— Приятно сознавать, что у кого-то в ФБР есть мозги. Еще увидимся.
— Из вены не должно было ничего сочиться, — заявил Патси, выслушав рассказ Кармайна о Теде Келли. — Мы, конечно, прибыли позже, но Скепс умер задолго до того, как обнаружили тело. Не представляю, как Келли мог что-то собрать. Между прочим, это значит, что он прибыл туда со всеми причиндалами — пробирками, банками, тампонами. Наверняка взял мазки из всех отверстий и рассмотрел все в лупу. И уж точно никто не обратил внимания, было ли у него с собой что-нибудь.
— Я запрошу в ФБР результаты анализов. Особенно меня интересует капля из иглы, — сказал Кармайн. — Судье Туэйтсу это понравится! Надо же, ненормальный герой романа Лонгфелло! Келли даже не знает, что Лонгфелло — поэт. Недоучка чертов! Хотя я не всегда понимаю, когда он настоящий, а когда прикидывается.
— У меня все не выходит из головы эта жидкость.
— Гепарин?
— Но зачем, скажи на милость? Скепс был обездвижен. Всегда можно вставить иглу заново, в другую вену. Разве что убийца не мастер делать уколы. Может быть, попал случайно в вену и решил больше не рисковать. Вот и гепарин. Я сам возьму пробу в том месте, — обескуражено заметил Патси. — Необходимо обследовать тело Скепса еще раз. Я поспешил и дал маху.
— Брось, Патси, Скепс один из двенадцати.
— Вот именно это меня и пугает. Скольких я обследовал с должным тщанием? Ребенка и его мать… Придется возвратиться к девяти из одиннадцати трупов, Кармайн, и на этот раз я все сделаю как надо.
Если Патрик что-то решил, спорить было бессмысленно.
— Тогда начни с Эвана Пью, — сказал Кармайн.
— Думаешь, он самый важный?
— Не думаю. Знаю.
— Ладно, пусть будет Эван Пью. Кстати, — в тоне Патрика прозвучала нарочитая небрежность, — Майрон, я слышал, переехал с Ист-Серкл?
— Как, черт возьми, все так быстро все узнают?
— Холломен слухами полнится, а вокруг местных копов их концентрация зашкаливает. Тетушка Эмилия в страшном гневе.
Поскольку «тетушка Эмилия» приходилась Кармайну матерью, он как-то очень по-итальянски пожал плечами и сказал:
— Тогда ты знаешь не меньше меня.
— Скорее всего, больше. Майрон снял в «Кливленде» весь верхний этаж и собирается представить свою драгоценную Эрику всем важным персонам в Холломене.
— Ого! У него серьезные намерения.
— Надеюсь, у нее тоже.
— А я надеюсь, что она невиновна в убийстве.
— У нее высокое место в рейтинге подозреваемых?
— Нет. Мисс Давенпорт где-то в середине списка.
Кармайн оставил Патрика собирать силы для новой атаки на Эвана Пью, а сам направился в свой кабинет, где ждала небольшая стопка документов, в основном служебных записок и несколько официальных писем, которые привлекли внимание Делии тем, что были аккуратно напечатаны, но не имели ни имени отправителя, ни подписи.
«Сэр, — начиналась верхняя записка, — надеюсь, вы не забыли о том, что согласились встретиться со мной и обсудить предложенные усовершенствования конструкции атомного реактора. В том же месте, в обычное время, если вы не против».
Все пятнадцать документов — четыре письма, одиннадцать записок, — выражаясь словами Делии, как-то подозрительно попахивали.
— Такое впечатление, что все они отпечатаны на одной и той же машинке, хотя наверняка сказать нельзя, особенно если во всех офисах фирмы используются машинки со сферической головкой и литеры еще не изношены. Похоже, у всех секретарей именно такие, новые или почти новые. Угольная лента использована только в одном случае, причем напечатано без единой ошибки, значит, машинистка очень опытная. Честно говоря, мне кажется, мистеру Келли следовало бы присмотреться не к исполнительным директорам, а к их секретарям. Никогда не встречала директоров, которые могли бы сами толково что-то напечатать.
— А если директор — женщина? — спросил Кармайн.
— То же самое, если только она не начинала секретаршей. К доктору Давенпорт это не относится. В университете она нанимала машинистку, когда надо было печатать рефераты и курсовые.
— Что ж, тем лучше, — сказал Кармайн, подумав о Майроне.
— Кстати, вы приглашение получили?
— Какое приглашение?
— В субботу вечером мистер Мандельбаум устраивает фуршет в отеле «Кливленд». Дядя Джон, я и Дэнни приглашены.
— Ну тогда мы с Дездемоной и Софией тоже подъедем. Есть еще что-то из шкафа, чем мне стоит заняться, или можно оставить это на тебя?
— Остальное я сожгу, пожалуй.
— Тогда пусть этим занимается Тед Келли, лживый сукин сын. А мы вернемся к нашим убийствам. Так, сегодня четверг. Доехать до Орлеана и вернуться к обеду я уже не успею, значит, миссис Скепс подождет до завтра. Сообщи ей, что я приеду, ладно? А где Эйб и Кори?
— Копаются в архиве. Позвонить им?
— Не стоит. Я сам туда заскочу.
Вообще-то публичная библиотека имела собственное здание дальше по Сидар-стрит, зато архив газет, или, как его еще называли, газетный «морг», находился прямо в здании управления, чтобы окружным органам, от полиции до пожарной охраны, было проще им пользоваться. Обычные читатели сюда тоже приходили; вот и сейчас несколько завсегдатаев лениво листали громадные листы древних экземпляров «Холломен пост», из которых всегда можно было почерпнуть массу интереснейших сведений о местной жизни. Постепенно газеты переснимались на микрофиши, хотя Кармайн сомневался, что нововведение будет иметь успех. Что за радость вместо бумаги таращиться в экран с белыми буквами на черном фоне? «Нет уж, здешним читателям это точно придется не по вкусу», — решил Кармайн, взмахом бровей подзывая Эйба и Кори.
— Прогресс, — сообщил он своим недоумевающим соратникам, — способен убить массу удовольствия. — Уже на выходе из здания спросил: — Ну как, нашли что-нибудь?
— Довольно много о Денби, они занимались благотворительностью. Миссис Денби помешана на литературе, декан увлекался эпохой Ренессанса. Оба жертвовали в фонды борьбы с детскими болезнями. Вдобавок миссис Денби — весьма активная участница феминистского движения. Куча всего о Дезмонде Скепсе. Мы скопировали статьи, специально посвященные ему, и сделали выписки из тех, где он только упоминается. Как ни странно, о разводе писали мало.
— Ну, он ведь был не в нашем штате, да и «Корнукопия» постаралась все замять. — Кармайн улыбнулся дававшему отчет Кори, но постарался, чтобы улыбка в равной степени относилась и Эйбу. Черт бы побрал эту вакансию! И из квалификационной комиссии уйти не удалось — Сильвестри не отпустил.
— Куда путь держим? — спросил Эйб, когда они двинулись по Саут-Грин-стрит в сторону Мейпл-стрит.
