И здесь-то я приник к книгам великих иерархов и учителей святых: Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустого, святителя Димитрия Ростовского и святителя Тихона Задонского, свыше озаренных и просвещенных благодатью Духа Святого; и, вразумляемый евангельским и апостольским учением, уклоняясь от всяких ересей, суеверий и расколов, приближаюсь, Божиею милостью, к смерти моей. Время мало-помалу сокращает дни жизни моей, подобно дыму проходящей, и гроб пред глазами непрестанно напоминает мне воскресение мертвых, Страшный Суд Божий и праведное воздаяние комуждо по делом его… (Пс 61,13).
Желая вам милости Божией, прошу вас искренно: спасайтесь, возлюбленная сестра о Господе, — не по мирскому обычаю, но как научает Иисус Христос, Слово Божие, Глава нашей Церкви, всех истинно верующих во имя Его. Что нам до прочих, уклоняющихся в развращения и любящих ходить путями прелести? Нам надлежит внимать себе (см.: Втор 15, 9): да не будет слово тайно в сердце твоем беззакония (на сии слова Василий Великий великую сказал проповедь), чтобы неуклонно последовать учению Христову и совершеннее удостовериться, что тесным и прискорбным путем входят в жизнь вечную, а не пространным, кипящим сладостью забав на увлечение души в погибель вечную. А кто не хочет до конца претерпеть временно какие-либо скорби, тот будет и невольно терпеть в вечности нестерпимые муки, как уклонившийся от возделания данного ему таланта злой и лукавый раб, и уже будет мучиться без конца. Здравый разум кто имеет, тот верно разумеет, что лучше согласиться здесь претерпеть временно, хотя бы и сто лет назначено было гореть в огне за грехи наши, нежели подвергнуться там нескончаемому вечному мучению. Подумаем смиренно и представим себе, какое в нас малодушие, что мы не хотим и единого дня провести в терпении и маленькое оскорбление увеличиваем, как великую гору!
Искренно убеждаю вас читать святителя Тихона. Вы здоровее будете, и это несравненно полезнее для вас будет, чем ездить туда и сюда, и говорить, судить и слушать неподобающее…
Читал и я, что вы читали и в письме вашем поименовали: но в тех, кои не суть от истины, не нашел пищи душе моей, одно лишь видел надмение духа и прелесть ума в увлекательном велеречии. Это довольно заметно, что много есть таких, которые перетолковывают Священное Писание по своему пристрастию, не пленяя ума своего в послушание Христово, но, напротив, под свой разум подводя слова святой, неизреченной Истины; и обширными своими объяснениями, не как лучами света, но как тучными облаками, покрывают солнце, просто сияющее на злых и благих.
Для того-то очень опасно вдаваться в любопытство и читать всякие книги, не принятые Святою Церковью, соблюдающею в точности апостольские предания по учению Христову. Не угодно ли вам читать святого Ефрема Сирина и выписывать из него, что заметите особенно назидательного, для душевной пользы? Полезно также повторять часто и его молитву: «Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми…» — всю до конца, с поклонами.
Простите меня, когда чем-либо вас оскорбил, и вас Бог простит!
Февраля 14-го, 1835 года
2.310. Екатерине Васильевне Даниловой
Вас приняла под кров небесная Царица:
Почтож мечтаются в уме иные лица?…
Как ветрами взмущенная волна,
Поднявши ил с землей со дна,
Становится мутна, темна;
Когдаж наступит тишина,
Вода, как зеркало, ясна,
И смотрятся в нее и солнце и луна:
Так мысль нечистая в нас сердце возмущает,
Душа от ней мятется и страдает:
Но воззови к Тому, Кто бурю укрощает —
И Он мятежну мысль от сердца отразит,
И дух твой в глубину смирения погрузит,
И солнца правды свет всю душу озарит!
Пришлец аз есмь на земли: не скрый от мене заповеди Твоя! Благословен еси Господи! просвети мя оправдании Твоими, да поучаюся в них день и нощь.
Мнится мне, что не было ни одного дня во всей вашей жизни, в которой бы вы совершенно воздержались от празднословия… Ах! так оно и есть: сучец вижу в оке ближнего, а у себя бревна не вижу!.. Господи, даруй ми зрети моя прегрешения… Но — слава Богу! теперь вам лучше, и вы начинаете говеть: да сподобит вас Господь величия и неизреченной милости Своей.
