перед тем целовал Люсию.
– Только целовали? – пробормотала Джойс. – Какие скучные у вас, должно быть, сны.
– А когда я на самом деле обнял Люсию, – (желание заключить в объятия Джойс было почти неодолимым), – один-единственный раз я подумал о вас.
Розовые губы изогнулись.
– Почему же так?
– Потому что я знал, – прорычал Батлер, – знал в душе – или каким еще пафосным современным словом, будь оно проклято, вы это называете! – что вы убийца и я должен забыть вас. Только я не догадывался до вчерашнего вечера – и я признаю, это стало шоком, – что вы с удовольствием совершали массовые отравления ради прибыли. Хотя мы вышли на след секты в тот самый вечер, когда вас оправдали.
– Вот как? – резко произнесла Джойс.
При любом упоминании сатанинской секты, святыни, тайну которой она была готова защищать ценой своей жизни, Джойс становилась холодной и настороженной. Она попятилась от него.
– Вы сказали «мы», – выдохнула Джойс. – Кто вышел на след?
– Поверьте мне, милочка, это был ораторский прием! Никто не знает, кроме меня.
Джойс быстро перевела дух.
– Так на чем мы остановились?
– Итак! Я поехал в дом Люсии в Хэмпстеде. Потом обнаружились черные свечи, перевернутые распятия и упоминание красных подвязок…
У него в голове за короткую паузу, которой хватило бы только, чтобы щелкнуть пальцами, пронеслось все, о чем говорил недавно доктор Фелл.
Доктор Фелл, оказавшись в доме Люсии во вторник вечером, вскоре после Батлера, дал точную оценку этому суду. «Сэр, никто не рассматривал доказательства!» И еще: «Обе стороны смотрели в небо, пытаясь увидеть корни дерева, и копались в земле в поисках ветвей». Джойс Эллис была невиновна в смерти миссис Тейлор, потому что Джойс не было в доме. Где же она была? Она объяснила бы, если бы ее занятие не было таким смертельно опасным, что она не осмелилась пуститься в объяснения, не осмелилась пытаться объяснить. Что за занятие? Ну, Уильям Гриффитс показал в суде, что из жестяной коробки пропали две большие дозы сурьмы.
Отсюда и то сбивающее с толку восклицание доктора Фелла: «Когда я услышал, что мистер Реншоу был убит, не могу сказать, что я сильно удивился». И: «Это же было по меньшей мере логично, что кого-нибудь должны убить!»
И что запутало ученого доктора, что вынудило его бормотать, стонать и гримасничать, так это показания Люсии: графин с водой, убившей Реншоу, прополоскали и заново наполнили перед смертью Реншоу. Очевидно, что Джойс никак не могла этого сделать.
Батлер, на мгновение оторвавшись от своих размышлений, обратился к Джойс.
– Однако мысль, что вы не могли совершить убийство, поскольку находились в тюрьме, – произнес он, – была тут же отвергнута, как только следователь взглянул на графин на прикроватном столике Реншоу.
– А что с ним не так?
– В нем осталось воды всего на дюйм. И она была затхлая.
– Затхлая?
– Да. В ней было полно крошечных пузырьков воздуха, которые накапливаются в воде, стоит ей постоять несколько дней или даже недель. За сутки, которые, предположительно, вода простояла с того момента, когда Китти налила ее, такого бы не произошло. Это казалось невероятным, ведь сверху был надет еще и стакан. И все же в доме миссис Тейлор был проведен эксперимент.
Графин с водой, накрытый перевернутым стаканом, был оставлен на сутки. По завершении этого срока вода осталась кристально чистой, без единого пузырька. И она явно оставалась бы свежей еще долго.
В воображении Батлера голоса разносились эхом по тому темному дому.
(«Что вы видите?» – «Ничего, о чем рад сообщить. Совершенно ничего». И еще: «Отрава? Этот эксперимент не имеет никакого отношения к ядам!»)
Батлер закурил сигарету. Рука его подрагивала, но он заставил себя произнести:
– Вода в графине Реншоу простояла там довольно долго. Когда рассматриваешь это вкупе с некоторыми странными особенностями вашего дела, оно становится даже более чем странным. Но как же вода в графине могла оказаться затхлой, когда Китти только что налила свежую?
Сам я, красотка, поначалу слегка неверно толковал факты. Я знал, что Китти подменила графин. Я знал, что она принесла другой в корзинке для рукоделия. Но я стоял лицом к лицу с правдой, так и не видя ее.
В понедельник, девятнадцатого марта, пришла телеграмма, сообщавшая, что Реншоу будет вечером дома. Комнату необходимо убрать, графин наполнить свежей водой. Однако Китти, неукоснительно точно выполняя указания, полученные несколько недель назад, не позволила поменять воду. И что же она сделала?
– Она мне рассказала, – холодно вставила Джойс. – Китти преданная, хотя и не мне одной. Ему.
– Ему?
Джойс снова вынула перевернутый крест и поцеловала его.
– Что сделала Китти? – отчеканил Батлер. – Прихватила графин с водой, с чистой водой, из соседней спальни. Его она поставила в корзинку для рукоделия. Она забрала графин с отравленной водой и, оказавшись в ванной, опустила его в корзинку. А вынутый оттуда графин с чистой водой она опустошила, прополоскала и заново наполнила, чтобы затем спрятать. И на стол она вернула все тот же графин со старой отравленной водой.
Разве я не говорил, – саркастически поинтересовался Батлер, – что мы подходили ко всем доказательствам не с той стороны?
Джойс засмеялась.
– Дик Реншоу был не в духе, когда прибыл домой, – сказал Батлер. – Более того, он поругался с Люсией. Он даже не заметил, что вода затхлая, когда пил ее.
Батлер, докурив сигарету короткими яростными затяжками, швырнул ее в камин.
– Он решил, что это сделала Люсия, – прибавил Батлер. – И почти все подумали бы, что вы теперь вне подозрений.
– Вне подозрений?
– Вы были признаны в суде невиновной в смерти миссис Тейлор. – Батлер воздержался от упоминания, как доктор Фелл постоянно твердил, что в этом Джойс не виновата, и никогда не говорил «убийство», а только «смерть». – Потому почти все, когда был убит Реншоу, списали вас со счетов, ведь вы не могли быть виновницей обеих смертей.
Но не забывайте о Китти Оуэн! Даже если Китти до сих пор не догадывалась, что вода отравлена, она точно поняла это, когда Реншоу умер. Но она же преданная! О да. Она уже оказала вам услугу, когда за день до смерти Реншоу была назначена черная месса в черной часовне.
Джойс, откинувшись в кресле вместе с плотно набитой сумочкой, снова оцепенела:
– Откуда вам известно, что должна была…
Батлер застонал:
– Остатки черного парафина были свежими. На какую же ночь, очевидно, была назначена месса? Ваша пародия на христианский обряд? Восемнадцатое число пришлось на субботу!
Не знаю, почему Реншоу не вернулся к этой дате, вероятно, мы никогда не узнаем. Миссис Тейлор, вторая по чину, была мертва. Вы, третья в списке, в тюрьме. Не нашлось священника, чтобы провести церемонию, даже если черные свечи зажгли бы
