у нее не было денег на поездку. Пришлось обратиться с просьбой к новой подруге.
— Разве я могу отказать тебе! — воскликнула Жанна. — Приходи ко мне завтра утром.
Квартира у Жанны была обставлена роскошно. Хозяйка только что встала. Она была в ярком халате, черные волосы рассыпались по плечам, а серые глаза ласково смотрели на подругу.
— Вот тебе пятьсот рублей, — сказала Жанна, вручая ей пачку ассигнаций. — Отдашь, когда сможешь.
Лариса положила деньги в сумочку и собралась уйти, но в прихожей кто-то позвонил.
— Ты посиди, — остановила ее Жанна. — Я сейчас… — и она быстро вышла, закрыв дверь в комнату.
Лариса осталась одна, понимая, что Жанна не хочет, чтобы она увидела тех, кто к ней пришел. За дверью послышались возбужденные мужские голоса.
Лариса чувствовала себя, как в западне: уйти нельзя и сидеть здесь нет времени. Сквозь шум она разбирала бранные слова. Неужели так поносят Жанну? Что это за люди, почему она говорит с ними вместо того, чтобы выставить их вон?
Лариса вскочила. Надо помочь обуздать грубиянов, раз Жанна не может дать им отпор. Взгляд упал на сумочку, в которую она положила пятьсот рублей. «Откуда Жанна взяла эти деньги?» — мелькнуло в сознании. Вот уже более двух лет она не работает, а у нее ведь двое детей. Правда, они живут с бабушкой-пенсионеркой. Но вряд ли она располагает лишней копейкой. И потом вся эта мебель, наряды, которых немало у Жанны? На какие средства они приобретены?
В смятении, не зная, как поступить, Лариса опустилась в кресло. Но в это время дверь открылась, и в комнату вошла Жанна. Она улыбалась, и только розовые пятна на щеках напоминали о недавнем волнении.
— Что им надо? — спросила Лариса.
— Успокойся, — ответила Жанна. — Я обещала им помочь кое в чем, но пока не могу…
Спокойствие Жанны передалось и ей. Мало ли что бывает…
Вернуть долг оказалось не так-то просто. С мужем они ни до чего не договорились. Он встретил ее в аэропорту пьяным, и Ларисе стало ясно, что он нисколько не изменился. Она не поехала к нему, жила у подруги, кое-что купила себе и поистратилась. Сэкономить какую-то часть зарплаты не удавалось. Правда, Жанна сказала, что деньги ей пока не нужны.
Но однажды перед началом занятий Жанна отвела Ларису в сторону, подальше от студентов, и шепотом сказала:
— У меня неприятности. Я обещала одним знакомым помочь получить квартиру и, конечно, обещание выполню. Но они вообразили, что я хочу их надуть, и грозят заявить в милицию…
— Сколько ты взяла у них денег?
— Две тысячи.
— Я где-нибудь займу и отдам тебе долг.
— Это капля в море. Мне нужно, чтобы ты поехала со мной и помогла уговорить их…
Лариса пыталась отказаться, но Жанна заплакала, заявив, что все бросают ее в беде, даже лучшая подруга. И Лариса сдалась. Ехать договорились завтра же, прямо с утра.
Василий Карплюк встретил женщин неприветливо, даже не предложил им сесть.
— Деньги привезли? — спросил он.
— Послушайте, Вася, — заговорила Жанна.
— Не хочу ничего слушать, — перебил он. — Довольно водить меня за нос. Мошенница вы, вот кто!
— Товарищ, — вмешалась Лариса. — Прежде чем оскорблять, давайте разберемся…
— В чем? — взорвался Карплюк. — В том, как нагло она меня обманула? Так это я и сам знаю.
— Я вам назначаю последнее свидание. В горсовете, — сказала Жанна. — И вы получите ордер.
— А если нет?
— Тогда я отдам вам деньги, — неожиданно пообещала Лариса. Она и сама не знала, как вырвались у нее эти слова. Уж очень ей хотелось помочь подруге. И, кроме того, она верила, что у Жанны действительно есть влиятельные знакомые и они ей помогут.
Карплюк смягчился. Вся эта история порядком попортила ему нервы. Он стоял на очереди в Центральных электромеханических мастерских, где работал слесарем, и со временем его жилищные условия были бы улучшены. Однако ждать Карплюк не хотел. А тут свои услуги предложила Жанна Торговкина.
— У меня в горсовете есть знакомые, — заявила она. И многозначительно добавила: — Они могут помочь…
— Сколько это будет стоить? — без обиняков спросил Карплюк.
Она назвала сумму. Деньги у Карплюка были, и он отнес Торговкиной две тысячи рублей. Но прошло уже полгода, а сдвигов — никаких. Тут было от чего прийти в отчаяние.
На вопросы Ларисы о том, что же будет дальше, Жанна неопределенно вздернула плечами:
— Как-нибудь обойдемся…
Теперь Лариса стала догадываться, чем занимается ее подруга. Есть люди, которые окольными и тайными путями хотят добывать себе блага. По их мнению, за деньги можно сделать все. Таких вот