Вы скорбите; причины же, от коих происходят ваши скорби, вы сами знаете: они, может быть, неисчислимы… Есть и особенные скорби сердца, коими достигают, при помощи Божией, царства небесного, — царства бесконечной радости и веселья… Прошу вас, не унывайте: уныние есть тьма, а Слово Божие есть свет: обратитесь вашим сердцем к свету, и уныние исчезнет, как ночь от солнца! И самый день под лучами солнца радостнее представляется нам… Но есть Солнце в тысячу раз светлее нашего видимого на небе солнца: Оно просвещает глубину человеческого сердца, ежели только не уклоняемся сами во тьму.
Что вам много заботиться о вашей собственности внешней? — Располагайте вы тою собственностью, которая посреди вашего сердца; прочее ж, окружающее нас, есть временно, и все обстоятельства не в нашей воле… Нужно искать и познавать волю Божию, которая открыта в заповедях Божиих: и сие есть дело истинного разума.
Я болен, и болезнь мне, как душевное лекарство. Слава Богу и благодарение о всем!
2.312.Екатерине Васильевне Даниловой
Возлюбленная сестра о Господе! Твое сердце болит и ропщет на то, что не по желанию сердца встречаются вещи, подлежащие изменению. Будем молиться вместе единомысленно к Могущему исцелить недуг душевный: Он обещал дать просимое просящим у Него. Все мимо идет, и земля и небо, но не слово, реченное Богом. Сие не мимо идет, пока не исполнится. — Утешай себя словом, возвещающим блаженство плачущим ныне. Вольно сердце свое наполнять такими мыслями, от которых смущается душа и унывает сердце — посмотри, не следствия ли это каких-нибудь оставшихся в памяти воображений?…
Не могу я согласиться с теми, которые преподавали вашему вниманию вами мне изъявляемую философию и толковали вам, что век идет вперед и человечество открывает много нового. Вот в сию минуту взглянул я на старые свои часы и помыслил: как мне назвать их новыми за то, что они сегодня, подобно как каждый день, снова начинают совершать круг свой?
Впрочем, не оспариваю вас, а только на вид поставлю вам сущую истину. Когда я, стоя пред Воронежским епископом Епифанием, помыслил сам в себе об учености, вот что вдруг он сказал мне на мысль мою: «Наша наука — Иисус Христос!» Тут я решительно открыл ему движения моего сердца и мысли, обращавшиеся в оном; преосвященный указал мне место пребывания в Задонской обители, и вот Промыслом Всевышнего я остановился здесь для провождения скоротечного времени минутной моей жизни…
Мне всегда напоминается, что видимое временно, а невидимое вечно… Еще замечательно в видимом мире из природы вещей, — как все из ничего происходит, является нашим глазам и скрывается в Премудрости Божией… Господь кротким открывает тайны. Мы видим под нашим небом всегда единообразно изменяющиеся вещи, прообразующие нашу жизнь и воскресение.
Глубины премудрости и разума Божия неисследимы: смиримся — и спасет нас Господь. Во всей видимой твари господином поставлен человек, одаренный разумом и волею, — как хочет, так и простирает мысль свою; для ограждения же его от заблуждений даны ему заповеди Богом.
Января 11-го, 1836 года
2.313. Екатерине Васильевне Даниловой
Обманываться и прельщаться свойственно человеческой немощи и малодушию; а обманывать и прельщать есть дело диавольское. Ходящие же во свете истинные христиане не обманываются и не прельщаются; потому что в кротости духа и смирении сердца руководствуются свыше словом Божиим. Должно знать то, что необходимо нужно ко спасению вечному; оно светит в заповедях Божиих и в просвещении благодати: прочие же знания противу сего ничтожны.
Благодарю вас, возлюбленная сестра о Господе, за пожелание ваше скорого мне облегчения от болезни, — вот уже могу и писать…
За все слава Богу! Нет ничего на свете такого, из чего бы не можно было извлекать пользу, при помощи Божией, в разуме истины. А сердиться — значит смущаться умом, терзаться чувствами: такая мука горше всяких болезней телесных. Мудрствовать же значит видеть умом и благодушно разуметь все вещи, как они есть и на какой конец следуют. Марфа печется и молвит о многом; а одно только на потребу…
