домике была найдена его куртка со следами почвы. Уже проводится сравнительный анализ образцов с куртки и с того места, где было найдено тело Виктора Снежкова, – сказал Владимир.
– И?
– Ну, пока рано делать окончательные выводы.
– А предварительные? Так сказать, промежуточные уже можно? – спросила я с нетерпением.
– Можно, Тань, можно. Они в целом идентичны, – ответил Владимир.
– И это означает… что…
Я прямо так и впилась взглядом в Кирьянова.
– И это означает, что можно доказать причастность Максима Серафименкова к убийству его подельника Виктора Снежкова, – ответил Владимир.
– Ну это уже хорошо, Володь. Но ты же понимаешь, что необходимо доказать не только это, а причастность Максима Серафименкова к убийству Александра Скорострельникова. Это – задача номер один. А самое-самое главное – это добиться признания от киллера в том, кто заказал ему это преступление. Правда, у меня имеется стопроцентная уверенность в том, что заказчик – это Григорий Серебрянников. Ранее он избавился от своей супруги Кристины. Затем ему пришлось заказать преподавателя своего колледжа Всеволода Пантелеймонова. Как оказалось, Пантелеймонов, находясь в Тарасове в гостях у дочери, увидел Григория Серебрянникова, когда тот выходил из игрового зала ночного клуба «Рандеву». Кстати, я была в этом подпольном казино, и выяснила у бармена, что Серебрянников посещал это заведение и поначалу выигрывал, но вот потом…
– Интересно, – протянул Владимир. – Значит, Серебрянников, увидев преподавателя своего колледжа, испугался, что он может его выдать. И тогда…
– И тогда он решил избавиться от него, – закончила я мысль Кирьянова. – Просто оперативники в Вознесенске сочли гибель Пантелеймонова несчастным случаем. Как, впрочем, и смерть Кристины Серебрянниковой от включенного фена в то время, когда она принимала ванну. Но не слишком ли много несчастных случаев за последние два года в одном городе? Ты как считаешь?
– Многовато, – признался Владимир.
– Вот и я о том же. К тому же в гибели Всеволода Пантелеймонова и Александра Скорострельникова очень много совпадений. Если бы полицейские Вознесенска не сочли гибель Пантелеймонова несчастным случаем, то определенно обнаружили бы и две пары следов обуви, и следы от автомобильных шин. Я даже и не удивилась бы, если бы убийцы задействовали все ту же «Ниву», как и в случае с убийством Александра Скорострельникова. Но этот Максим Серафименков наотрез отказывается давать показания. И вообще, ведет себя просто вызывающе, – сказала я.
– Ладно, Тань, еще не вечер. Это же было вчера? – уточнил Владимир. – Я имею в виду, первый допрос.
– Да, вчера. Мы с майором Решетниковым решили допросить его сразу же, по горячим следам, что называется. Пока он еще не очухался. Думали, что будет посговорчивей. Но – куда там! Хотя, Володь, ты прав. То, что мы взяли Серафименкова живым, и даже обошлось без ранения, это, конечно, удача, – сказала я.
– Вот давай и поговорим с ним сейчас. Посмотрим, какие изменения в его сознании произошли за ночь. А также обнародуем результаты экспертов-криминалистов, – сказал Владимир.
Кирьянов нажал кнопку вызова дежурного. Минуты через три появился полицейский.
– Вызывали?
– Да. Приведите на допрос Максима Серафименкова, – отдал распоряжение Владимир.
– Слушаюсь.
Войдя в кабинет Кирьянова, Максим сел на стул и скрестил руки на груди. Лицо киллера было спокойным, но чуть подрагивающие руки выдавали его напряжение.
– Ну что? – спросил Владимир.
– О чем вы, гражданин начальник?
– Ты еще спрашиваешь? Ты что, к теще на блины пришел? Давай рассказывай все от начала до конца, – приказал Владимир.
– Так, а откуда начинать-то?
– Я же сказал: с самого начала! Хватит дурака валять! – прикрикнул Кирьянов. – Рассказывай, как вы с Виктором Снежковым следили за Александром Скорострельниковым.
– Я не знаю такого, гражданин начальник, – с ухмылкой произнес киллер.
– Вот что, Серафименков, прекратите паясничать! – сказала я. – Нам все известно. Следы грязи на вашей куртке, оставленной вами в домике на турбазе, в котором вы прятались от полиции, совпадают со следами на теле вашего подельника Виктора Снежкова. Имеются и другие доказательства вашей причастности к убийству вашего дружка. Хотя вы упорно это отрицаете. Так что одно ваше преступление уже доказано. Но это еще не все. Мы выяснили, что вы также причастны к убийству Александра Скорострельникова. Но главное, мы выяснили, кто вам заказал этого предпринимателя. И это – Григорий Серебрянников. Он уже задержан за организацию этого преступления. И он назвал ваше имя. Именно вас, а также Виктора Снежкова Серебрянников нанял для убийства Скорострельникова, – сказала я.
Я, конечно, блефовала насчет задержания Григория Серебрянникова. Но мой блеф возымел свой эффект.
Максим Серафименков сидел с ошеломленным видом.
– Вас ждет очень приличный срок, Серафименков, – сказала я.
– Ну так что? Будешь говорить? – спросил Владимир.
– А… о чем?
– Тьфу ты! Да сколько можно говорить! О том, как вы убили Александра Скорострельникова, как следили за ним. Короче, обо всем, что связано с этим убийством, – сказал Владимир. – Ну так что? Будешь говорить? Последний раз спрашиваю!
Максим Серафименков медленно кивнул:
– В общем, мы знали, что Скорострельников в это время возвращается из своего офиса. В тот день он был в хорошем настроении, так как открыл еще одну автозаправку.
– А откуда вы узнали о том, что Скорострельников открыл новую «точку»? Как вам стало это известно? – подключилась к допросу я.
– Так мы же с Витьком следили за ним. Несколько дней «пасли» его, изучали все его маршруты и распорядок дня, – объяснил Серафименков.
– Понятно. Продолжайте дальше, – кивнула я.
– Мы составили план, по которому на пути следования у него должно было спустить колесо. Мы заранее повредили его, – сказал Максим.
– Каким образом?
– Я подрезал шину острым ножом, когда Скорострельников зашел в магазин. Это было просто. Он даже ничего и не заметил.
– Так ничего и не заметил? – скептическим тоном заметил Владимир.
– Ну, поначалу все шло нормально, это потом… Потом он понял, что с его машиной происходит что-то не то. Короче, машина начала заваливаться набок. Он остановился, потом вышел, осмотрел все, понял, что колесо нужно менять. Ну а мы с Витьком как раз в этот момент и остановились позади него.
– И что дальше? Вы сразу его оглушили? – спросила я.
– Нет, не сразу. Мы сидели в своей машине и наблюдали. Скорострельников обошел машину, так, не торопясь. Нам даже показалось, что он не спешит отправляться в путь. Витек даже сказал: «Поглянь, он вроде как решил тут свежим воздухом подышать, что ль? Чет он тормозит». Короч, мы решили сами не тормозить, как он, и вышли из своей машины.
– И вы пошли прямо к Скорострельникову? – уточнила я.
– Ну да, а че? Он, когда услышал, как мы идем к нему, наши шаги то есть, то он еще так удивленно на нас посмотрел.
– А вы шли или бежали
