обстоятельствах и обратить их ко благу – так хорошо, как мы только можем. В любых обстоятельствах мы можем пробудить в себе ясность, покой и любовь и пребывать в них. Это и значит сделать любой свой выбор правильным.
Когда мы напрямую понимаем, что любой выбор можно сделать правильным, мы поднимаемся над непостоянством жизни и нездоровые сомнения уходят. Остается лишь то здоровое и радостное сомнение, которое мы привыкли называть познанием.
III. Наблюдение за умом
Прежде чем отправиться на поиски просветления, принц Сиддхартха Гаутама, будущий Будда, успел распробовать на вкус мирскую жизнь и познать все несомые ею наслаждения. Он проводил свое время в забавах юности, веселился с друзьями, участвовал в спортивных состязаниях и изучал искусства и науки, приличествующие молодому человеку его положения.
Вместе с наслаждениями мирской жизни Сиддхартха начал все отчетливее видеть их муку и их опасность. Он увидел, что всякое обладание непостоянно и оборачивается утратой, разочарованием и чувством голода. Он увидел хрупкость наслаждений, молодости, здоровья, удачи и самой жизни, ибо по пятам за ними следуют страдания, старость, болезнь, невзгоды и смерть.
К возрасту 29 лет Сиддхартха прожил достаточно долго, чтобы понять: если он продолжит жить так, как живет мир, его ждет лишь бесконечное повторение того же самого цикла приобретений и утрат, который уже успел его изнурить. Невозможно было обрести свободу, счастье и покой через попытки непостоянного индивида удержать в своей хватке непостоянные обстоятельства.
Этот подход был обречен с самого начала. Вместе с тем Сиддхартха чувствовал, что должен быть и другой путь. Он оставил свой дом, оставил жену и новорожденного сына и пустился на поиски безусловного счастья, которое не пребывало бы в плену у капризов обстоятельств и не зависело бы от обладания чувственными наслаждениями, молодостью, здоровьем, благосостоянием и чем бы то ни было вообще.
Шесть лет спустя Сиддхартха обрел искомое и стал Буддой. Еще через год он вернулся в свой родной город с проповедью Дхаммы. Его жена Яшодха́ра, однако, не горела желанием встречать оставившего ее мужа с распростертыми объятиями. Она затаила на Будду вполне понятную обиду и отправила к нему их семилетнего сына Ра́хулу, дабы тот затребовал у отца наследство.
Рахула разыскал Будду и в довольно нахальной манере передал ему слова матери. Будда ничего не ответил. Тогда мальчик увязался за Буддой и стал повторять, точно скороговорку: «Дай мне мое наследство, дай мне мое наследство». Будда повернулся к Сарипутте и сказал: «Ну что же, Сарипутта, в таком случае дай мальчику Рахуле посвящение».
Получив посвящение, в возрасте семи лет Рахула стал первым монахом-послушником в буддистской традиции. Он получил совсем не то наследство, на которое рассчитывала его мать, но единственное наследство, которое сам Будда считал достаточно ценным для передачи сыну.
Будда дал Рахуле два ключевых наставления. Во-первых, он научил его говорить правду другим. Во-вторых, он научил его быть правдивым с самим собой. Второй урок был тяжелее первого, но от него зависело все остальное. Будда говорил так:
«– Как ты думаешь, Рахула, для чего нужно зеркало?
– Чтобы смотреть на себя, Благословенный.
– Точно так же, Рахула, поступки тела, ума и речи следует совершать, лишь неоднократно посмотрев на самого себя»[25].
После этих слов Будда рассказывает о том, чем нужно руководствоваться при наблюдении за своим умом. Если мы, исследовав поступок тела, речи или ума, видим, что он проистекает из дурного побуждения и потому причиняет вред и нам, и другим как прямо сейчас, так и впоследствии, то мы должны осуществить внимательное осознание дурной природы этого побуждения. Тогда ум отпустит его.
Если мы, исследовав поступок тела, речи или ума, видим, что он проистекает из благого побуждения и потому несет пользу и нам, и другим как прямо сейчас, так и впоследствии, то мы должны осуществить внимательное осознание благой природы этого побуждения. Тогда ум взрастит его.
Допустим, в нас возникла жажда обладания, и мы хотим заполучить что-то, что пока что не можем заполучить, и это мучит нас. Будет ошибкой начать наблюдение за своим умом с исследования объекта нашего желания, чтобы разубедить себя в том, что он нам нужен, или же выяснить его истинную ценность для нас. Созерцание объекта желания отвлекает нас от куда более важного созерцания самого желания. Чем больше мы вглядываемся в объекты желания, тем сильнее их чары, тем больше их власть над нами.
Мы сможем понять природу и последствия жажды обладать, лишь если отдалимся и обратим пристальное внимание не на ее объект, а на нее саму. Мы должны увидеть, что уже сейчас она заставляет нас страдать, обедняет реальность, затуманивает восприятие и сжимает ум. Нужно увидеть не объект желания, а то, как жажда обладать заставляет нас чувствовать себя в тот самый момент, в который она проявлена, и какое воздействие она оказывает на ум в целом.
Исследуйте природу самого побуждения независимо от его объекта и независимо от случайных обстоятельств этого побуждения. Такой прямой взгляд, устремленный в самую суть поступка, останавливает принудительную инерцию в уме и позволяет увидеть те состояния сознания, к которым это побуждение ведет. Это дает ясность и свободу.
Когда нас охватывает зависть, не следует думать о том, чему именно мы завидуем. Стоит ли нам вообще завидовать этому? Разумно ли это и достоен ли этот предмет зависти? Так ли он ценен? Можем ли мы без него обойтись? Все это хорошие вопросы, которые в свое время можно будет задать, но они далеко не главные. Они все идут мимо сути и отвлекают от нее.
Учителя дзен объясняли прямое внимание к сути с помощью аналогии. Если бросить палку собаке, то она побежит за палкой и либо начнет драть ее зубами, либо принесет назад. Если бросить палку льву, то он побежит не за палкой, а за тем, кто ее бросил. Лев не отвлекается на несущественное: он устремляется к самой сути – к источнику происходящего.
Обратите внимание не на случайный объект зависти, а на саму зависть. Обратите внимание на то, как она заставляет вас страдать прямо сейчас и что она делает с умом независимо от всякого объекта. Чему бы мы ни завидовали, чего бы мы ни жаждали, зависть и жажда всегда будут теми же. Они всегда будут мучить, разрушать и оглуплять. Их объект неважен.
Для правильного наблюдения за собой наше внимание должно сразу же устремиться к сущности побуждения. Не бегайте за палками, которые бросают омрачения ума, ибо
