легкое задание или трудное?
– Давай трудное.
– Это твоя первая ошибка. Начинать надо с легкого. Но теперь ты уже сделал свой выбор. Трудное задание такое: проделай в заборе такую дырку, чтобы твои цыплята могли ходить клевать корм в соседский огород. Одновременно она должна быть такой, чтобы соседские цыплята не могли наведываться в твой огород.
Юноша так и не справился с заданием и, конечно, не стал учеником Насреддина. А когда он рассказал людям о чудесах Насреддина, его сочли сумасшедшим.
– Для начала неплохо, – сказал Насреддин. – Надо думать, когда-нибудь ты найдешь своего учителя.
Призыв к молитве
Призвав к молитве со своего минарета, Ходжа кинулся бежать прочь от мечети.
Кто-то крикнул ему вслед:
– Куда ты, Насреддин?
Ходжа крикнул на бегу:
– На этот раз я кричал во всю мощь своих легких. Теперь хочу проверить, как далеко слышен мой призыв.
Что будет
Один крестьянин спросил Насреддина, будут ли в этом году плодоносить его оливы.
– Обязательно должны, – сказал Ходжа.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю, и все.
Через некоторое время тот же человек встретил Насреддина, когда тот ехал по берегу моря в поисках корабельных обломков.
– Дров нет, Ходжа, я уже посмотрел! – крикнул крестьянин.
Еще через несколько часов он увидел, что Насреддин плетется на ишаке обратно, по-прежнему без дров.
– Где же твоя проницательность? Ты знаешь, будут плодоносить оливы или нет. А есть ли дрова на берегу, сказать не можешь.
– Я знаю, что должно быть, – сказал Насреддин. – А что может быть, то от меня сокрыто.
Логик
Насреддин пришел в одну деревню и залез на стул посреди базарной площади.
Когда вокруг собралась толпа, он провозгласил:
– Знайте, люди, здешний воздух ничем не отличается от воздуха над моей деревней.
– Почему ты так думаешь? – спросил кто- то из толпы.
– Потому что здесь я вижу столько же звезд, сколько у себя дома.
Обжегшись на молоке
Один человек попросил у Насреддина в долг. Ходжа подумал, что никогда не получит своих денег обратно, но решил не отказывать соседу.
К его удивлению, тот вскоре вернул ему долг. Насреддин задумался.
Через некоторое время тот же человек попросил у него еще денег, сказав:
– Теперь ты знаешь, что мне можно доверять. Я ведь вернул тебе прежний долг.
– Ну уж нет, негодяй! – закричал Насреддин. – Ты обманул меня в прошлый раз, когда я думал, что ты не вернешь мне денег. Так что в этот раз и не надейся.
Хорошая новость
На Востоке есть такой ненарушаемый обычай: тот, кто приносит хорошие новости, всегда получает вознаграждение.
Однажды Ходжа Насреддин, чрезвычайно обрадованный рождением сына, пришел на базарную площадь и начал кричать: «Идите все сюда! Хорошая новость!»
– Что такое, Ходжа?
Насреддин подождал, пока все соберутся, и закричал:
– Люди! Собирайте деньги! Есть хорошая новость, касающаяся каждого из вас! Аллах благословил вашего Ходжу и послал ему сына!
Не буди лиха
Ходжа Насреддин часто бродил по кладбищу, размышляя о жизни и смерти. Однажды, погруженный в эти раздумья, он увидел возле одной из могил устрашающего виду собаку, прижавшуюся к земле.
Крайне возмущенный, он взял палку и стал махать на собаку, чтобы она ушла и не оскверняла могилу своим присутствием. Но она только зарычала и готова была броситься на обидчика.
Ходжа никогда не подвергал себя опасности, если ее можно было избежать.
– Ладно уж, сиди где сидишь, – сказал он примирительно. – Мертвому-то уже все равно.
Факты есть факты
Когда Ходжу назначили кадием, ему пришлось столкнуться с трудной задачей.
Истец утверждал, что ответчик, напав на него, откусил ему ухо. Ответчик возражал, что истец откусил себе ухо сам.
– Вся загвоздка в том, что у нас нет свидетелей, – сказал Ходжа. – Есть только один способ разрешить этот спор. Я покину суд на полчаса.
Он пошел в помещение, примыкавшее к зданию суда, и провел там все время, пытаясь укусить себя за ухо. При каждой попытке он терял равновесие и падал через голову, наставляя себе шишку.
Когда суд возобновился, Ходжа сказал:
– Посмотрите, нет ли шишки на голове у истца. Если есть, значит, он откусил ухо сам, и ответчик оправдан. Если же нет, значит, имело место нападение.
Нельзя унести
Я готов поучить тебя метафизике, – сказал Насреддин соседу, в котором заметил искру понимания, хотя и совсем маленькую.
– Я буду очень рад, – сказал сосед. – Приходи ко мне домой в любое время и поучи меня.
«Он думает, что мистическое знание передается только из уст в уста», – подумал Насреддин. Но ничего не сказал.
Через несколько дней сосед позвал Насреддина с крыши:
– Насреддин, помоги мне разжечь огонь, угли еле теплятся.
– Согласен, – сказал Насреддин. – Мое дыханье в твоем распоряжении. Приходи ко мне и возьми столько, сколько сможешь унести.
Не мое дело
У Насреддина украли ишака. Он тут же пошел в полицию.
– Ходжа, – сказал полицейский, – пропажа серьезная, и мы приложим все усилия, чтобы вернуть ишака. А теперь – к делу, и расскажите мне, как это случилось.
– Поскольку я при этом не присутствовал, то едва ли могу сказать, как это случилось, не так ли? – заметил Насреддин. – И вообще, это не мое дело, а ваше.
Не так все просто, как кажется
Вдова пришла к Ходже в суд и сказала:
– Я очень бедна. А мой младший сын ест очень много сахара – он просто жить без него не может. Из-за этой его привычки я не могу сводить концы с концами. Не может ли суд запретить ему есть сахар, потому что меня он не послушается.
– Все не так просто, как тебе кажется. Возвращайся через неделю. Я обдумаю все хорошенько и скажу тебе о своем решении.
Через неделю женщина снова была в очереди посетителей.
– Извини, – сказал, обратившись к ней, Насреддин. – Это дело требует еще раз отложить решение. Подожди еще недельку.
Через неделю он еще раз отложил свое решение на неделю.
Наконец Ходжа объявил:
– Суд рассмотрел твое дело. Зови парня.
Парень предстал перед Ходжой.
– Итак, – прогремел кадий, – тебе запрещается есть больше двух унций сахара в день.
Женщина поблагодарила
