Простить или убить? - Соня Бейтман

Я снова кивнула и сделала шаг назад, впуская гостей.

– Если не возражаете, пройдем на кухню, – предложила я, закрывая за ними дверь. – Я только что сварила кофе.

Маллиган покряхтел.

– Кофе будет в самый раз, – проворчал он. – Диона?

– С удовольствием выпью чашечку, – ответила она. – Спасибо, миссис Барроу.

– Зовите меня Лекси.

Я впервые предложила им называть меня сокращенным именем, раз и навсегда давая понять, что мне скрывать нечего.

На кухне я налила всем нам кофе и поставила на стол сливки и сахар, чтобы каждый мог выбрать по вкусу. Маллиган добавил в чашку две ложки сахара и каплю сливок, Гарвел пила черный кофе и лишь периодически дула на него.

Забавно. Я думала, из них двоих именно Маллиган предпочитает кофе без сахара.

В свою чашку я налила много сливок и положила пол-ложки сахара.

– Вы, наверное, хотите узнать о романе Долана и Морин? – спросила я, помешивая кофе.

– Да, давайте начнем с него, – согласилась Гарвел.

Ее напарник раздраженно запыхтел.

– Могли бы сказать нам и раньше, – проворчал он.

Гарвел выразительно на него посмотрела.

– Если честно, детектив Маллиган, мне было стыдно признаваться, – пояснила я, хотя понимала, что не должна ни в чем оправдываться. – Ни одной женщине не понравится, что ее муж заводит шашни на стороне, даже если муж неидеальный. – Я никак не могла себя заставить произнести «жестокий», слово просто не желало слетать с моих губ.

Как и многие другие, я не хотела себя считать «женщиной, подвергшейся жестокому обращению со стороны мужа».

– Нужно признаться, это началось еще в старших классах, – сказала я, грея руки о чашку. – Вы знаете, что я, Морин и Шара вместе ходили в Центральную школу Медоудейла. Только я была на год младше.

– Да. Это и моя родная школа, – улыбнулась Гарвел. – Замечательное время.

Маллиган хлебнул кофе.

– Говори за себя. Я ненавидел Центральную.

– Я тоже, – призналась его напарница. – Просто пыталась быть вежливой.

Я не смогла сдержать улыбку. Ни разу не видела, как детективы подшучивают друг над другом, но выглядело даже мило. Кто бы подумал, что Маллиган способен вести себя по-человечески, ведь до этого он лишь несправедливо обвинял людей в убийствах.

– Для протокола: старшая школа – отстой, – пошутила я и покосилась на Маллигана, губы которого дрогнули в улыбке. – Морин и Долан были вместе около полутора лет, – продолжила я. – Они расстались летом, перед его последним годом в школе. Причины разрыва никто не знал, но той же осенью Долан пригласил меня на свидание. До этого я дружила с Морин и Шарой, но, когда стала встречаться с Доланом, все изменилось. Морин была в бешенстве, а Шара, как обычно, ее поддержала. Наша дружба закончилась.

Гарвел слушала и кивала, а Маллиган рассеянно вертел кружку, но я чувствовала, что он ловит каждое мое слово.

– Если коротко, то в конце концов мы с Доланом поженились. Он не общался с Морин с тех пор, как они расстались, ну и я, естественно, тоже. У нас имелись свои проблемы, причем столько, что было не до Морин. До того момента, как четыре года назад они с мужем купили дом через два участка от нас. И скоро Морин нарисовалась у нас на пороге, с улыбкой приглашая познакомиться с ее «идеальной» семьей. Она хотела дружить, словно старшей школы в нашей жизни никогда не было. – Тут я постаралась не закатить глаза, но не очень получилось. – Не знаю, когда она стала спать с Доланом, но точно еще до смерти ее мужа. Брент был вполне жив, когда Долан признался мне в романе с Морин.

– А вы стали друзьями… тогда? – спросила Гарвел. – Когда Паркеры переехали на вашу улицу.

– Я терпела Морин ради ее дочери Паджетт, – пояснила я. – Бедная девочка не заслуживала таких родителей. Я не любила Брента еще до того, как узнала, как он третировал жену. Но с Доланом они вроде ладили. Как ни странно.

– Рыбак рыбака, – выдал Маллиган, чем меня очень удивил.

– Точно. – Я помолчала, собираясь с мыслями. – Долан признался мне в измене уже после того, как порвал с Морин, – продолжила я. – Он просил прощения, говорил, что любит только меня и что связь с бывшей подружкой была ошибкой. Но, думаю, он просто искал защиты от Морин. Долан знал, что я не задумываясь вышвырну ее из дома, если она придет и попытается закатить скандал. Такое уже было. – Я закрыла глаза, вспоминая. – Когда мой муж ее бросил, Морин просто слетела с катушек. Плакала, умоляла, орала на всю улицу. Долан бросил ее довольно резко, и она пригрозила: если он сейчас уйдет, она его убьет.

– Вы были свидетелем этой… ссоры? – спросила Гарвел.

– Нет. Но я ее слышала. По крайней мере, какую‐то часть. – Я покачала головой и сделала глоток кофе, чтобы успокоиться. – Долан пошел домой к Морин, якобы собираясь прибить полку. Думаю, Брент был довольно бесполезен в работе руками, а у Долана хватало опыта в разных делах. Поэтому я особо не волновалась до того момента, как примерно через час мой муж выскочил из дома Паркеров, а Морин начала орать. – Я скривилась. – Мне кажется, все соседи слышали. Я не могла разобрать ни слова, но Долан несколько раз прокричал ей что‐то в ответ. Он был вне себя, когда вернулся домой. А на следующий день во всем признался мне.

Следователи не отрываясь смотрели на меня.

– Когда это произошло? – спросил Маллиган. – Вы помните дату?

Я пожала плечами.

– Точно не скажу, но дело было примерно в тех числах, когда мужа Эмили Данн… ну, в то время. Примерно за неделю до первого убийства.

Теперь уже Маллиган кивал мне. Он посмотрел на Гарвел, и выражение лица у нее неуловимо поменялось.

– Еще один вопрос, – сказал детектив и достал пластиковый пакет, в котором лежали список покупок Шары и письмо от шантажиста. – Можете уточнить, откуда взялись эти бумаги?

– Да, от Кристал, – подтвердила я, понимая, что Джослин уже поведала полиции нашу историю. – Морин отдала ей письмо, а список Кристал нашла среди диванных подушек.

– Спасибо. – Детективы снова обменялись взглядами и встали. – Мы вам позвоним, миссис Барроу… Лекси, – сказал Маллиган.

Я тоже поднялась, понимая, что из вежливости надо проводить их до двери.

– Вы пойдете к Морин? Просто ее сейчас нет дома, – сообщила я, показывая на кухонное окно, которое выходило прямо на ее подъездную дорожку. – Она уехала утром, около девяти.

– Мы вернемся сегодня позже, чтобы поговорить с миссис Паркер, – решила Гарвел, глядя в окно. – Она в курсе, что вы с подругами передали нам доказательства?

– Нет. Мы с ней не разговариваем с той среды.

– Хорошо. В таком случае продолжайте хранить тайну, – попросила детектив. – Потому что мы,