выдраили и без того сверкающую квартиру, нарядили ёлку, два дня готовили салаты, лепили до самой ночи пельмени — дел по горло, как всегда перед главным праздником в году. Хотелось, чтобы всё было идеально, не зря ведь говорят, что как встретишь новый год, так его и проведёшь.
Глава 22
Тридцать первого декабря вся семья собралась у нас. Время десять, готовились проводить старый год. Я нервничала. Заказанный дед Мороз опаздывал на десять минут. Показалось, что кто-то спорит у двери, но послышались громкие голоса соседей, весёлый смех.
— Да не переживай ты так, если не придёт — не расстроимся, не маленькие. Время позднее, поди уже напоздравлялся твой дед Мороз к вечеру, на ногах не стоит. Знаешь, сколько таких дедоморозов-со-снегурками сейчас в каждом участке? А к утру их милиция ещё больше насобирает, — как всегда в своей манере, успокоила Люся. — Леночка, вынеси в прихожую костыли, Василию ходить сейчас никуда не надо, а у стола и так места мало, мешаются. Хотя, я сама схожу, ты лучше пельмени посмотри, сварились поди. Да где же наш дед Мороз?
— Второй уже в подъезд зашёл, — Антон Павлович стоял у окна в кухне, курил возле открытой форточки.
«Новый год, новый год, счастье к нам идёт!» — напевал дед Мороз, поднимаясь по лестнице. Шёл он быстро, пружинисто, даже сквозь объёмную плюшевую шубу, в нём чувствовалась собранность хищного зверя. Красный мешок перекинут через плечо, и подарков, судя по объёму, в нём было не много. Поднявшись на третий этаж, дед Мороз притормозил, удивлённо поднял брови, потом спросил хриплым, зловещим шёпотом:
— Ну и какого хрена ты тут делаешь?
Возле нашей двери стоял ещё один дедушка с белой бородой, в высокой шапке и с мешком подарков. От первого он отличался цветом костюма — шуба его была синей с белыми вышитыми снежинками по ткани, на ногах белые валенки, и мешок с подарками был куда солиднее, чем у дедушки в красном.
В отличии от «новенького», стоящий у двери сутулился, воротник синей шубы из-за этого топорщился, задирая белые букли капроновых волос. Он вздрогнул, услышав вопрос, отдёрнул от звонка руку, так и не нажав на кнопку. Повернулся к конкуренту, оценил его высокий рост, широкие плечи и, решив не поднимать шума, вежливо спросил:
— Вы… это… от какой фирмы работаете? Может, адрес перепутали?
— Нет, дружок, адрес ты перепутал, а мне именно сюда надо.
Он встал рядом с синим дедом Морозом, поставил красный мешок на пол и, приобняв конкурента за плечи, слегка нагнулся, заглядывая в его бледное, потное лицо.
— Здравствуй дедушка Мороз, борода из ваты, — хохотнул красный. — Может, уберёшься по добру, по здорову?
Синий дёрнулся, но рука на его плече, казалось, была из стали.
— Я никуда не пойду, — пробормотал дедушка в синем, — я сюда из Новосибирска ехал.
Дед Мороз в красном костюме усмехнулся в усы и, не убирая руку с плеча соперника, жёстко, с нажимом, попросил ещё раз:
— А я из Москвы, а Москва что? Правильно, столица нашей родины! Слышь, мужик, вот не хочу грех на душу брать, убрался бы ты отсюда по хорошему?
Дед Мороз в синей шубе рванулся, потянулся к звонку, но высокий и плечистый «дедушка» не дал ему этого сделать.
— Зря ты сюда пришёл, дедушка ты мороз, в недобрый час, — тихо произнёс он и, вздохнув, ткнул деда Мороза в синей шубе головой в стену. Рука молниеносно взлетела — и высокий дед Мороз неуловимым движением вонзил нож в основание черепа.
— Тихо-тихо-тихо, не падать, — ласково сказал убийца, стерев кровь с лезвия тонкого, больше похожего на шило, ножа о шубу убитого.
Из квартиры напротив вывалилась весёлая, уже изрядно под хмельком, компания.
— С новым годом! — загомонили они. — А что с дедушкой? Наподдавался уже?
— Слабоват, а работа тяжёлая, — усмехнулся дед Мороз в красной шубе. — Сейчас в машину отведу, проспится, потом жалеть будет, что не заработал ничего.
— А, может, с нами? — хихикнула одна из женщин. — У нас весело, и закуска… — она подняла руку с пакетом, полным снеди, вверх и пропела: — «Три кусочика колбаски у меня лежали на столе»…
— Не могу, девчонки, работа. Да и товарища вот, не брошу же.
— Да, с деньгами у всех туго, — кивнул солидный мужчина и, подхватив пьяненьких спутниц под локотки, увлёк их вниз.
Дед Мороз послушал, как хлопнула подъездная дверь, хмыкнул и быстро вскинул конкурента на плечо. В три шага преодолел лестницу наверх, и, уложив труп на площадке, подопнул крепким армейским ботинком поближе к синей рукавице пустую бутылку из-под шампанского.
— Куда ж нам без форс-мажора? — пробормотал он и, вернувшись на площадку третьего этажа, нажал кнопку звонка.
— Наконец-то! — Открыла дверь и улыбнулась: конечно, детский сад, ясельная группа, но мне очень хотелось, чтобы на празднике был дед Мороз и он не разочаровал: высокий, плечистый, в красной плюшевой шубе, с мешком за плечом и добрыми, лукавыми глазами под надвинутой на самые брови шапкой. Не хватало только белых валенок, высокие, как у военных, ботинки, немного портили образ, но я не стала придираться.
Когда дверь квартиры закрылась за ним, на лестничной клетке послышался смех, выкрики, гитарные переборы. Кто-то уронил бутылку, послышался звук бьющегося стекла, кто-то расстроенно вскрикнул. Компания, шумно и весело, прошла вверх по лестнице, всё стихло.
Дед Мороз в красном костюме подумал, что могут наткнуться на убитого им конкурента и поднять шум, но решил, что он здесь очень быстро управится. На площадке, прямо за дверью, раздался тяжёлый, утробный вздох. Спиной убийца почувствовал тяжёлый, сверлящий взгляд, но оглянувшись и посмотрев в глазок, никого не увидел. Отругав себя за несвойственную ему мнительность, рассыпался новогодними поздравлениями и прошёл за мной в прихожую.
— Проходите, мы вас надолго не задержим, — пригласила его.
— Да я и не тороплюсь, вы у меня последние. Больше заказов в этом году нет, — ответил он, как-то странно хохотнув.
Не знаю, чем мне не понравился его тон, или дело было в тембре голоса, но удовольствие, с каким только что смотрела на артиста, улетучилось. Я принюхалась, спиртным, вроде бы, не пахло. Накручиваю опять, какие претензии могут быть к человеку, чей визит оплачен заранее, а результат гарантирован фирмой, предоставляющей услуги по организации праздников? И
