Пороха без всякой жалости. И Порох поскакал по дороге, откуда прыть взялась! Но призрак тоже погнал коня во весь дух. Оба летели, как ветер, только искры взметывались и камни с грохотом вырывались из-под копыт! Икабод думал только о том, как бы ему спастись, и не обращал внимания на то, куда они скачут. И вдруг обнаружил, что Порох избрал дорогу, ведущую к тому мостку, о котором ходило столько страшных рассказов. Именно там, под холмом подле уединенного кладбища, возле белой церкви и появлялся Всадник без головы!
Порох мчался из последних сил, сам не свой, и наконец им удалось обогнать рокового преследователя. Но тут как назло у Икабода ослабла подпруга. Он вцепился в седло руками, но оно выскользнуло и свалилось. Икабод ухватился за шею Пороха, чтобы спастись от неминуемой гибели, и слышал, как несущийся за ним призрачный конь тотчас втоптал седло в пыль.
– О нет! Ханс Ван Риппер придет в ярость, обнаружив, что я потерял совсем новое седло! – задохнулся от гнева Икабод.
Однако он скоро понял, что это еще не самая страшная забота. Во-первых, надо было во чтобы то ни стало удержаться на спине у Пороха. Икабод сползал то на одну сторону, то на другую. Или вдруг с такой яростью подскакивал на спине коня, что боялся, уж не сломал ли он её надвое. Что-то будет, что будет? Он видел, как звезды мерцают в ручье. Он видел на холме церковь. И он видел мост. Тот самый мост, за которым всегда скрывался Всадник без головы!
«Только бы добраться до моста! – думал Икабод – И тогда я спасен!»
И тотчас прямо у себя за спиной он различил дыхание черного скакуна. Ему показалось, что он ощущал на затылке у себя его жар.
– Вперед, Порох, вперед! – крикнул он и пнул коня в тощую спину.
Старый Порох взбежал на мост. Копыта загремели по доскам. Вот он достиг другого конца, и тут Искабод оглянулся, чтобы удостовериться, что призрак исчез, растворился, как ему полагалось.
И увидел, что дух привстал в стеменах, размахнулся и – запустил в него своей головой. Икабод хотел уклониться. Но поздно! Голова со старшным треском ударила его прямо в затылок.
Икабод свалился в дорожную пыль. Порох, черный скакун, призрак, – все пронеслось мимо него словно вихрь.
Утром Порох был обнаружен без седла. Он стоял с запутавшимися между ног поводьями и мирно жевал траву у ворот своего хозяина. Учитель не вышел к завтраку. Пришло время обеда. Он не появился. Дети пришли в школу учителя Икабода не было.
– И что это стряслось с Икабодом Крейном? – недоумевал Ханс Ван Риппер – И где мое седло?
Соседи ему помогли искать.
Седло старого фермера, втоптанное в грязь, обнаружилось в пыли на дороге, что ведет к церкви. Пошли по следу лошадиных копыт и пришли к мостку возле церкви. На берегу ручья, в том месте, где русло его становится шире, а вода глубже и чернее, лежала шляпа несчастного учителя. Рядом валялась разбитая тыква. Обыскали ручей, но тела там не нашли. От Икабода осталось мало пожитков. Старая одежка, ржавая бритва и несколько книг. В одну книжку о предсказаниях и колдовстве были вложены листки бумаги, на которых были набросаны стихи Икабода к прекрасной Катарине. Ханс Ван Риппер эти листки сжег, да и книги заодно.
– Больше никогда не пошлю детей в школу, – побожился он. Проку мало от учености этой.
В воскресенье в церкви только и разговору было, что про Икабода и его таинственное исчезновение. Потом все отправились к ручью, к тому месту, где обнаружились шляпа Икабода и тыква. Припомнили страшные рассказы. И глубокомысленно пришли к выводу, что Всадник без головы унес с собой Икабода. Посудачили и забыли. Перенесли школу в другое место и наняли нового учителя.
Минули годы, и вот один старый фермер, побывавший после этих событий в Нью-Йорке, сообщил, что Икабод Крейн еще жив. Он покинул эти места отчасти из-за страха перед призраком, отчасти из-за Ханса Ван Риппера и отчасти из-за нанесенной ему обиды: Катарина Ван Тассел, богатая наследница, все-таки отказала ему. Икабод перебрался в отдаленный край страны и там учил детей в школе. А еще он изучал право, и стал юристом, и писал статьи в газетах, и даже был избран мировым судьей.
Но Бром Бонс, который вскоре после исчезновения своего незадачливого соперника женился на прекрасной Катарине, кажется, знал про эту историю что-то свое. Всякий раз, когда кто-нибудь поминал ту тыкву, он разражался нехорошим смехом. Но деревенские кумушки уж те-то знали. Они уверены были, что Икабода унес призрак. И часто толковали об этом, сойдясь у очага зимними вечерами.
Мосток еще больше, чем прежде, внушает местным жителям суеверные страхи, и по этой причине дорога через овраг оказалась заброшенной, люди теперь ездят в церковь мимо мельничного пруда.
– А еще, – говорили кумушки, призрак злосчастного учителя частенько наведывается в покинутую школу. И гуляющий там летним вечером мальчик нет-нет да и услышит дальний голос, поющий тоскливые гимны, и звук этот печально разносится над Сонной Лощиной.
