Краснодар, столкнулся с просроченной зачётной неделей и прерванной дружбой. С жильём неожиданно помог отец. Пока Криса не было, он нашёл ему съёмную квартиру, к сожалению, далеко от института и от прежнего места жительства. Помог перевезти вещи от Сергея, правда, Крис не досчитался пары карабинов и посеял хороший спансет. Решил потом как-нибудь заехать и забрать, если, конечно, найдёт их в хаосе вечно празднующей квартиры.
Как ни странно, расставание с Аней привело к потеплению отношений с отцом. О ссоре с Вадимом Крис рассказал сам, но о причине умолчал.
Григорий Николаевич задумался.
– Ты, главное, для себя реши, стоит ли эта ссора многолетней дружбы. Подумай. Вадим, конечно, тот ещё засранец, но и ты не фиалка.
Крис кое-как закрыл все зачёты и даже добрался до экзаменов. О проблемах с учёбой отцу не сказал, хотя тот мог договориться как минимум с двумя преподавателями. Экзамены он тоже в итоге сдал, хотя с большим авансом. Крис не вернулся в прежнюю компанию, общался с Аней и даже ужинал пару раз дома, но сторонился Вадима. К чемпионату они готовились отдельно и старательно избегали встреч в парке или на скалодроме.
О том, что на предстоящих соревнованиях в Мюнхене ввели новую дисциплину – парное выступление, – узнали одновременно. Крис понимал, что по отдельности они входят в десятку лучших, но не лучшие, а вот в дуэте вполне могли претендовать на пьедестал и звание чемпионов. Как ни странно, Вадим не подошёл и не предложил, несмотря ни на что, выступить вместе, хотя это было очень в его духе. Крис сам пришёл в парк на его тренировку. Смотрел, как он отрабатывает стойку, потом соскок, дождался, когда Вадим закончит комбинацию, и приблизился к стропе.
– Н-да. Хреново.
– Чего это хреново, нормально.
– Соскок низкий, ещё и ноги раскорячило.
Вадим замер напротив Криса, сложив руки на груди.
– Я бы на твой посмотрел. Наверное, вообще бревно с сучьями. Да ты решил свалить в пустыню за месяц до чемпионата. Вообще с башкой не дружишь?
Крис бросил рюкзак на траву и, запрыгнув на стропу, сделав невысокий прыжок, приземлился на бёдра и начал покачиваться. Вадим скептически выгнул бровь.
– Признайся, я тебе нужен, красавица, чтобы взять первое место.
– Естественно. Иначе я бы не пришёл.
– Придурок.
– Вадик.
Вадим вытрусил из рюкзака вторую стропу. Крис достал рэтчеты.
– У нас всего месяц.
Крис прижал к стволу протектор.
– Тогда не трать время зря, крепи спансет.
Тренировались каждый день, но теперь вместе. Собрали программу из старых самых удачных комбинаций, разнообразили новыми элементами из личных выступлений. Оба, не сговариваясь, решили сделать упор на дуэте. Общались как раньше, и вроде ничего не изменилось, но оба избегали бесед об Ане, словно её не существовало. И это замалчивание ещё ярче высвечивало запретную тему.
Крис не выдержал первый.
– Что у вас с Анютой?
Вадим бросил взгляд исподлобья.
– Фигня какая-то мутная. Мы спим иногда, но она не остаётся у меня на ночь, всегда уезжает и попросила никому не рассказывать, что у нас периодически случается секс.
– Хм, странные у вас отношения.
– Это всё из-за тебя. – Увидев удивлённое лицо Криса, объяснил: – Она боится сплетен.
– Типа. Что мы такие похожие, что она нас перепутала?
Вадим промолчал, засунул влажную футболку в рюкзак и начал натягивать сухую. Переодевшись, раздражённо фыркнул:
– И это тоже. Типа она переходной кубок, одна дева на двоих. Один помял, теперь другой мнёт.
– Неприятно. Дурость, конечно, но её можно понять. А тебе она нравится.
– Ты спрашиваешь? – уточнил Вадим.
– Нет. Утверждаю.
До соревнований оставалось всё меньше времени. Славка пропала из Краснодара. Он очень хотел увидеть её перед отъездом, и помог ему неожиданно Лука. Крис нашёл кондитерскую с чудным названием «Рогалик и булочка», а в ней Славку. Он вообще не думал, как она отреагирует, все варианты были одинаково реальны: оттолкнёт, влепит пощёчину, убежит. Но точно не поцелует в ответ. Для себя он всё решил. После чемпионата поедет в Старолисовскую и сделает всё, чтобы вернуть Шиатид.
Вылетели за неделю до соревнований, чтобы привыкнуть к городу, потренироваться и познакомиться с соперниками. Криса узнали, но не как триклайнера, а как хайлайнера. Удивились, что он претендует на призовое место, да ещё и в дуэте. Всё-таки среди хайлайнеров в основном встречались альпинисты, а среди триклайнеров – акробаты. И вроде оба вида родились из одного, но сейчас разошлись, как ветви дерева, в них осталось мало схожего.
В первый день провели квалификацию. Крис и Вадим прошли её без проблем даже с урезанной программой, но чужие выступления заставили напрячься. Соперники хорошо подготовились, на визитках не показали и половины того, что могли. Дуэтов оказалось чуть ли не в два раза меньше, чем «личников». Вадим сразу же обрадовался:
– Блин, лишь бы сил хватило и за себя попотеть, и за наш союз нерушимый.
Крис тоже нервничал. Переживал, что его хромающего английского не хватит, и он просто пропустит свой старт. У Вадима этой проблемы не было, он неплохо владел и английским, и немецким, даже умудрился дать интервью местной журналистке. Заигрывал с ней, но вяло и несколько раз уточнил, покажут ли его в других странах. Крис с удивлением распознал надежду, что Аня увидит его по телевизору или хотя бы в интернете. Несколько раз Крис ловил его на переписке со сводной сестрой и на видеочате. Вадим сначала пытался скрывать, а потом даже стал наводить камеру на Криса, чтобы тот поздоровался.
В день соревнований на Королевской площади собралась толпа, едва уместившаяся на специально установленных трибунах напротив Глипотеки. На взгляд Криса, эта каменная коробка больше всего напоминала огромный склеп. Он сразу решил, что Славка бы не оценила рукотворный гигантизм. Поверхность площади устилали маты, по краям реяли флаги с логотипами производителей оборудования для слэклайна. Зрители шумели и ждали шоу.
Они пришли на площадь за час до старта. Нарочно не смотрели программы соперников. Разминались в специально отведённой зоне, к сожалению, музыка и крики зрителей прекрасно долетали и сюда. По громкости эмоций легко считывалась зрелищность программ. Вадим волновался и нарочито хохмил. Крис молчал. Из них двоих он первый выходил на площадь. Вадим поднял ладонь, дождался хлопка, а потом обнял.
– Порви там всех. У тебя офигенная программа.
Его объявили, поставив ударение в фамилии на последний слог, зато с именем проблем не возникло. Заиграла песня, под которую он отрабатывал программу последние полгода. Зрители ему не мешали, он видел только стропу и слушал мелодию. Прыжок, переворот, продольный шпагат. Двойное сальто, сразу после него
